Шевченко: Произносить «протесты» нельзя, а вазелин публично дарить можно

Максим Шевченко
Максим Шевченко и Валентин Алфимов в программе «Доживем до понедельника» поговорили о российских протестах, цензуре на телевидении, снятии оппозиционных губернаторов и неоднозначном подарке депутата — баночке вазелина.

Скачать передачу [mp3, 43.4 МБ]

Мы предлагаем полный текст радиопередачи.


В. Алфимов:

- Здравствуйте! Дожили до понедельника!

М. Шевченко:

- Доброе утро, свободный народ! Тину Канделаки давненько мы не слышали в нашем эфире, но Валентин, думаю, у нас хорошо получается обсуждать самые важные и яркие вопросы нашего политического бытия.

В. Алфимов:

- Спасибо!

М. Шевченко:

- Один из самых ярких вопросов – это вазелины, как оказалось. Когда депутат Госдумы Вадим Булавинов дарит главе Балахнинского района Нижегородской области баночку вазелина, приговаривая, что она вам понадобится.

В. Алфимов:

- Здесь важно понимать. Это не то, что он пришел к нему домой и на день рождения или День конституции подарил. Это не то.

М. Шевченко:

- Он еще приговаривал, даря, вот, мол…

В. Алфимов:

- Торжественное открытие школы, она открылась по нацпроекту. Приезжает депутат Госдумы, который имеет отношение к этому району, к области. И в микрофон заявляет про баночку вазелина! «Хочется подарить подрядчику и главе администрации эту баночку вазелина». Это же гениально!

М. Шевченко:

- Слушай, какие-то пиарщики сидели… Это называется повышение популярности в народе партии «Единая Россия», то есть, они решили не делами, а превратиться в клоунов с уголовным подстекстом!

В. Алфимов:

- Подождите!

М. Шевченко:

- Давай так. Я старый перец, ничего не понимаю в этой жизни. Обращаюсь к тебе. Ты понимаешь контекст. Что такое, что означает – подарить баночку вазелина?

В. Алфимов:

- Он сказал, «она вам пригодится». Вам будет всем очень тяжело.

М. Шевченко:

- На что он намекает? На анальный секс, что ли, у них будет с губернатором!

В. Алфимов:

- Максим Леонардович! Мы с вами, мне кажется, сейчас называем белое белым, а черное черным.

М. Шевченко:

- Чего мы хихикаем в эфире? На самом деле, депутат Госдумы предлагает гомосексуальные или иные формы политического контакта между главой исполнительной власти и главой местной администрации?

В. Алфимов:

- А я не понимаю, почему вы так удивляетесь? Это то, о чем мы с вами, о чем абсолютно все каждый раз говорят на кухнях!

М. Шевченко:

- Это непристойно, понимаешь? На кухнях обсуждают, в том числе, разные вещи интимного характера. Имеется речь в данном случае о публичной политике. Да, всегда с детства нас сопровождает то, что Михаил Бахтин – великий русский филолог называл как бы «низовая культура», которая всегда завязана на грубом эротизме. Но в данном случае!.. Это что? Уголовная специфика? Или гомосексуальная специфика? Или какая?

В. Алфимов:

- Да никакой специфики уголовной или гомосексуальной тут нет.

М. Шевченко:

- В нашу риторику, в наш оборот вошли такие шутки. Там «мы под ним лежим» и так далее. Я даже не хочу это повторять! Нас с утра могут слушать женщины и дети.

Этот человек и эти депутаты позволяют себе такие шутки1

В. Алфимов:

- Он назвал вещи своими именами! Точно так же, как мы с вами. Нас всех за то, что вот вы тут накосячили, вот так вот поиметь!

М. Шевченко:

- Ты считаешь это нормальным? Это грубое заискивание перед народом! Люди, которые жалуются на засилье блатной риторики, блатной культуры в стране, сами на самом высоком уровне это поддерживает! О чем идет речь? Что в наказание за то, что вы не сдали школу, вас в виртуальном смысле, мы надеемся, подвергнут как бы некоему принудительному сексуальному испытанию.

