Олег Кашин покинул эфир Радио «Комсомольская правда», не выдержав полемики с Сергеем Марданом

Обсуждали темы вроде не сильно горячие - предложение Минфина сократить армию и заканчивающийся ультиматум Тихановской. Но слово за слово и в итоге теперь Кашин ждёт извинений от Мардана за резкость

С. Мардан:

- Всем здравствуйте! В эфире Радио «Комсомольская правда»! Я – Сергей Мардан.

О. Кашин:

- И я – Олег Кашин. Давай монетаристов обличать, либерально-экономический блок правительства.

С. Мардан:

- Да, разоблачим предательство в самом сердце родины.

О. Кашин:

- Итак, чертовы монетаристы, либералы из правительства. Что они натворили?

С. Мардан:

- Либералы из правительства покусились на святое. Предложили сначала слить в одно целое, по-моему, ФСИН, МВД, Службу судебных приставов и кого-то еще. Это мы бы еще потерпели, но они предложили на 10% сократить расходы на оборону и на 10% сократить личный состав служащих Министерства обороны. На минуточку, речь идет, если я не ошибаюсь, о 100 тысячах человек. Это 5 мотострелковых дивизий.

О. Кашин:

- И 100 тысяч, наверное, магазинов «Пятерочка» и других, куда эти сокращенные люди могут пойти охранниками. Объединение ФСИН, МВД и прочего. ФСИН – это не очень правильно, потому что его долго отрывали от МВД еще 20 лет назад, чтобы отдать Минюсту, чтобы ведомство было более гуманным, чтобы не те, кто тебя арестовывает, тебя же потом в тюрьме прессовали. Но вернуть ОМОН, Внутренние войска и так далее в МВД вообще-то давно пора, потому что Росгвардия тоже не взлетела, не получилось у Виктора Золотова сделать отдельное ведомство, пора признать ошибку. Это и дешевле будет. Потому что зачем нам Золотов вообще?

С. Мардан:

- А их никто не собирается трогать. Поскольку русская жандармерия совсем недавно образована, поэтому они выведены из поля зрения финансистов.

О. Кашин:

- Я пытаюсь подсказать финансистам: эй, друзья, у вас под носом самый лакомый кусок, его ликвидируйте. Что касается армии, ты же сам говорил, что министр Шойгу пропал куда-то, и ничего, враг не пришел к воротам Москвы. Оказывается, можно и без Шойгу. Так что, почему бы и не посокращать армию, в конце концов? Мне кажется, что Россия слишком милитаризована.

С. Мардан:

- Потому что армию сокращали последний раз, по-моему, в 2006-2008 году. При министре Сердюкове была масштабная структурная реформа, когда переходили на бригадную структуру, распускали военные училища и пр. На самом деле военные говорят, что последствия этой нарисованной в PowerPoint реформы сказываются до сих пор. Очевидно, что если ты закрыл полсотни военных училищ, соответственно, уволил преподавателей, которые готовятся не за один, не за пять и даже не за десять лет, то дальше у тебя возникает вопрос: а кто готовит офицеров?

О. Кашин:

- Ну, военных в этом смысле надо слушать в последнюю очередь, они всегда хотят, чтобы их было много, чтобы у них было много денег и так далее.

С. Мардан:

- Это совсем не так. Это дежурный аргумент. Это ровно то же самое, что слушать профессионалов, когда ты спрашиваешь, как должен быть устроен автомобильный завод. Гуманитарий не скажет, как он устроен, он просто не знает. Бухгалтер не знает, как устроена армия.

О. Кашин:

- Лучший советский министр обороны, очевидно, это Устинов, штатский человек, при котором армия была наиболее сильная, богатая и боеспособная. А худший, по отзывам ветеранов, как бы маршал Жуков, который великий полководец, но руководить армией полноценно не сумел. Тоже общее место и штамп, но именно приведение Сердюковым, которого положено не любить, армии к новому облику в конце нулевых и привело к этому триумфу «вежливых людей» в 14-м году, потому что это, конечно, наследие Сердюкова, а не Шойгу.

С. Мардан:

- Это известный миф, это совсем не так. Результат реформы Сердюкова в огнях и цветах возник в 2008 году во время блистательной войны в Грузии, которая оказалась совершенно не блистательной, она была почти что провальной по потерям.

