Зачем педагогу чувство юмора? Рассказываем о необычном конкурсе «Вклад учителя»
![](https://radiokp.ru/sites/default/files/styles/kp_fullnode_730_486/public/2024-01/roditelskiy-vopros-960-kh-640_1705834307_1705834335.jpg?itok=p3z2oi-l)
А. Милкус:
- Здравствуйте, наши уважаемые зрители и слушатели. Как всегда, «Родительский вопрос» в воскресенье, в 11 утра по московскому времени, и я, его ведущий, Александр Милкус. Моя соведущая Мария Баченина приболела, как многие сейчас. Пожелаем ей выздоровления.
Представлю двух моих замечательных собеседников. Традиционно мы с Татьяной Александровной встречаемся в январе-феврале и говорим про очередной, или еще один, или самый выдающийся конкурс, связанный с учителями. Итак, у нас в гостях сегодня Татьяна Есина, директор школы «Феникс», и Александр Кузьмин, академический директор школы «Новый взгляд». Конкурс «Вклад учителя», который в этом году будет в третий раз проходить, это, в общем, их идея, и они – основатели этого конкурса.
Т. Есина:
- Четвертый раз уже.
А. Милкус:
- Мы поговорим сегодня и про вклад учителя – и как конкурс «Вклад учителя», и про вклад учителя как некое социальное действо. Давайте начнем с простого вопроса. А зачем? У нас профессиональных педагогических конкурсов в последние годы открылось очень много, ну, с десяток я могу насчитать точно. Зачем нам еще один конкурс?
Т. Есина:
- Когда мы с Сашей начинаем что-то рассказывать, мы начинаем друг друга перебивать. Поэтому давайте начнет Саша.
А. Кузьмин:
- Есть такая формула моя любимая – фан, профит, перспективы. Для чего мы запустили всё это? Фан – просто для радости, для удовольствия. Профит – выгода. Мы все в этом конкурсе учимся чему-то.
Т. Есина:
- В процессе проведения конкурса, с января по май, проходят обучающие еженедельные вебинары для участников конкурса. Вебинары проводят эксперты в образовании, директора школ, учителя, которые уже что-то продолжают делать в своей жизни. Плюс мы учимся тому, что многое из того, что за три года в конкурсе произошло, мы берем для работы в свои школы, даже мы с Сашей.
А. Кузьмин:
- Третье – перспективы. Мы создаем сообщество учителей частных школ, для того чтобы обмениваться идеями, чтобы реализовывать новые проекты, и для того, чтобы на самом деле менять к лучшему систему российского образования.
Т. Есина:
- И плюс менять отношение к учителю.
А. Милкус:
- Как можно менять с помощью конкурса отношение к учителю? На мой взгляд, история о том, что мы сейчас напишем много распоряжений про то, что уважайте учителя, она не работает. Учителя можно уважать, только когда ты видишь, что это личность, это хорошо знающий свой предмет человек, который уважает детей, который уважает родителей, который уважает сообщество и т.д. Как конкурс может в этом поспособствовать?
А. Кузьмин:
- Помимо того, что учитель – это уважаемый человек, человек с указкой, с портфелем, несущий знания, учитель – это человек творческий, учитель – это человек созидающий. Учитель – это человек, обладающий потрясающим чувством юмора. Наконец, учитель – это своего рода предприниматель, он преобразует этот мир, воспитывая детей, создавая новые знания. Поэтому мы бы хотели создать такой очень разносторонний, комплексный портрет учителя, таким образом, изменить отношение общественности к учителю.
Т. Есина:
- Да. Мы сегодня утро начали с того, что мы улыбаемся. У нас есть такое четкое убеждение, что учитель без чувства юмора – это плохой учитель. Увидеть это родителям в процессе работы в школе невозможно. Поэтому один из этапов финала нашего конкурса – педагогический стендап. То есть учителя начинают чувствовать себя совершенно в другой роли, умеют аналитически, рефлексивно и с юмором подойти к своей работе и к своей жизни. Так что развеиваем миф о том, что учителя – исключительно строгие, серьезные люди. Это действительно люди, которые умеют шутить, шутить над собой, шутить над тем, что происходит в их жизни.
