«Протесты сродни эпидемии»: грозят ли России конфликты с национальным окрасом

Уличные протесты
Елена Афонина и Андрей Баранов в программе «Национальный вопрос» поговорили с экспертами и журналистами о протестах в Нью-Йорке и о том, может ли такое произойти в Москве.

Мы предлагаем полный текст радиопередачи.


Е. Афонина:

- В эфире «Национальный вопрос». Мир лихорадит. Речь о том, что стало отправной точкой для многих акций протеста, которые прокатились по всему миру. 25 мая в Миннеаполисе при задержании полицией был убит афроамериканец Джордж Флойд. Это и стало поводом для массовых беспорядков. Они вспыхнули и более чем в двухстах американских городах, и далее прокатились по многим странам, в которых, как мне кажется, проблем с афроамериканцами вообще в жизни никогда не было.

А. Баранов:

- Ну почему. Допустим, в соседней Мексике с большими беспорядками полиция применила слезоточивый газ. В Бразилии вышли жители беднейших кварталов, фавел. Начиналось все мирно, кончилось тем же, чем во многих городах Америки, - погромами. И в Европе тоже. В Вене, даже в Вильнюсе несколько сот человек. Наиболее масштабные манифестации прошли в Лондоне. Там даже пытались штурмовать резиденцию премьер-министра на Даунинг-стрит. А в эти дни тысячи человек собрались в правительственном квартале на Уайтхолле.

У нас на связи наш корреспондент в Лондоне Михаил Озеров.

М. Озеров:

- Сейчас бурлит весь Лондон. И бурлит вообще вся Англия. Центральные дороги столицы заблокированы, перегорожены. Туда практически невозможно подъехать. Многие полицейские на конях. Причем их стаскивают с лошадей, избивают. Ситуация совершенно жуткая. За сегодняшний день 14 полицейских ранены. За предыдущий день – 13 полицейских доставлены в больницы. И главный лондонский констебль миссис Дик выступила сегодня с большой пресс-конференцией и заявила, что полиция и правоохранительные органы чрезвычайно обеспокоены тем, что протесты переросли в столкновения. Причем кое-где даже вооруженные, как она сказала. Сегодня самый мощный день протестов будет. Полиция приведена в состояние боевой готовности.

Е. Афонина:

- Под какими лозунгами выходят на эти акции протестов?

М. Озеров:

- Выходят и хотят выйти с разными лозунгами. В том-то и дело, что это очень разношерстная публика. Полно и черных, и белых, полно азиатов, кого угодно. Мародеров не так много, по сравнению с США. Здесь в основном набрасываются на полицейских, критикуют власть. Кто-то под лозунгами «мы хотим равенства». Это в основном черные. Кто-то говорит о другом. Тут все перемешалось. Разобраться, что к чему, очень трудно. Но в то же время, самое главное, о чем сказал сегодня министр здравоохранения, что все эти столкновения будут усиливать коронавирус. Будут усиливать эпидемию. Потому что большинство там не думает ни о каких защитных средствах, масках и так далее.

А. Баранов:

- Спасибо. Собственно, эти протесты сродни эпидемии. Из США через океан все это дело перелетело. И начинает захватывать Европу.

Е. Афонина:

- С нами для обсуждения этой темы политолог Александр Асафов. Александр Николаевич, здравствуйте. Нас гораздо больше волнует, не перебросятся ли эти протесты к нам сюда, в Россию? Есть ли в нашей стране предпосылки для возникновения конфликтов с национальным окрасом?

А. Асафов:

- У нас чернокожего населения, слава богу, нет. Но национальностей и наций всевозможных очень много. Есть горячие национальные регионы. Плюс проблема мигрантов, которая добавилась в последние десятилетия. Были случаи, которые удавалось, что называется, купировать. Все мы помним Кондопогу, Пугачев, события в Бирюлево в Москве имели национальный окрас.

Е. Афонина:

- Сейчас под воздействием этой ситуации оказались даже те страны, в которых сложно предположить проблемы афроамериканцев. Литва, например. Что это такое? Не перекинется ли это в Россию?