О. Кашин:

- И после войны 4 года Анатолий Сердюков руководил Министерством обороны, исправляя все ошибки, которые проявились во время войны.

С. Мардан:

- И после этого пришлось исправлять новые ошибки.

О. Кашин:

- Прости, а с какого года Сердюков был министром?

С. Мардан:

- Я не помню.

О. Кашин:

- С 2008-го и был министром на самом деле. Уж обвинять его, что армия была не готова к грузинской войне, это совсем какая-то некрасивая история. А к Крыму он российскую армию привел. Почитайте рассказы Сергея Шойгу, которые на самом деле вполне душевные, человеческие, но показывают абсолютно ограниченного провинциального такого получиновника-полухозяйственника.

С. Мардан:

- Это вообще не имеет значения. Мы же не юбилей Бунина с тобой обсуждаем, чтобы говорить, мыслитель Шойгу или не мыслитель. Вообще это не имеет никакого отношения к делу.

О. Кашин:

- Я не про слог. Вся мифология, что Шойгу создал новую армию, конечно, это полная ерунда, ничего он не создал. Он действительно предпочитает рисовать, из дерева что-то вырезать. И в эти дни, когда голоса Российской армии не хватает, хотя бы голоса, мы его не слышим вообще, и ты был совершенно прав, когда об этом говорил.

С. Мардан:

- Нет, голос Российской армии – это точно не министр обороны, а Верховный главнокомандующий. Поэтому то, что мы его упомянули… Я его вспомнил лишь потому, что он как бы является одним из главных спикеров и регулярно на значимые вещи выражает свою точку зрения, а здесь по какой-то причине он молчит.

Что касается сокращения армии. Я предполагаю, что на самом деле, как любая большая бюрократическая структура, Минобороны, наверное, сильно разрослось, там много и мертвых душ, и бессмысленных клевретов получают зарплату на всех уровнях.

О. Кашин:

- Бессмысленных клевретов обоих полов. Интересные расследования регулярно возникают.

С. Мардан:

- Я сказал «на всех уровнях». То есть клевреты, получающие зарплаты, это вплоть до уровня командира полка. Вот о чем идет речь.

О. Кашин:

- А я говорю про топов. Потому что та же Мария Китаева с телевидения, которая теперь генерал… Тоже про нее недавно было интересное расследование (не помню, у кого), про ее богатство, которое как-то обрушилось абсолютно в связи со службой в руководстве российских вооруженных сил.

С. Мардан:

- Мне кажется, что увод темы в сторону, кто с кем спит, и почему такая смазливая девица появилась рядом с каким-то генералом, они на самом деле уводят внимание от важного. А важное, с моей точки зрения, сегодня заключается в следующем. По всей южной и западной границе России конфликты идут по нарастающей, начиная от Белоруссии, заканчивая последними новостями из Донбасса о том, что украинцы перебрасывают тяжелые вооружения под Донецк и Луганск. Вот-вот начнутся выборы в Молдавии. Вполне вероятно, к власти вернется Саакашвили. Про Киргизию мы не говорим. По факту мы имеем действительно огненное окружение. И в этой ситуации, когда без армии довольно затруднительно заниматься внешней политикой, Белоусов предлагает армию для начала сократить на 10%.

О. Кашин:

- Белоусов? Это же Минфин.

С. Мардан:

- Минфин. Но Белоусов настолько влиятельный человек, как говорят, что он свои предложения делает даже без оглядки на Мишустина. Кстати, говорят, что даже не от Путина получает команды, а просто из неизвестного центра. Вот формулирует эти идеи и всё.

О. Кашин:

- От мировых масонов. Я представляю дискуссию. За столом сидишь ты и сидит министр Силуанов (или Белоусов). И ты говоришь: «Вот Саакашвили, вот Киргизия… Конечно, нужна армия сильная и богатая». На что Силуанов тебе говорит: «Смотри, собираемость налогов упала на столько-то, ВВП упал на столько-то. Какая армия?» На самом деле это очень красивая история, сюжет, что закрывать Российскую Федерацию будет бухгалтер. То есть он сведет баланс, поймет, что государства больше нет, и скажет: всем спасибо, расходимся. Наверное, так и будет.