А. Милкус:
- У нас в программе перед Новым годом была замечательная Юлия Садыкова, которая победила в первом конкурсе «Вклад учителя».
Т. Есина:
- Нет, во втором.
А. Милкус:
- И она, конечно, зажгла по полной программе. Но это и насторожило. Я понимаю, что угрюмый учитель – это не очень хороший учитель, но чувство юмора – это такое же чувство, как чувство эстетического наслаждения, то есть не каждому дано. Как можно с таким критерием подходить к учителю? Учитель должен хорошо знать предмет, желательно, должен быть неконфликтным. При чем здесь чувство юмора? Как вы себе представляете, 40 учителей в школе, и все шутят на уроках?
А. Кузьмин:
- Вы знаете, какую часть своей жизни проводит ученик в школе? 11 лет он в школе учится. Он там проводит примерно четверть своей жизни. И эту четверть своей жизни он должен, я считаю, общаться с разными людьми, с очень живыми людьми, с энергичными людьми, и чувство юмора здесь, конечно, помогает. Школа должна быть живой, школа должна быть насыщена жизнью и такой витальностью, энергетикой, и чувство юмора в этом, конечно, помогает.
Т. Есина:
- Мы не говорим, что это единственный критерий, единственное качество, которым должен обладать учитель. Естественно, все другие качества и знания никто не отменяет. Это одно из качеств, которое действительно помогает учителю в работе и чаще помогает в сложных ситуациях.
А. Милкус:
- Знаете, сейчас и на профессиональных стендаперов люди обижаются, потому что шутят плохо, и нельзя все время шутить. А вы от учителя требуете, чтобы он был стендапером. И финал конкурса проходит как раз в стиле стендапа.
Т. Есина:
- Один из этапов финала конкурса.
А. Милкус:
- Те, кто прошел в этот финал, они должны, по крайней мере, показать свое умение весело что-то рассказывать. Не слишком ли большие требования мы предъявляем к учителям?
А. Кузьмин:
- Наш конкурс отличается от других педагогических тем, что в его центре такое понятие, как образовательное событие. Образовательное событие – это, я считаю, один из эффективных методов обучения детей, и любой учитель им должен владеть. Наши конкурсанты пишут сценарий образовательного события, реализуют образовательное событие по сценарию другого участника, а в конце финалисты представляют стендап. Это тоже событие. Что такое образовательное событие? Это то, что выходит за рамки повседневности, это то, что приводит к созданию новообразований в сознании ребенка, так он растет. И событие – это то, что нас объединяет.
А. Милкус:
- Приведите примеры. Люди не со стороны образовательного процесса не очень понимают, что такое образовательное событие. Урок – это образовательное событие?
А. Кузьмин:
- Конечно. Что угодно может быть…
А. Милкус:
- А Татьяна машет головой, что нет.
Т. Есина:
- Я бы сказала, что не каждый урок. То есть он может быть образовательным событием, может не быть. То есть совсем необязательно, что каждый урок превращается в образовательное событие.
А. Милкус:
- Расшифруйте, что это такое. Какие критерии образовательного события?
А. Кузьмин:
- Я повторю, образовательное событие – это действие объединяющее…
А. Милкус:
- Это понятно. Поход в театр – образовательное событие?
А. Кузьмин:
- Поход в театр, конечно, может быть образовательным событием. Знаете, когда происходит событие? Не во время просмотра спектакля, а когда мы начинаем с детьми его обсуждать.
Т. Есина:
- Или готовиться к этому походу в театр вместе с детьми.
А. Кузьмин:
- Да. Тут и происходит это событие. Событие может действительно произойти на этапе подготовки. Мы, например, готовим какую-нибудь деловую игру с детьми. Фишка события заключается в том, что мы всё делаем вместе. И вот на этапе подготовки происходит это событие, мы вкладываемся в его проведение, мы запоминаем это детско-взрослое единение, и оно остается с нами на всю жизнь. Поход в музей может быть событием, образовательное путешествие может быть событием, встреча с интересным человеком может быть событием. Только это необходимо правильно выстроить.
А. Милкус:
- Теперь понятно. Вы организуете конкурс для учителей частных школ. А чем частные школы отличаются от учителей, которые работают в муниципальных?