А. Асафов:

- Давайте поговорим о причинах и о ходе. А потом перейдем к нашим обстоятельствам. Дело в том, что я, может быть, выскажу непопулярное мнение, но все эти протесты связаны с низким социальным самочувствием общества во всех странах. И они имеют социальную природу. Потому что те мигрантские выступления, о которых вы сказали, это преимущественно страны Европы, это тоже вопрос социальный. Не расовый. Потому что мы видим в США, в Великобритании, Франции, даже Швейцарии, где они вышли на улицы, полиция не стала их разгонять, вообще не стала никак реагировать, это не война одной расы против другой. Это не обсуждение расовых проблем. Это проблемы социального характера. Претензии к власти от малоимущих групп граждан, преимущественно мигрантов, чернокожих – и в США, и в Европе.

Конечно, это имеет форму беспорядков, которые захлестнули Америку и после гибели Мартина Лютера Кинга, и после избиения восемью полицейскими Родни Кинга, помните, был такой эпизод, у него тоже были масштабные последствия. Но это проблема социальная, стандартная. Она в Америке и в других странах всегда есть. Обусловлена она тем, что общество, я имею в виду в широком смысле, мировое, оно находится в стрессе и тревоге. И любое событие может послужить триггером к появлению такого уличного недовольства.

Всегда есть группы граждан, их называет Дональд Трамп, это радикальные левые, в его представлении, и антифа, которые пользуются любой протестной повесткой для того, чтобы предъявлять свои политические требования.

А. Баранов:

- У нас тоже много таких сил, которые готовы воспользоваться подобным поводом и вывести людей на улицу. Давайте о нас поговорим. Грозит ли нам нечто подобное?

Е. Афонина:

- Социологи из группы Сергея Белановского провели свой опрос и выяснили, что более половины россиян, мягко говоря, считают, что пандемия коронавируса и экономическая ситуация могут привести к социально-политическим потрясениям в стране. Если следовать этим выводам, то экономическая подоплека у нас в стране есть. Есть ли у нас столь острое противостояние по расовым, межэтническим, межнациональным вопросам, чтобы воспользоваться ими для того, чтобы потом вывести людей на улицы?

А. Асафов:

- Я знаком с исследованием Белановского. Я считаю, что он, мягко говоря, преувеличивает. Тем не менее, факты отмечены интересные. Дело в том, что попытка тех самых сил, о которых вы говорили, использовать американскую риторику на нашей почве уже была. Эффекта не вызвало. Помните эпизод с убийством при задержании, когда человек рулона обоев разбоем украл. В соцсетях, по-моему, даже пикет был, с калькой слогана Russian Lives Matter, они скопировали даже риторику, но это не вызвало отклика, не вызвало реакции.

Плохая новость в этом всем только одна. Протесты в России, в Москве, в частности, и в других городах, будут. Протесты будут иметь социальную форму, форму проявления недовольства. Это мировой тренд. Оппозиция, безусловно, будет пользоваться этой повесткой для того, чтобы превращать требования социальные, например, помощи от государства более деятельной, более адресной, более ощутимой, они будут это, конечно, поворачивать в политическую сторону. Для волнений, столкновений и прочих санкционированных и не санкционированных уличных действий у нас почвы сейчас нет.

Елена Афонина

Е. Афонина:

- Нам пишут, что «перебросится, еще как. Это неизбежно. Об этом нужно думать и решать этот вопрос. У нас мигрантов все больше и больше. Их уже миллионы. Уберите гастарбайтеров, иначе Москву будете сами защищать. Они будут требовать все больше и больше. Затем придут к власти. Это очень опасно». Эти настроения «у нас очень много гастарбайтеров» сохраняются даже несмотря на то, что большинство людей, которые приехали сюда зарабатывать деньги, с началом пандемии уехали к себе на родину. По идее, эта острота момента уже должна была быть снята.