С. Мардан:

- Я уверен, что так не будет. Потому что, по крайней мере, история последних 25 лет дает все основания предполагать, что бухгалтерам разрешают разговаривать в присутствии взрослых людей до какого-то определенного момента.

О. Кашин:

- А кто «взрослые»? Игорь Иванович Сечин?

С. Мардан:

- Да, в том числе и Игорь Иванович Сечин. А дальше в головах взрослых, наверное, всплывает аллюзию с сюжетом из государя императора Александра III, который бьет здоровенным кулаком по столу и орет: «Всю казну на войну!» И на этом бухгалтер, утирая слезы, уходит подсчитывать оставшиеся червонцы. Вот как это, по идее, должно быть.

О. Кашин:

- Проблема в том, что кулак Владимира Путина, очевидно, меньше кулака Александра III (просто физически). Во-вторых, те, кого ты называешь взрослыми, мы помним эти регулярные интервью Николая Платоновича Патрушева, допустим, патриарха силового сословия, который рассказывал про мысли в голове Мадлен Олбрайт, где она якобы что-то хотела с Россией сделать. Эти люди наверняка верят и в шаманов, и в Будду, если мы имеем в виду, что Путин Навального по имени не произносит. Как раз этим взрослым нужны дурачки бухгалтеры, которые им обеспечивают этот денежный баланс, позволяющий царствовать, лежа на боку.

С. Мардан:

- Дурачки бухгалтеры всегда нужны для того, чтобы сводить дебет с кредитом, но вообще, слава богу, что эти взрослые – русские православные люди.

О. Кашин:

- Мы готовимся к войне?

С. Мардан:

- Россия всегда должна готовиться к войне. Желательно, не прошедшей, а к войне будущей. Это как бы главный залог того, что ее не будет. Как только Россия перестает готовиться к войне, случается чеченская война и все остальные «приятности», которые произошли с Россией, начиная с 88-го года.

По поводу снижения расходов на 10% еще одно соображение у меня появилось. Тем более что ты вспомнил Виктора Золотова и Росгвардию. Хотя странно, почему не назвали жандармерией? По-моему, это прекрасно, очень по-французски. Я бы красивые парадные мундиры им бы еще сшил.

Так вот, пример Александра Григорьевича Лукашенко – это идеальный кейс того, насколько любая власть должна холить, лелеять, кормить, снабжать денежным довольствием, отправлять отдыхать в санатории своих силовиков. Только такая власть может удержаться. И это если говорить о внутренних смутьянах.

О. Кашин:

- Вопрос – зачем ей удерживаться? Комфортно было жить в Белоруссии, я думаю, всем до этого августа. Там и IT-сектор расцветал, и всем было хорошо. А потом, когда сработала та тактика, про которую ты говоришь, воспитывать поколения карателей, садистов и людоедов, чтобы в час Ч они вышли со своими дубинками против народа. И что? Получается, в общем, пепелище. Ну, как город Одесса. После сожжения Дома профсоюзов Одесса уже как бы не та, тень этого преступления еще долго, может быть, несколько десятилетий, будет над городом. И над Белоруссией тоже уже никогда по-настоящему так, как раньше, солнце светить не будет. Потому что в этом солнце есть отражение и порванной прямой кишки каких-то задержанных, и синяков пресловутых, и проломленных голов, и так далее. Хорошо, отстоял власть, но ради чего? Вот любимую не отдают, как говорится, я свою любимую из могилки вырою. Желание Лукашенко удержаться у власти – это уже чистая некрофилия. Потому что ту Белоруссию он убил в августе-сентябре. Что с Белоруссией, зачем она такая вообще и кому нужна?

С. Мардан:

- Белоруссия нужна России прежде всего. Мне кажется, что мы сейчас должны обсуждать Белоруссию и вообще думать о ней совершенно не в контексте Александра Григорьевича Лукашенко, он свою историческую роль, на мой взгляд, целиком и полностью выполнил. То, что в Белоруссии будут стоять ему памятники, у меня нет ни малейших сомнений.

Что дальше? А дальше Белоруссия, конечно, должна стать настоящей частью настоящего Союзного государства, с единой армией, единой валютой, единой внешней политикой, а не с этой многовекторной проституцией, которой Минск занимался последние 10 лет.