Т. Есина:
- Ничем. Когда конкурс только начинался, мы пригласили в жюри директоров государственных школ, чтобы как раз этот миф, который существует, что учителя частных школ чем-то отличаются, развеять сразу. Мы такие же директора, и учителя те же самые работают, и много историй, когда переходят из государственного образования в частное и обратно. То есть ничем учителя частных школ не отличаются, просто конкурса для частных школ не было. И когда конкурс начинался, мы посмотрели данные, что в России более 850 частных школ, про которые мы ничего не знаем. То есть мы, находясь даже в одном регионе, друг про друга ничего не знаем, мы не общаемся, мы не взаимодействуем. То есть основная идея – создание этого сообщества учителей частных школ.
А. Кузьмин:
- К сожалению, частное образование до сих пор находится на какой-то обочине системы российского образования, а на самом деле частное образование – это такая своеобразная креативная лаборатория педагогических идей, и надо очень внимательно отнестись к этому феномену, я считаю.
А. Милкус:
- Это действительно так, как бы частная школа – это номер два. Но вы же работаете по тем же федеральным государственным образовательным стандартам, у вас такие же требования, выставляются такие же оценки. На ваш взгляд, вас просто незаслуженно забыли, не обращают внимания или сами справитесь?
А. Кузьмин:
- Во-первых, о нас помнят…
Т. Есина:
- И с проверками приходят так же.
А. Кузьмин:
- Частные школы создавались физическими лицами или компаниями. Частные школы, они изначально такие субъектные, они должны заявлять о себе, мне кажется. И появление этого конкурса по инициативе двух директоров частных школ было очень логично.
Т. Есина:
- И девиз нашего конкурса – «Пока свободою горим». То есть над нами меньше такого контроля, мы можем быть вариантивными.
А. Кузьмин:
- Если говорить об отличиях государственных школ, то я считаю, что главное отличие заключается в том, что мы можем создать свою уникальную образовательную программу. Да, мы ориентируемся на федеральные государственные образовательные стандарты, но они нас ничуть не сковывают. Вот мы сейчас, например, создаем школу предпринимательских навыков, при этом ориентируемся на федеральный образовательный стандарт.
А. Милкус:
- Ну, в Москве есть предпринимательские классы и в муниципальных школах. Есть ли какое-то отличие? Или может ли быть какое-то отличие в подходах, в подготовке программы? Хочется понять, что такое сегодня частная школа. Одна формулировка была. Это лаборатория, где отрабатываются некие образовательные технологии, на которые, наверное, ни сил, ни времени у муниципальных школ, где так много детей, нет. А еще?
А. Кузьмин:
- Частная школа – это пространство, где мы можем позволить себе развивать тренды современного образования, например, персонализированное обучение. У нас, видимо, больше ресурсов на это.
Т. Есина:
- Плюс у нас численность в классах ниже.
А. Кузьмин:
- Ну да, это тоже своеобразный ресурс.
Т. Есина:
- Я знаю, что качество образования от количества детей в классе не зависит, но для родителей это такой хороший показатель. В частных школах классы по 15-16 человек.
А. Милкус:
- Но не во всех. Я знаю частную гимназию в Новороссийске, где классы переполнены так же, как и в муниципальных. Давайте вернемся к конкурсу. В этом году он будет чем-то отличаться по идеям, отбору?
А. Кузьмин:
- Да, у нас новая тема. В этом году мы говорим…
Т. Есина:
- Мы не говорим пока.
А. Кузьмин:
- Почему? Мы уже можем озвучить тему. В этом году мы говорим об игровых образовательных событиях. Нам бы хотелось исследовать феномен игры в школе. Вот этим будет отличаться конкурс этого года.
А. Милкус:
- Опять вы говорите о чем-то всем понятном, но нам непонятно. Что значит игра в школе? Во что играть?
А. Кузьмин:
- Игра в школе может быть самой разнообразной, от настольных игр до сложных ролевых игр. Зачем в школе играть, как в школе играть, кто играет в школе? На эти вопросы хотелось бы найти ответы.
Т. Есина:
- И надо ли вообще играть.
А. Кузьмин:
- Роль игры в школе. Есть отдельные методики, социоигровая педагогика, например.