А. Асафов:

- Это инерционное ощущение будет продолжаться всегда. Потому что недовольство мигрантами, даже если у нас будет один мигрант на весь город и три мигранта на всю страну, оно останется. Поскольку и мигранты ведут себя по-разному, и в экономическом поле они, конечно, занимают серьезную нишу на рынке труда. Так или иначе, люди сталкиваются с ними, это вызывает вполне объяснимое раздражение. Но повторюсь, если были предпосылки для волнений, вызванные, например, тем, что транслировались угрозы: вот, мигранты остались без работы, они сейчас пойдут грабить, убивать, и это вызовет ответную реакцию, вся страна будет в окне, - этого не произошло.

Во-вторых, по Москве есть цифры, что 5 млн. человек уехали и, скорее всего, безвозвратно. Потому что Москва не торопится в эту сторону снимать ограничительные меры. И есть вероятность, что она их не снимет не скоро. И вообще надо отметить, что есть резкое преувеличение национально-этнического, а еще религиозного фактора. Есть фактор социальный. Это так. Люди, живущие за чертой и близко к черте бедности, у них к криминальным действиям есть предпосылки. Но это не этнический фактор, не религиозный.

По религиозному фактору, опять же, у нас та напряженность между разными конфессиями ушла. И мы видим, как у нас появляются и общие праздники, и общие поводы для сожаления. И мы представляем собой единой общество.

А. Баранов:

- Я тут с вами не соглашусь. Вспомним классиков. Есть причины – плохое социально-экономическое положение целых групп, в том числе и мигрантов. А есть повод для того, чтобы это все вспыхнуло. В Америке поводом стали действия полицейских.

Е. Афонина:

- Если на межнациональной, межэтнической почве всю страну поднять с трудом удастся, я уверена, что не удастся, то в отношении полиции это может сыграть. Почти год назад были московские протесты. Как начали в сторону полиции выдвигать определенные требования: не так действуете, слишком жестко, не имеете права, и прочее. Вот на этой почве удастся ли поднять определенные группы населения?

Зададим этот вопрос главе Московского межрегионального профсоюза полиции и Росгвардии Михаил Пашкину.

А. Баранов:

- Недавно полиция получила разрешение открывать огонь на поражение сразу в случае необходимости. Это может привести к такой ситуации, когда что-то случится с кем-то из задерживаемых, он будет застрелен, и это вызовет всплеск протестов на национальной почве? В Москве были попытки таких ритуальных похоронных процессий по одному из центральных проспектов, которые проводила одна из национальных общин.

Е. Афонина:

- Давайте вспомним блогера, который сел за то, что он призывал детей сотрудников полиции… я не буду эту мерзость повторять. Действия словесные были направлены против сотрудников полиции.

М. Пашкин:

- Вы сказали, что разрешили сразу стрелять. Это и раньше было. Если жизни и здоровью сотрудника или граждан угрожает опасность, сотрудник полиции имеет право сразу применять оружие, не стреляя в воздух. Сейчас просто журналисты не так поняли или кто-то, это было и раньше. Это сразу отсекается. Вопрос в другом. Будет ли стрелять полиция и Росгвардия по людям? Я считаю, что не будет. Вспомните Ингушетию, недавние события, когда полиция и Росгвардия отказались разгонять митинги. Это национальная республика, там все кланово. Кровная месть. Но это очень показательный факт. Если, не дай бог, люди начнут выходить массово на улицу, женщины, дети, старики, то ни одна полиция, Росгвардия стрелять по ним не будет. А власти это все прекрасно видят. ФСО докладывает президенту реальное положение дел, не то что ВЦИОМ или «Левада Центр».

А. Баранов:

- Почему ФСО?

М. Пашкин:

- Потому что там есть специальная служба, которая мониторит настроения граждан. Если президент решил выделить деньги на детей, на иные моменты, перестраивается экономическая политика, то там поняли, что если дальше будет так продолжаться, эта монетарная денежная политика, которую проводит Центробанк и Силуанов, то страна может просто взорваться.

А. Баранов:

- Я тут с вами не соглашусь. Невыполнение приказов полицейскими Росгвардии – это сравни тому, как стоят на коленях в Америке, а некоторые вообще срывают с себя жетоны и встают в ряды демонстрантов, говорят: я с вами, я на стороне народа. Ни к чему хорошему это не приведет. Вам припомнят случай, который произошел в Екатеринбурге, когда был открыт огонь на поражение против неадекватного человека. Политическая оппозиция сразу воспользовалась этим и сказала, что это полицейский беспредел.