Почему мы сегодня вспомнили про Белоруссию? Потому что 25 октября истекает ультиматум, который Светлана Тихановская объявила Лукашенко. И с понедельника всю Белоруссию должна объять всеобщая политическая стачка. Первая политическая стачка в России случилась, по-моему, в 1903 году.

О. Кашин:

- Я думаю, мы не верим в серьезность такого ультиматума. Тем более, когда он появился, у меня был разговор: а разве не было всеобщей стачки в Белоруссии? Потому что, если читать Телеграм-канал «Нехта» (ныне признанный в Белоруссии экстремистским), то была и стачка на «БелАЗе», и много чего еще было, а вроде бы на самом деле не было.

Я знаю, что в Белоруссии популярен российский политик Максим Кац, который объясняет белорусам, что у них все хорошо, и всё они правильно делают. Нет, белорусы, у вас всё плохо, и Сергей Мардан правильно вас пугает (хотя он не вас пугает, наверное, но обещает памятники Лукашенко). Будут памятники Лукашенко. И в этом кровавом дерьме вы будете плескаться еще довольно долго, ровно потому, что вы поверили в абсолютно адский и не имеющий никакого отношения к реальности миф о действенности мирного протеста. Меня всегда поражала (еще задолго до Минска) вся эта вера в такую псевдонауку, что Джин Шарп, мирный протест, раскачивать режим и т.д. И вот пример мирного протеста, как немцы разрушили Берлинскую стену, воссоединились. То есть Горбачев вел переговоры, Горбачев договорился с Западом о передаче ему ГДР, всё это мы оставляем за скобками, в итоге оставляем только публичную и, в общем, постановочную историю про падение стены.

И вот из таких искажений реальности (медийных, политологических, каких угодно) и складывается в итоге та трагедия, которую переживают те люди, выходящие на площади и думающие, что вот я сейчас помашу плакатиком или флажком, и режим падет. А режим тебя в ответ бьет по башке палкой. Правильно, не верьте в мирный протест никогда. И выбор действительно всегда простой – либо вы живете под пятой режима, либо вы берете топоры и вилы и превращаете страну в то, во что превратилась Украина, в дикое гуляй-поле. И то хуже, и другое хуже. Как быть? А черт его знает, как быть.

С. Мардан:

- Олег, а как быть?

О. Кашин:

- Я лично взял семью, вещи и уехал жить за границу.

С. Мардан:

- То есть ты предлагаешь белорусам взять вещи и уехать жить в Лондон, что ли? Я боюсь, что они финансово не потянут эту жизнь.

О. Кашин:

- Да хотя бы и в Москву на самом деле. В Белоруссии мирной жизни не будет, наверное, уже никогда. Поэтому, дорогие белорусы, бегите, если можете. Но подход Мардана, что надо относиться к Белоруссии как к перспективному плацдарму, и мы не думаем о том, как настроен белорусский народ, главное, чтобы было единое Союзное государство… У нас уже было единое Союзное государство, с Прибалтикой, с узбеками, таджиками.

С. Мардан:

- Нет, мы сейчас не про таджиков, мы про белорусов и украинцев. Плевать я хотел на прибалтов и на таджиков (извините меня, пожалуйста, таджики).

О. Кашин:

- Понимаешь, Сергей Мардан, если бы 10 августа, наутро после выборов, Российская Федерация ввела войска, прогнала бы Лукашенко и объявила бы сама Светлану Тихановскую президентом Белоруссии…

С. Мардан:

- Да бог с тобой. Зачем Светлану Тихановскую? Просто сказали бы, что Белоруссия присоединена к Российской Федерации. Не надо никаких клоунов нам. Одних клоунов менять на других? Да бог с тобой. Какая Светлана Тихановская?

О. Кашин:

- Понимаешь, когда ты говоришь «клоун», наверное, ты уверен, что нет на свете людей, считающих клоуном тебя. Выбирая между тобой и Светланой Тихановской, почему я должен выбирать тебя?

С. Мардан:

- Да ты вообще ничего не должен выбирать. Тебя никто не спрашивает на самом деле. Ты даже не выбираешь в России никого.

О. Кашин:

- Прости, я за Собчак голосовал.

С. Мардан:

- Молодец. Ты политическое животное. Ты сознательно сделал мощный интеллектуальный выбор, проголосовал за мурзилку.