А. Милкус:
- Геймификация образования?
А. Кузьмин:
- Нет, это несколько разные истории – игровая педагогика и геймификация. Мы сейчас говорим про игру.
А. Милкус:
- А в чем разница?
А. Кузьмин:
- Насколько я понимаю, геймификация больше связана с информационными технологиями, со специальными инструментами, с аватарами и т.д. Мы же сейчас говорим про человеческое общение, игра в контексте человеческого общения детей и взрослых.
А. Милкус:
- То есть это игра для образовательного процесса?
А. Кузьмин:
- Это игра для единения. Потому что образовательное событие, оно о событии.
А. Милкус:
- То есть учителя, которые захотят поучаствовать в конкурсе «Вклад учителя» в этом году, они что, должны быть игропрактиками, что ли?
А. Кузьмин:
- А почему нет?
Т. Есина:
- Не факт, что они должны быть, они этому научатся. Участвуя в конкурсе в этом году, они точно этому научатся.
А. Кузьмин:
- Если говорить о том портрете учителя, который мы уже упомянули, то учитель, в частности, и игропрактик. Потому что на уроках нередко можно встретить и игровые моменты, и учитель должен знать, как вводить игру в урок.
А. Милкус:
- Какие еще требования для тех, кто захочет поучаствовать в вашем конкурсе?
Т. Есина:
- Никаких. Быть учителем частной школы. Единственное, школа должна иметь лицензию. Аккредитацию не проверяем. Количество участников от одной школы не ограничено, возраст, естественно, не ограничен. Так что требование – только быть учителем частной школы.
А. Кузьмин:
- Нет, еще есть требование. Иметь желание, смелость и настойчивость.
А. Милкус:
- Есть уже понимание, какие испытания ждут тех, кто решится записаться и поучаствовать?
А. Кузьмин:
- Да, они традиционные. Первое испытание – заполнить заявку. Не все, кстати, решаются на этот шаг.
Т. Есина:
- Но при этом у нас есть некоторая традиция уже за 4 года. Первые заявки приходят в 00.03 от одного и того же человека, то есть 1 января в 00.03 приходит заявка. Это один и тот же человек, который четвертый год подряд участвует в конкурсе.
А. Кузьмин:
- Да, у нас есть группа фанатов, группа поддержки конкурса. Второе испытание – это ролик. В этом году это видеоролик о школе на тему «Школа играющая». Третье испытание – написание сценария образовательного события, в этом году игрового образовательного события. Четвертый этап – реализация сценария образовательного события.
Т. Есина:
- И реализация сценария не своего, а другого участника.
А. Кузьмин:
- Да. Ну, и для финалистов пятый этап – финал в Москве, который пройдет 13-14 мая.
Т. Есина:
- В финале два этапа. Первый – это какой-то, мы еще не знаем, но, скажем так, более академический, более серьезный, а второй этап – стендап.
А. Милкус:
- Скажите, какие плюшки получают победители? И как складывается судьба тех, кто участвовал в конкурсе, побеждал? Вот Юлия Садыкова, она, судя по ее рассказам, пробует себя в профессиональных стендапах, участвует уже наравне со стендаперами, которых в телевизоре мы видим. Но это, наверное, не главное, в истории. И Московский тоже, по-моему…
Т. Есина:
- Да, Леша Московский.
А. Милкус:
- …по этой же стезе. Туда вы их всех? То есть вы их из школы изымаете, чтобы они…
Т. Есина:
- А они в школе остаются, они продолжают работать, так что все нормально.
А. Кузьмин:
- Вопрос про «плюшки». Сначала нематериальные плюшки. Во-первых, наши конкурсанты на протяжении нескольких месяцев учатся. Мы предлагаем им поучаствовать в бесплатных вебинарах от ведущих экспертов российского образования. Вторая нематериальная плюшка – то, что они во время участия в конкурсе обмениваются идеями, знакомятся, ездят друг к другу в гости и вообще профессионально обогащаются. Третья нематериальная плюшка заключается в том, что все они становятся участниками нашего большого сообщества и могут принимать участие в событиях этого сообщества и в проектах самых разных. Ну, а материальные плюшки получают финалисты, когда приезжают в Москву. Причем никто не уходит обиженным, все получают какие-то подарки, ну, а победители и призеры получают денежные призы.