М. Пашкин:

- Это оппозиция. Нормальные люди понимают, что если с ножом человек бросается на полицейских, его надо сразу пристрелить. Даже вопросов нет. Ни один нормальный человек не выступит против. А те, кто говорят, что так было нельзя, а вот давайте-ка на них сейчас кто-нибудь с ножом бросится, что они тогда запоют?

Е. Афонина:

- Мы видим, что происходит в Америке. Когда при задержании человека, у которого богатый криминальный послужной список, судимость, задержания, когда экспертиза установила, что он был под воздействием наркотиков, которые содержались в его крови, то есть явно вел себя неадекватно, тем не менее, это абсолютно никого не волнует. Человека похоронили в золотом гробу, перед ним вставали на колени, рыдали и просили прощение.

А. Баранов:

- Из него делают национального героя.

Е. Афонина:

- И дальше это по многим странам мира расползлось. Не может ли подобная ситуация повториться у нас?

М. Пашкин:

- У нас – нет. В Америке еще нужно знать их менталитет. Они уже много лет извиняются перед неграми за то, что их сюда привезли и было рабство.

Е. Афонина:

- А какой менталитет был на Украине? Когда в 2014 году «Беркут» на коленях стоял?

Андрей Баранов

А. Баранов:

- Их заставляли. Иначе тебе по голове сразу дадут.

Е. Афонина:

- Я про это и говорю. То есть украинский менталитет и российский, мне кажется, недалеко друг от друга отстают.

М. Пашкин:

- У нас на колени никто не встанет в России. Это я вам сразу говорю. В Америке, если бы эти начальники полиции, которые ложатся на спину или на живут и руки за спину делают, говорят, что не надо меня душить, или что-то в этом роде, если бы он в мегафон сказал: уважаемые граждане, жители моего города, я против того, что убили человека, потому что его втроем держали. Наручники надели – все, не надо его душить было. Но если вы будете сейчас тут беспорядки наводить, я приму против вас меры, которые положены по закону. Всё. На какие колени вставать? И беркутовцы, они встали на колени, что с ними сделали? Их всех пересажали. Вот и все.

Е. Афонина:

- Понятно. Игорь нам пишет: «Полицейский должен выполнять законные приказы командиров и начальников. Это закон». «Против полиции не пойду, против гастарбайтеров – пойду».

А. Баранов:

- Александр Николаевич, вы слышали мнение представителя профсоюза правоохранительных органов. Согласны вы с его выводами?

А. Асафов:

- По существу – согласен. По форме – не согласен. Дело в том, что у нас ненависть к полиции разжигает конкретная политическая группа. Вы упомянули очень интересный период 2019 года. Вы помните, кто тогда разжигал ненависть к представителям правоохранительных органов и как? Они создали так называемый проект «Сканер», где выкладывали контактные телефоны для организации травли, чтобы людей и их семьи затравили дома, та злобная масса. Это ненависть искусственная. У нас в обществе есть недоверие к полиции, к милиции. Это часть нашего национального кода. Но таких историй с коленями, извинениями, переходом на сторону восставших я представить себе не могу. У нас будут протесты социального характера, но не такие.

Е. Афонина:

- Прошлогодние выпады против сотрудников правоохранительных органов, по вашему мнению, специально разогреваемая тема. Она сейчас может повториться? Или нет повода, нет события, а значит, и народ не взбудоражишь этим?

А. Асафов:

- Напомню, что и тогда народ не был особо взбудоражен. Мы делаем вывод из СМИ, и нам кажется, что это имеет какой-то массовый характер. Попытки будут. Попытки идут уже сейчас. И мы с вами видим, я цитировал эпизод, когда это попытались раскрутить в социальных сетях, точно так же, как и убийство Флойда в США. Попытки будут. Травля полицейских будет, претензии будут. И попытки создать вал ненависти по отношению к полиции будут.