О. Кашин:

- Так вот, Сергей Мардан, послушай меня внимательно. Если меня никто не спрашивает, тогда мы заканчиваем нашу с тобой беседу и прощаемся навсегда.

С. Мардан:

- Ты очень быстро перешел к формату Кашин – Голованов. Здесь это не получится.

О. Кашин:

- Получится, может быть, еще лучше. Ты говоришь: Тихановская – клоун. То есть этот кровавый человек, который ради удержания власти всю Белоруссию нагнул и избил, он не клоун, он, типа, друг России.

С. Мардан:

- Подожди. Разве я это сказал?

О. Кашин:

- Тихановская, у которой мужа в тюрьму кинули и держат там уже 3 месяца, может быть, даже подвергают пыткам, которую саму схватили и выбросили из страны, ты ее клоуном называешь? Я бы на тебя посмотрел, если бы ты оказался в ее положении.

С. Мардан:

- Я гляжу, ты на себя лавры революционера примеряешь, представляешь, как бы ты противостоял проклятой этой белорусской гэбне с гордо поднятой головой?

О. Кашин:

- Я тебе еще раз, дорогой Роман Голованов, объясняю, что я в такой ситуации взял вещи и уехал, чего всем белорусам желаю.

С. Мардан:

- Давайте я отвечу вам, дорогая Евгения Марковна Альбац. Не надо сравнивать несравнимое.

О. Кашин:

- Знаешь, бывает такое выражение – лексическая редупликация. Считай, что я срифмовал слово «Альбац» с чем-то на букву «х» и тебе ответил.

С. Мардан:

- Ты выдохнул? Продолжишь разговор про Белоруссию?

О. Кашин:

- Разговаривай.

С. Мардан:

- Хорошо, тогда продолжу я. Что касается возможной объявленной Тихановской всеобщей забастовки, то учитывая, что никто на самом деле не знает, что в Белоруссии происходит, я так думаю, что возможны два сценария. Забастовки, возможно, и будут, только мы об этом не узнаем. Я думаю, что не забастуют крупнейшие предприятия – ни «БелАЗ», ни «Белкалий», ни Минский завод тягачей. Но это не значит, что не закроются тысячи магазинов, тысячи мелких фирм. Мне интересно, как эту ситуацию в понедельник-вторник будут трактовать обе стороны, то есть, как ее будет продавать Тихановская, как ее будут продавать пропагандисты Лукашенко.

И самый главный вопрос, который возникает, и ответа на который не следует, - следующий шаг и со стороны оппозиции, и со стороны Лукашенко. Понятно, что и те и другие находятся в тупике. Хождение каждые выходные по улицам, очевидно, закончилось ничем, а с понедельника похолодание приходит. И дальше нужно либо расходиться по домам, либо начинать какой-то новый этап. Вот, собственно, о чем идет речь.

О. Кашин:

- Сейчас я приму извинения от Сергея, и мы продолжим беседу. Сергей?

С. Мардан:

- Поехали?

О. Кашин:

- Извиняйся.

С. Мардан:

- За что?

О. Кашин:

- За хамство.

С. Мардан:

- Ты опять думаешь, что перед тобой Рома Голованов?

О. Кашин:

- Ну, мы договаривались Рому больше не вспоминать. Ну, слушай, ты нахамил. И чтобы продолжать беседу, надо произнести шесть букв заветных. Давай!

С. Мардан:

- Нет. Я тебе нисколько не хамил. Вот если я с тобой был слегка резок, то исключительно в ответ на твои, так сказать, спичи с переходом на личности.

О. Кашин:

- Но я тебе не затыкаю рот. И не говорю, что твое мнение здесь никого не колышит. Если ты не извиняешься, я сижу и улыбаюсь, снимаю наушники. Продолжай беседу.

С. Мардан:

- Можешь снимать наушники, Олег.

Ну, что продолжим тогда вечер с «Вечерним Марданом», видимо? Ну, ладно. Значит, смотрите. Вот какая тема у нас была в верстке и тема, которую можно обсудить. Она имеет такую массу отсылов в недавнее прошлое. В городе Тарусе городской комитет переименовал одним ударом, по-моему, порядка 15 улиц, вернув им исторические названия, а назывались они, как и водится. Можете открыть карту любого подмосковного города, например, я открываю карту Истры, которую я хорошо знаю. Там есть и улица Урицкого, естественно, главная улица Ленина. И улица неизвестных мне революционеров с 20-х годов. И улица даже 20-летия комсомола, удивительно, до сих пор есть. То же самое было и в Тарусе, то же самое есть в Подольске, да в любом российском городе.