Т. Есина:
- Есть дополнительная номинация членов жюри. То есть каждый член жюри может назначить свою номинацию с совершенно разными призами, причем эти призы могут получить не только финалисты, а любой участник конкурса. Бывает, что кто-то читает сценарий, членам жюри очень понравился, и они дарят свой приз. Это могут быть и стажировки в школах регионов, корзинка с продуктами домашнего изготовления. Вот Ирина Гонышева из Оренбурга, у нее ежегодный приз – продукты, колбаса, сало домашнего приготовления. Ну и, конечно, денежный приз. Общая сумма – миллион рублей: 600 тысяч рублей первое место, 300 тысяч рублей второе место и 100 тысяч рублей третье место.
А. Милкус:
- Ну, с конкурсом, в общем, понятно. Я хотел бы углубить наш разговор про частное образование. Скажите, у меня такое впечатление или это на самом деле? У меня ощущение, что в последние лет 5 не то что бум, но открытие новых частных школ происходит. Вроде бы цифры до этого не росли. У нас в 90-е годы было 600 частных образовательных учреждений, и еще лет 10 назад статистика показывала эту же цифру – 600. Сейчас вы назвали 850. То есть частное образование все-таки развивается. У Александра школа «Новый взгляд», которая только-только возникла. Мы можем назвать еще не одну школу, которые сформировались в последние годы. Это действительно тенденции или школа «Новый взгляд» - это что-то вне тенденции? Или другие частные школы, которые открываются. Вот у Татьяны несколько филиалов открылось в последнее время.
А. Кузьмин:
- Это тенденция. Потому что устойчивость системы образования зависит от разнообразия. И в стране должны быть школы, альтернативные государственным, с одной стороны. С другой стороны, почему появляются частные школы? Потому что растет спрос. Есть спрос – появляются частные школы.
А. Милкус:
- А с чем связан этот спрос? Скажу честно, лет 15-20 назад у меня несколько друзей, которые разбогатели в 90-е – нулевые годы, отдали детей в частную школу. Где-то в районе 8-9 класса, протестировав и сообразив, что дети мало что знают, они их вернули в гимназию, в которой мой сын учился с 5 класса и ни в какие частные школы не ходил. Сейчас это так же?
Т. Есина:
- Что называется, это было давно. Сейчас мы все сдаем ЕГЭ. Плюс в Москве Московский центр качества независимую оценку проводит. Все мы обязаны вести обучение по стандартам. Большинство частных школ аккредитованы, то есть нас так же проверяют. Поэтому, нет, это было давно, и сейчас не давать тот уровень образования, который приведет ребенка к успешной сдаче ЕГЭ, невозможно.
А. Кузьмин:
- Почему родители выбирают частные школы? С одной стороны, мы наблюдаем рост платежеспособности населения. Второй момент. Мы наблюдаем рост образованности молодых родителей, и они хотят, чтобы их дети получили качественное образование.
А. Милкус:
- Мы говорим про конкурс «Вклад учителя», который не так давно появился в линейке педагогических конкурсов, и про то, как работает система образования сегодня, насколько конкурируют система частного и муниципального образования.
А. Кузьмин:
- Вот, кстати, ответ, почему частные школы очень внимательно относятся к уровню образования. Потому что родители очень образованные, они вникают в учебный процесс. Есть такая негативная причина, почему родители выбирают частные школы. Может быть, растет число детей, у которых есть какие-то затруднения, связанные с развитием.
Т. Есина:
- Большинство частных школ работает по схеме полного дня. All Inclusive в школе, когда ребенок здесь и с трехразовым питанием, и ходит на кружки, секции разнообразные, в зависимости от выбора, так что это тоже очень удобная система работы частных школ.
А. Кузьмин:
- Да, частные школы предлагают вот такую сервисность, которая очень востребована.
А. Милкус:
- А учителя как отбираются в частные школы? Есть какие-то дополнительные критерии, кроме как критерии знания предмета и т.п., то есть те критерии, с которыми подходит государственная, муниципальная школа? Вы как проверяете учителя, который к вам приходит? Есть конкурс в частные школы? Допустим, в Москве зарплаты учителя частной школы и учителя государственной школы примерно сравнимые.