История и прошлого года, и нынешнего, и буквально последних дней показывает, что наше общество так не думает. Наше общество не ненавидит людей за их работу. Наше общество знает, что полицейские защищают его. Поэтому вызвать вот этот вал – пытаться будут, но я не думаю, что у них получится.

Светлана из Москвы:

- Повод опасаться, может быть, и есть. Но дело в том, что наш народ сейчас очень тяжело поднять. Народ напуган вот этими постановлениями, новыми законами. Почему никто не говорит о том, что у нас недавно совсем нашего советского, русского человека убили за четыре рулона обоев?

А. Баранов:

- Вот вы уже взяли на веру то самое – убили за четыре рулона обоев. Он взял, а его убил этот бесчеловечный, жестокий, кровавый режим, которому не место в нашей стране. Этот человек приставил нож к горлу кассира, потом забаррикадировался в своем доме, вышел к полицейским с макетом автомата. При этом кричал и угрожал. А макет автомата не отличишь от настоящего. И что делать было?

Светлана:

- Показывали его родителей в первый же день. И все, замолчали. Больше не было ни одного репортажа на эту тему.

А. Баранов:

- А что нужно было говорить? Кто виноват?

Светлана:

- Почему нужно было убить за четыре рулона обоев человека?

А. Асафов:

- Потому что иначе он бы убил сам человека. Это наглядная иллюстрация. Мы говорим сейчас о тревоге людей, о недоверии людей власти. О вере людей в различные мифы и фейки. Но мы не говорим о ненависти. Это растерянность общества в тяжелейшем стрессе, в экономическом кризисе и в этой коронавирусной инфодемии. Но перевести это в формат массовых протестов невозможно. Наша уважаемая Светлана сама говорит: народ поднять невозможно. Народ увлечен обсуждением конспирологии. Там он и останется.

Е. Афонина:

- Нам пишут: «Неадеквата с ножом не обязательно убивать. Можно по конечностям стрелять. И у нас никогда не выйдут, как в Америке». «Национальный вопрос России не грозит. Народу надо выживать в связи с ухудшением экономической ситуации в стране». По поводу товарища с обоями: «Его нафаршировали свинцом. Несъедобный».

Спасибо, Александр Николаевич.

А теперь поговорим о будущем.

А. Баранов:

- 24 июня пройдет парад в честь 75-летия победы над фашистской Германией. Сейчас в столице заболеваемость пошла на спад. Количество выздоравливающих ежедневно превышает количество заболевших. Парад пройдет ровно через 75 лет после того, как на Красной площади в 1945 году прошел Парад Победы. Его принимал маршал Жуков, командовал Рокоссовский. Руководство нашей страны стояло на трибуне Мавзолея, к которому были брошены двести трофейных фашистских знамени.

Но мы слышим голоса: да вы что, еще понятно, вы хотите всех перезаразить, вы хотите ветеранам сократить оставшиеся годы жизни, этого делать нельзя! Хотя 9 мая все говорили, глядя на Минск: вот молодец Лукашенко, ничего не испугался, какой парад сделал, а у нас, а наш… а мы, эх, вы, предали память предков – наших отцов и дедов, которые ковали победу. Теперь выясняется, что не надо нам никаких этих действий, не нужен нам «Бессмертный полк», пока есть зараза.

Елена Афонина

Е. Афонина:

- Вопрос следующий: нужны ли нам такие мероприятия в условиях пандемии?

А мы узнаем мнение политолога, заместителя директора Института истории и политики МПГУ Владимира Шаповалова и политика Бориса Надеждина.

А. Баранов:

- Борис Борисович считает, что не нужно проводить такие акции. Почему?

Б. Надеждин:

- Сама по себе затея таскать межконтинентальные ракеты и тяжелые танки по улицам крупнейшего мегаполиса Европы мне кажется совершеннейшим безумием. Само себе.

А. Баранов:

- А в Париже тоже тяжелая техника ходит, и ничего, не безумие.