В Москве при Юрии Михайловиче Лужкове, это вот одна из вещей, которую у него, действительно, не отнять, он это решение принял очень быстро, по-моему, в первый год своего мэрства. И огромное количество исторических названий, по которым несколько поколений москвичей просто тосковало, а любой москвич, даже понаехавший начинал свою жизнь в Москве с прочтения книжки Гиляровского «Москва и москвичи». Он знал, что есть не проспект Мира, а Моховая, что есть не улица Герцена, а Большая Никитская, есть Поварская, есть Скатертный переулок и так далее. Все эти бессчетные прекрасные названия, которые имели совершенно ужасные советские имена, причем, даже если взять улицу Горького, в отношении которой… Ну, вот я единственный, наверное, не согласен, что ее переименовали в Тверскую, потому что той Тверской, которая была на картах Москвы, она исчезла еще в начале 30-х. А все остальное – это было и восстановление исторической справедливости, а главное это было возвращение того самого настоящего облика старинному русскому городу – Первопрестольной.

Странно, что на Москве это все и закончилось. Почему инициативу Лужкова не подхватили в других российских регионах? Честно говоря, ответа не нахожу. Где-то были точечные изменения, где-то улицы, где-то площади переименовывали, но во массовой декоммунизации топонимики почему-то в России не было. То ли потому, что начались вот эти вот дикие 90-е, как бы народ занялся выживанием, им сразу стало не до восстановления исторической справедливости. То ли по каким-то другим причинам. Но это факт.

Важно ли это сейчас? Это большой вопрос. Я в соцсетях видел немного обсуждений этой историей с Тарусой, кто-то писал, типа, что вам от этого начнет лучше житься или нет? Кто-то из френдов написал, да, конечно, учитывая, что Таруса – это туристический город, наверное, основа его – благосостояние – это туристы, которые приезжают туда круглый год. И для них важно пройтись по какой-нибудь Троицкой улице, а не по улице Урицкого. В этом есть, помимо всего прочего, сугубо экономическое обоснование.

Нужно ли переименовывать советские названия? Уверен, нет. Я даже не уверен, что надо было переименовывать Ленинград в Санкт-Петербург. Вот у меня это в голове не укладывается. Я считаю, что советская история применительно к Питеру, городу, пережившему страшную блокаду, Городу- Герою, вот оно давало ему право, по крайней мере, на сохранение двух имен. Причем, как бы для финнов это же нормально: есть два названия – есть Абу и есть Турку. Почему бы не оставить два или три равноценных исторических названия – Санкт-Петербург, Петроград и Ленинград? Но на это тоже ума не хватило.

Эдвард Чесноков решил ко мне присоединиться.

Э. Чесноков:

- Здравствуйте, люди! У нас с Кашиным был проект «Кашин – Чесноков. Схемы». И мы рассказывали о всяких неприятных экономических схемах. О том, как олигархи и не только они пилили Русь-матушку. Я думаю, что сейчас лучшее время для чего-то подобного.

Я просто не понял, что происходит. Может, вы мне расскажете?

С. Мардан:

- Происходит? Олег слегка забастовал, почувствовал себя немного обиженным. И молчит, улыбается, глядя на меня с экрана.

Э. Чесноков:

- Я просто скажу…

С. Мардан:

- А мне без собеседника немного одиноко. Я был не готов просто.

Э. Чесноков:

- Я понял. Раз вы все время говорили, я немножко поговорю. Я просто очень смешную схему раскопал. Вот сейчас идут скандалы вокруг предприятия «Крымский титан». Он находится в Армянске, выпускает много чего интересного. И там происходят выбросы сернисного ангидрида и хлористого водорода. Это предприятие принадлежит Дмитрию Фирташу, это такой украинский олигарх. Его американцы очень хотят поймать, считая, что он участвует в сговоре Трампа с русскими. Там безумно интересно: ему один из банков, не знаю, даже неважно, какой, то есть, я знаю, какой, но не скажу по очень простой причине, что здесь важны не названия, а принципы. Ему один, как вы понимаете, крупный российский банк дал кредит – 2 миллиарда 500 тысяч рублей в 15-м году на развитие этого предприятия. Вскоре после этого Фирташ сказал, что антироссийские санкции вредны, то есть, это фантастика. Он получил кредит и сказал, что антироссийские санкции вредны! Но предприятие как-то все загибалось. И шло куда-то не туда. Вот. И сейчас абсолютно оно находится в каком-то странном состоянии. Куда ушел этот кредит от российского банка? Непонятно. А «Крымский титан» все так же дымит. Вот такая схема. И, наверное, там… Я даже не про это предприятие. Когда мы ругаем социализм и так далее, иногда более активное участие государства нашего в каких-то системообразующих предприятиях, может, его временная национализация, но было бы лучше, нежели его нахождение в руках украинских олигархов, которые кредиты взяли на развитие. И в итоге сказали, что санкции антироссийские - это плохо. И все.

Меня просто настолько поразила эта история, что я решил ею поделиться с вами.

С. Мардан:

- Слушай, а почему ты привел в пример именно «Крымский титан»? Почему бы нам не национализировать какой-нибудь НЛМК, например?

Э. Чесноков:

- Я как бы не настолько погружался в НЛМК, наверное, если погружусь, что-то скажу. Не только их, конечно. Была «Башкирская содовая компания», в которой совершенно по-булгаковски непонятно как активы оказались переписаны, уведены в какой-то кипрский оффшор, хотя компания вроде как окологосударственная. Потом возник скандал с Шихан Куштау. И после этого скандала, если бы его не было, его бы стоило выдумать, то суд наложил арест на предприятие. И практически они национализировали. И тогда даже Владимир Владимирович протестантов поддержал, которые за этот Шихан протестовали. Вот конкретный пример, когда доведенная до совершенно хлебодоручкиного состояния компания как бы квазинационализирована.

С. Мардан:

- Понятно. Эдвард, я с удовольствием подвесил бы тебя еще на полторы минуты, обсудил бы вопрос НЛМК и «Крымского титана», тем более, что тема экономики мне вполне понятна. Но я боюсь, что люди, которые сегодня вечером хотели послушать настоящие огненный срач, они не готовы.

Э. Чесноков:

- Ставка учетная Центробанка какая сейчас?

С. Мардан:

- 4.25?

Э. Чесноков:

- Точно.

С. Мардан:

- Ну, видишь!

Э. Чесноков:

- Не подняли и не опустили.

С. Мардан:

- Второй раз подряд.

Э. Чесноков:

- На месте остались как какие-то, знаете, враскоряку: и не туда, и не сюда. И не социализм, и не капитализм. И невысокая ставка, и не низкая. Гоголевщина какая-то!

С. Мардан:

- Знаешь, какая учетная ставка в Турции, например?

Э. Чесноков:

- 10, по-моему, или 12.

С. Мардан:

- 10%. И это не мешает Турции расти. И делать тяжелые беспилотники, иметь, видимо, самую мощную армию в Центральной Азии. Вот такой вот парадокс. Ставка может быть, конечно, 4.25, только почему-то это не помогает российским компаниям. Российской строительной компании «Ренессанс», которая ведет проект на пяти континентах, не возникла ни вчера, ни год назад, ни пять лет назад. Максимум, что они могут там делать – это получать всякие подряды в российских городах непонятным образом и зарабатывать на строительстве человейников. Парадокс! Это я к тому, что вопрос, а какая ставка в России, он абсолютно пустой и бессодержательный. Ставка может быть любой. И жизнь в России может измениться совершенно по другим причинам. Возможно, и «Крымский титан» тогда станет национальным, может, и нет.

Олег Кашин по-прежнему с нами, я вижу его в Ютубе. Можете писать нам, кто из нас прав – Кашин или Мардан.

Сегодня столетие со дня рождения великого итальянского поэта-коммуниста Джанни Родари. Помните великие стихи: «У каждого дела запах особый. В булочной пахнет тестом и сдобой…» Дальше длинное перечисление. «Рыбой и морем пахнет рыбак. Только безделье не пахнет никак .Сколько ни душится лодырь богатый, очень неважно он пахнет, ребята». Читайте детям хорошие стихи. Правда, в современной жизни им это не поможет.