А. Кузьмин:
- Я могу говорить про нашу школу. Во-первых, мы всегда ориентируемся на нашу образовательную модель. Не все учителя подходят к ней. Если мы говорим про школу предпринимательских навыков, то учителя должны быть проактивные, инициативные, они должны уметь генерировать идеи. Мы отбираем учителей только через открытые уроки. Нам очень важно посмотреть его коммуникативные навыки. Я считаю, это профессиональный навык номер один – как он общается с детьми, как он общается с коллегами. Если с этим все в порядке, то можно быть на 70% уверенным, что и дальше все будет в порядке. Потому что и профессионально развиваться можно, если у тебя хорошо развиты коммуникативные навыки, и проблемы с родителями решать можно легко, если у тебя хорошо развита коммуникация, ну, и с детьми не должно быть особых затруднений.
Т. Есина:
- У нас примерно так же. Когда ребенок приходит в школу, для них есть пробные дни, когда они могут посмотреть, а также есть пробные дни для учителей, приходящих к нам на работу. Мы – школа, выросшая из небольшой школы, где принцип семейственности был очень важен. Чаще к нам приходят учителя по знакомству, у нас редко появляются вакансии в открытом доступе.
А. Милкус:
- Скажите, частные школы – это конкурент муниципальным, государственным?
Т. Есина:
- Это альтернатива. Мы даже не конкурируем друг между другом. Это то, что мы хотим искоренить, в том числе нашим конкурсом, чтобы не было этой конкуренции. Потому что и мы можем предложить в государственную школу много чего, и государственные школы могут нам предложить. Например, система стажировок, которые Издательский дом «Сентябрь» проводит, мы ездим в государственные региональные школы. Например, в феврале поедем в Чебоксары к Инне Исаевой и в Калининград к Леше Голубицкому. То есть даже в плане преподавания и методик у государственной школы нам есть, чему поучиться. А государственные школы ездят к нам. Поэтому мы не конкуренты, мы коллеги, мы друзья.
А. Кузьмин:
- Я думаю, что мы все конкурируем за учеников. Семьи выбирают школу.
А. Милкус:
- Если мы говорим про взаимоотношения, может быть, есть смысл тогда и конкурс развернуть, во-первых, предложить оргкомитету конкурса «Учитель года», чтобы в нем тоже участвовали учителя частных школ? В нем же сейчас только муниципальные школы участвуют.
Т. Есина:
- Нет, в позапрошлом году победил учитель частной школы из Ростова.
А. Кузьмин:
- Но там система так выстроена, что главным образом участвуют учителя государственных школ.
А. Милкус:
- Да, точно, в Ростове победил. А вы не хотите во «Вклад учителя» пустить друзей из государственных школ?
Т. Есина:
- Мы не хотим, чтобы в наш «Вклад учителя» вмешивалось государство. Потому что мы знаем один замечательный конкурс, который из-за этого умер. А включение учителей государственных школ, возможно, со временем подразумевает вход государства в конкурсную историю. Поэтому – нет.
А. Милкус:
- Теперь по конкретике. Уже началась запись для участия в конкурсе?
Т. Есина:
- У нас конкурс стартует с заявочной кампании, которая начинается 1 января.
А. Милкус:
- То есть весь январь идет уже заявочная кампания?
Т. Есина:
- Да, она идет весь январь и продлится до 11 февраля. На сегодняшний день у нас уже 76 заявок одобренных. Кстати, и от учителей государственных школ поступают заявки, хотя мы везде пишем, что конкурс для учителей частных школ. Заявки обрабатываются. Если появляется какая-то новая школа, и мы ее еще не знаем, проверяем лицензию, проверяем, чтобы учитель действительно там работал, либо проверяем сайты, просим справку с работы, то есть учителя действительно работают в частных школах, и эти школы имеют лицензию. Так что до 11 февраля возможность подать заявку еще есть.
А. Милкус:
- А если учитель работает и в частной, и в государственной школе?
Т. Есина:
- Возможно. Предоставляется справка с работы из частной школы.
А. Милкус:
- После 11 февраля что их ждет?
Т. Есина:
- Съемка роликов.