Б. Надеждин:

- Никто не таскает, кроме нас и Северной Кореи, межконтинентальные ракеты по столице. Тем не менее, победа – величайшее событие, отмечать его, конечно, надо. Возлагать цветы, помогать ветеранам. Увы, их осталось очень мало. И не возражаю, очень даже мило и хорошо, если пройдут по Красной площади в красивом строю наши офицеры, курсанты, Юнармия. Это все красиво, я только за. Барабанщицы особенно. Это красиво и хорошо. Но тяжелая техника – это…

А. Баранов:

- Тяжелая техника не заразится.

Б. Надеждин:

- Это дикость, это средневековье. В средневековье каждый феодал считал нужным своих рыцарей прогнать, чтобы окрестные рыцари понимали, что круто, и боялись. Сейчас-то чего скрывать? Что, кто-то не знает, что у нас есть ракеты?

А. Баранов:

- По Парижу идут танки и идет другая техника.

Б. Надеждин:

- Никто уже никуда не идет. Уже все успокоились. Успокойтесь уже.

А. Баранов:

- Я спокоен, я просто сам это видел в прошлом году.

Б. Надеждин:

- Более того, даже в советское время парады были на 7 ноября. На 9 мая при Путине каждый год проводят. До этого не было. Я еще хотел сказать по поводу пандемии. Военный парад в том виде, как он задуман, особо не повлияет, - слава богу, как я понимаю, там ветеранов не собираются физически приглашать, - он не повлияет на эпидемию ни разу. Гораздо хуже на эпидемию повлияет вот это идиотское голосование семь дней с обходом по квартирам 1 июля. Может, кто-то не знает, с 25 июня по 1 июля обойдут миллионы учителей десятки миллионов избирателей. Это безумие. А парад сам по себе ничего не даст. Потому что военные – молодые ребята, а их особо вирус не берет.

А. Баранов:

- Тогда еще более идиотский «Бессмертный полк».

Е. Афонина:

- Сейчас вы неправильно сказали.

Б. Надеждин:

- «Бессмертный полк» - не менее опасная история, чем выборы. Но все-таки он сильно позже. Он 26 июля. Я еще одну вещь скажу по поводу цифр по пандемии. Они совершенно не падают. Плато в самом разгаре. И в Москве – да, чистая правда. Количество заражающихся ежедневно упало с уровня 5 тысяч на уровень меньше двух. Это чистая правда. Но если вы статистику посмотрите по всем регионам, кроме Москвы и ближнего Подмосковья, Санкт-Петербурга, количество зараженных во всей России растет каждый день. На этом мой доклад закончен. Считаю парад в этом смысле не опасным с точки зрения эпидемии. Потому что военные молодые, они практически не болеют.

Е. Афонина:

- А что думает по этому поводу политолог, заместитель директора Института истории и политики МПГУ Владимир Шаповалов?

В. Шаповалов:

- Поскольку Борис Борисович затронул очень широкий спектр тем, позвольте мне тоже это сделать. И начать с голосования. 22 и 29 июня проходит голосование в Сербии, во Франции второй тур муниципальных выборов, в Польше президентские выборы. 15 апреля прошли парламентские выборы в Корее. По большому счету, эти страны провели это раньше. И ничего удивительного в этом нет. Поскольку мы отстаем по времени по пандемии. Но если мы сопоставим временные отрезки, то мы увидим, что вполне период с 25 июня по 1 июля входит в затухание пандемии. Ничего страшного не будет. Французы, сербы, поляки, корейцы спокойно к этому относятся.

Целый ряд стран провели свои выборные процедуры в разгар пандемии. Вот против этого, конечно, мы выступаем. И поэтому мы отложили и голосование по поправкам, и на два с половиной месяца отложили муниципальные выборы. А вот к 1 июля, наверное, никаких проблем уже быть не может.

Андрей Баранов

А. Баранов:

- По параду что скажете?

В. Шаповалов:

- Что касается парада и «Бессмертного полка», очень хорошо, что «Бессмертный полк» проходит 26 июля. Это даст возможность совершенно спокойно людям и в Москве, и в других городах принять участие. Что касается самого парада, то знаете, Борис Борисович сказал очень знаковую вещь, которая глубоко символична. Он не против парада 24 июня. Он против парада вообще. Если вы обратите внимание, достаточно многие люди, мыслящие так же, как он, и до пандемии, и в прошлом, и в позапрошлом году, и пять, и десять, и двадцать лет назад, и спустя двадцать лет будут говорить одно и то же: зачем нам эти парады вообще нужны?