Пока вы опешили от того, что происходит, есть еще одна тема, которую мы с Олегом предполагали обсудить. Ладно, на следующий раз оставим.

Сергей из Нижнего Новгорода:

- По поводу вашего разговора с коллегой, я так считаю, что вы две такие личности довольно-таки одиозных, что в одной программе вам трудновато будет.

С. Мардан:

- А какие мы одиозные? Навальный вон одиозный, Шендерович. А мы люди скромные. Мы просто журналисты. Мы на жизнь этим зарабатываем.

Сергей:

- Разные очень.

Сергей из Ставрополя:

- Последнее время очень много обсуждать Навального, кто его отравил, насколько он влияет на политическую жизнь в нашей стране. И совсем забыли про Николая Николаевича Платошкина, который в июне был обвинен непонятно в чем. Может, целесообразнее пообосуждать его, раз товарищ Навальный стал, мягко сказать, неинтересен для политической жизни нашей страны?

С. Мардан:

- Я готов был бы и Платошкина обсуждать. Я был с ним на совместных эфирах, периодически его в радиоэфире слушал, пока он вел свою программу. Не могу сказать, что его концепция лично мне была очень близка и интересна. Я довольно холодно отношусь к современным левым концепциям. Классический коммунизм ленинского толка мне понятнее, привычнее. Да, заведено дело по довольно опасной, тяжелой статье. Я не вдавался в детали. Наговорил он там что-нибудь или нет? Надеюсь, что и со здоровьем у него все будет в порядке, и дело это разрешится по-хорошему.

Алексей из Владимира:

- Олег потребовал с вас извинений. Я с него требую тоже извинений. Он в одной из передач сказал: Советский Союз – это был концлагерь. Что в Советском Союзе рабы. Мне 82 года. Как вы понимаете, большую часть я прожил в Советском Союзе. Я себя ни рабом, ни в концлагере не чувствовал. Рабы – это сейчас. Раньше как было? Попробуй даже пьяницу – намучаешься.

С. Мардан:

- Помимо всего прочего, по этой причине Советский Союз и кончился.

Алексей:

- Это было плохо. А лодыря вообще не уволишь. Зарплату задержал на три дня – к прокурору. А там уж по полной. Сейчас можно зарплату не платить месяцами.

С. Мардан:

- Нельзя сейчас зарплату задерживать. Вопрос не ко мне, поэтому ответить не могу. Я тоже никогда советских людей рабами не считал. Хотя и особых иллюзий по поводу идеологического государства тоже не испытываю.

Алексей из Воронежа:

- Все правильно делаете. Уже Антонова сократили, Баченину сократили, Аббаса убрали, Голованова сократили.

С. Мардан:

- Все работают, все на месте.

Алексей:

- Мало стало, совсем мало. Ваш эфир и Марии – это то, что есть на «Комсомолке».

С. Мардан:

- Спасибо на добрых словах.

Илья из Москвы:

- Вы сказали, что каждый человек, который сбил человека за рулем, должен сидеть в ГУЛАГе. Вы же готовы это повторить?

С. Мардан:

- Конечно. Я сказал: каждый пьяный человек, который сбил человека, должен сидеть в ГУЛАГе.

Илья:

- Есть же знаменитая история с вице-президентом ЛУКОЙЛа. Он тоже должен сидеть в ГУЛАГе?

С. Мардан:

- Водитель его, конечно, должен сидеть в ГУЛАГе уже с 2011 года.

Илья:

- Он исполнял указания своего руководителя. Находился в его подчинении.

С. Мардан:

- Так я прямо сказал: да, любой пьяный человек, который сбил человека насмерть, должен отправляться в тюрьму. Именно так, невзирая на должности, звания, политическую окраску и прочее. Не имеет значения.

Всем спасибо. Хороших выходных вам. Пока!

Подписывайтесь на новые выпуски нашей программы в Apple Podcasts, обязательно ставьте оценки нашему подкасту и пишите отклики!

Архитекторы смыслов - журналисты Олег Кашин и Мария Баронова садятся к оранжевому микрофону, чтобы подвести свои итоги дня и повлиять на дальнейшее развитие событий. Задача максимум - остановить войны и воцарить мир во всем мире. Программа минимум - не дать заскучать слушателям.
Легендарный реформатор боевых искусств и киноактер Брюс Ли