А. Кузьмин:
- Дело в том, что коллеги, которые подали заявки раньше, у них времени больше. И ролики мы начинаем принимать уже с 1 февраля, еще до окончания первого этапа. А дальше у нас все идет очень ритмично. Раз год 24-й, у нас есть 24 марта, 24 апреля. 24 марта заканчивается прием сценариев образовательных событий, 24 апреля заканчивается этап, связанный с реализацией образовательных событий.
А. Милкус:
- У меня еще такой вопрос. И в прошлом, и в позапрошлом году, и не только для конкурса «Вклад учителя», многие конкурсы, семинары, они просят от педагогов ролики – видеоролики, видеовизитки и какие-то другие вещи, связанные с медиа. Я как человек, который занимается в последние годы очень много медиаобразованием, для меня нет очевидного ответа, должен ли хороший учитель сегодня обладать медианавыками, то есть снимать яркие ролики. Наверное, все-таки это другая профессия. Или все-таки современный учитель – это человек, который может, должен обладать медианвыками, то есть медиаинструментами – снимать ролики, общаться в социальных сетях, сценарии писать всяких веселых, интересных, неожиданных уроков? Это обязательная компетенция? Я в последнее время встречаю очень много молодых учителей, которые это делают на раз-два, но так ли это?
Т. Есина:
- У нас качество роликов не оценивается, в смысле, качество съемки. Но если посмотреть тенденцию за три года, то с каждым годом качество роликов становится более профессиональным, скажем так. Даже есть ролики, снятые в студиях, то есть смонтированные качественно, с качественным наложением звука. Действительно, такая тенденция, что эта компетенция учителей улучшается, это факт, но мы это пока не оцениваем.
А. Милкус:
- Я не про оценивание, я про современного учителя в данном случае.
А. Кузьмин:
- Вообще, зачем нам нужны ролики? Во-первых, для того чтобы познакомиться друг с другом.
Т. Есина:
- И со школой.
А. Кузьмин:
- Да. Мы не обращаем внимания на качество. У нас есть, конечно, критерии оценивания этих роликов, но мы изначально приняли решение, что мы будем начинать именно с видеороликов, для того чтобы познакомиться со школами и друг с другом. Если говорить о медиакомпетенции в портрете учителя, то она действительно становится все более и более востребованной. Потому что дети в этом пространстве растут, они в нем разбираются, и учитель должен разбираться в этом. Если говорить о том, куда идут выпускники конкурса, победители, финалисты или участники, очень многие начинают прокачивать свои медианавыки, становятся блогерами, начинают снимать подкасты. У нас даже целая группа коллег образовалась, которые запустили свой подкаст. Поэтому я считаю, что это одно из перспективных направлений развития учительства вообще в сторону медиатехнологий.
А. Милкус:
- Это изменение роли учителя, навыков учителя, то есть когда учитель уже не является носителем знаний и носителем единственной истины, а является транслятором знаний, которые хранятся в интернете?
А. Кузьмин:
- Я считаю, это изменение в компетентностном портрете учителя. Он не только транслирует знания, он еще и способен создавать медиаконтент.
Т. Есина:
- Интересно транслировать эти знания.
А. Милкус:
- Несколько лет назад, когда мы писали в «Комсомольской правде» про новые образовательные технологии, я обязательно получал в откликах такую фразу: учение – это труд, учение – это сложное дело, мы в школе трудились, а вы за то, чтобы детям было интересно, о том, чтобы они развлекались, а в жизни так не бывает, в жизни надо трудиться, и не всегда это весело, увлекательно и т.п. Не только вы, но и многие сегодня, такие прогрессоры, как говорят Стругацкие, говорят о том, что в школе должно быть увлекательно, интересно. Мы говорим о том, что учителя должны владеть и медийными навыками, то есть увлекать детей, вместе кино снимать и т.д. Не делаем ли мы этим облегченным вариантом восприятия знаний нашим детям не очень хорошо?
А. Кузьмин:
- Странный поворот. Мы не говорили об этом. Я абсолютно согласен, что учение – это труд. Но давайте вспомним замечательную русскую пословицу – делу время, потехе час. Все должно быть сбалансировано – и трудная учеба, и удовольствие от пребывания в школьном пространстве. Мы же все-таки не только учимся, мы общаемся главным образом в школе.