Поэтому в данном случае мы должны понимать, что всяческие заявления о том, что зачем 24 июня парад, они от лукавого. Это просто попытка искусственно привязать неприятие парада, то есть этого мемориального мероприятия как такового, к какой-то причине, в данном случае этой причиной является пандемия.

Кстати, что касается пандемии. Не только в Москве, Московской области и Санкт-Петербурге происходит падение результатов, падение заражения. Оно происходит в достаточно большом круге субъектов федерации. Эти три региона просто лидеры, поэтому в этих субъектах федерации эти цифры очень серьезно видны. Посмотрим на Севастополь и Крым. Абсолютно никаких заражений нет. Посмотрим на Сахалин, на Республику Мордовия, за которой я слежу регулярно. Там три-четыре недели назад был пик – примерно 70 человек в день. Эта цифра держалась на протяжении недели-полутора. В настоящее время – 30-40. Как же так? Почему Борис Борисович говорит о том, что во всей России идет рост?

Да, есть субъекты федерации, в которых, действительно, существует рост. И этот круг субъектов федерации нам тоже известен. Да, общая цифра, если мы московский регион уберем, общая цифра в удельном весе зараженных московского региона падает, России – растет. Но это совсем не значит, что во всей России наблюдается этот рост. Всю остальную Россию мы тоже должны разделить. И это вполне естественно. Потому что существуют разные волны. Будем надеяться, что в ближайшие неделю-две и во всех остальных субъектах Российской Федерации также начнется устойчивое падение.

Е. Афонина:

- Спасибо. Зачитаю пришедшие сообщения. Здесь тоже противоположные точки зрения. «9 мая уже был праздник, обращение Путина у Могилы Неизвестного Солдата, пролет авиации. Люди уже поблагодарили и помянули своих дедов и прадедов. Наверное, если такие ограничения последние три месяца в связи с пандемией были, то нелогично проводить такие массовые мероприятия как парад, да и материальные траты в этих условиях тоже излишни», - пишет Александр. «Конечно, нужно. Пускай парад будет. Если Надежду не нужно, пусть не смотрит».

Б. Надеждин:

- Можно вставить три копейки? Я совсем коротко. По поводу выборов в Южной Корее. Там количество заболевших примерно на единицу человека в десять раз ниже, чем у нас.

Е. Афонина:

- А во Франции, где выборы прошли?

Б. Надеждин:

- Мы – единственная страна в мире, другой такой нет, когда голосование по конституции идет по идиотскому сценарию. Не один день, как во Франции, в Сербии, в Южной Корее, где люди придут и проголосуют на участке. У нас семь дней, миллион членов комиссий, среди которых почти все учителя, будут ходить по квартирам.

А. Баранов:

- Да с чего вы взяли? Наоборот, реклама идет по телевизору. Приходят в час по семь-восемь человек на участки.

Б. Надеждин:

- Парад – это хорошо. Но без фанатизма.

Е. Афонина:

- Мы поняли.

Владимир из Московской области:

- Я полностью согласен, что парад нужен. Нужен парад 7 ноября. Но надо учесть, что есть проблема очень серьезная, и люди могут заболеть и даже умереть. Кто будет отвечать, если кто-то из тех, кто был на параде, заболеет?

А. Баранов:

- Министру обороны Шойгу поручено президентом обеспечить эпидемиологическую безопасность. Это было сделано публично. Так что будет отвечать Министерство обороны и его руководство.

Олег Сергеевич с Алтая:

- Да, нужен! Мой отец в 1941 году с первых минут на границе с Польшей встретил войну.

Е. Афонина:

- Спасибо!

«Хорошее питание и витамины». Иммунолог рассказал, как помочь организму подготовиться к встрече с коронавирусом
Экономика с Михаилом Делягиным