А. Милкус:
- То есть, противоречия нет?
А. Кузьмин:
- Никакого.
А. Милкус:
- А как же соединить труд и удовольствие?
Т. Есина:
- Не соединить, а варьировать. И то и то должно быть. Иногда, знаете, труд тоже может принести удовольствие, удовлетворение.
А. Кузьмин:
- В русском языке есть два слова – работа и труд. Вот работа связана с выполнением каких-то механических, порабощающих действий, а труд, он приводит к формированию души и духа, это связана с таким нематериальным пониманием, нематериальным развитием. Поэтому, действительно, труд может быть и в удовольствие, труд может быть во благо, очень интересным.
А. Милкус:
- Александр, мы вас представляем как академического директора. А что такое академический директор? У вас еще есть другой директор?
А. Кузьмин:
- Да, у нас есть операционный директор, который отвечает за обеспечения условий реализации образовательной программы. Это кадры, маркетинг, административно-хозяйственная часть и т.д. Я отвечаю за разработку, содержание, реализацию образовательных программ самых разных.
А. Милкус:
- Татьяна, а у вас кто этим занимается?
Т. Есина:
- Этим занимаются завучи – завуч средней школы и завуч начальной школы. Я больше директор по развитию, так сказать, то есть куда мы идем, как мы будем дальше жить, где мы открываем еще филиалы. Я не педагог по образованию, я юрист. Делать все хорошо невозможно, поэтому есть специальные люди, как раз в этой области наиболее сильны.
А. Милкус:
- Какие пожелания или требования к тем, кто будет участвовать в конкурсе «Вклад учителя» в этом году?
Т. Есина:
- Самое главное пожелание – не бояться. Потому что, даже глядя на наших учителей, им почему-то сложно преодолеть понимание того, что они могут это сделать. Они говорят: ну, а что я? Я говорю: ты вот такой, ты замечательный, ты вот в этом силен. Главное, не бояться показать себя, не бояться рассказать о том, что ты реально умеешь, и преодолеть инстинкт самозванца, как говорится. Вы все крутые, вы все классные, приходите.
А. Милкус:
- Действительно, у учителя каждый день конкурс у доски.
Т. Есина:
- И стендап у доски.
А. Кузьмин:
- А почему обязательно у дочки? У нас есть учителя, которые с доской не работают, например, учителя физкультуры.
А. Милкус:
- Это образ такой.
А. Кузьмин:
- По-моему, этот образ отходит в прошлое. Уроки могут проходить в самых разных местах сейчас.
А. Милкус:
- Ну да. Я о другом. Я о том, что, наверное, не каждому учителю комфортно подвергаться еще проверки себя (любой конкурс – это проверка самого себя), и если ты не выигрываешь, наверное, как-то обидно, ты приходишь в школу с сознанием, что ты проиграл в конкурсе. Наверное, это учителю тоже какие-то страдания доставляет.
Т. Есина:
- Те, кто в десятку вошел, они уже победители. Если по годам вспомнить, понятно, помним первые места, помним финалистов. Это наше большое жюри, как мы называем, это наши друзья, с которыми мы постоянно контактируем, привлекаем ко всяким интересным историям.
А. Кузьмин:
- И вообще, на любой профессиональный конкурс надо смотреть как на возможность развития, я считаю.
А. Милкус:
- В общем, люди дорогие, развивайтесь, включайтесь. Я напомню, сегодня мы говорили с замечательными людьми, директорами школ. Татьяна Есина – директор школы «Феникс», Александр Кузьмин – академический директор школы «Новый взгляд». Спасибо вам большое. Я думаю, что мы еще будем рассказывать про ваш конкурс, про итоги, про финал и приглашать победителей. Потому что до сих пор одна из самых ярких программ прошлого года – это была программа как раз с финалистом конкурса «Вклад учителя» двухлетней давности Юлией Садыковой.
Т. Есина:
- Спасибо большое.
А. Кузьмин:
- Спасибо. До встречи.
Подписывайтесь на новые выпуски нашего подкаста, чтобы не пропустить новые выпуски «Родительского вопроса»!