В. Алфимов:

- Мне кажется, вы так глубоко копаете!

М. Шевченко:

- Они, эти народные избранники, привыкли выражаться таким языком, что похабщина просто прет! Из каждого слова. Они даже уже выглядят похабно!

В. Алфимов:

- Хорошо. Тогда второй вариант.

М. Шевченко:

- Почему нельзя сказать: приедут и за то, что вы так долго не сдавали школу, губернатор серьезно будет с вами разбираться.

В. Алфимов:

- Он это и сказал.

М. Шевченко:

- Он сказал не так.

В. Алфимов:

- Да именно это он и сказал! Другими словами просто.

М. Шевченко:

- Он сказал публично перед людьми, что приедет губернатор и вас отымеет!

В. Алфимов:

- Кстати, вот этих слов он не говорил! Кстати, вазелином можно губы смазывать на морозе. Я согласен, что не про это разговор. Хорошо, другая история, когда тех же единоросов очень долго осуждали за то, что они говорят такими расплывчатыми фразами, когда ничего не понятно, что-то откуда-то они там от Рождества Христова…

Максим Шевченко

М. Шевченко:

- Они вполне конкретно, они нам рассказывали последние годы… Масса синхронов единоросов со всех концов страны, что народ – это быдло. Недавно одна депутат Гусева, по-моему, на юге рассказала, что те, кто живет на минимальную зарплату, это какие-то бездельники, бомжи, алкоголики и так далее.

Они нам очень много чего рассказали.

В. Алфимов:

- Это единичные случаи.

М. Шевченко:

- Вполне, как говорится, соответствует социальной политике этой партии.

В. Алфимов:

- Давайте дадим слово Вадиму Булавину, депутату Госдумы. Что он хотел этими словами сказать? Мы с ним связались и спросили его мнение.

В. Булавинов:

- На самом деле, я ничего плохого не имел в виду. Механизм прохождения конкурсов, строительства, контроля, он скрипит и не смазан. Неплохо было бы, конечно, вазелин использовать по назначению. Но учитывая, что в данном районе еще планируется крупный объект – это клуб в поселке тоже по федеральному финансированию, ну, на эти грабли еще раз вставать категорически не хочется. Тем более строительство вещь идет социальных объектов, их люди ждут. Это то, что должно уже было существовать давным-давно, но пока не было федеральной программы, ничего не двигалось. Поэтому это, скажем так, на перспективу. И чем лучше будет смазан механизм взаимодействия, тем будет успешнее. И сроки строительства, и качество объектов.

М. Шевченко:

- Механизмы смазывают вазелином, что ли? Это, конечно, в пользу бедных, слушайте. А еще я считаю, что эта блатная эротическая риторика должна уйти из контекста. К сожалению, ее задает высшая власть зачастую. У нас такие бахтинского уровня выражения на самом верху звучат. И считается, что это как бы такая культура чуть ли не традиционная. Народная. По-моему, это похабщина.

В. Алфимов:

- Нам еще слушатели пишут, что вазелином лицо мажут боксеры.

М. Шевченко:

- В любом случае, депутат Госдумы должен выражаться более ясно и как бы менее грубо афористично.

Давайте поговорим об отставке губернатора Левченко, которая состоялась в День Конституции. Его вынудили написать прошение об отставке по собственному желанию. Шантажом и угрозами фактически!

В. Алфимов:

- Доказательства?

М. Шевченко:

- Он сам нам расскажет. Он уже рассказал практически в своем выступлении и в заявлении обкома КПРФ. Знаешь, там местный обком, который он возглавляет, считает, что он уже сказал, потребовал в отставку и президента, и главу правительства.

Травля Левченко велась организованно и по многим ресурсам. Четыре было заказчика этой травли. Я прекрасно понимаю, почему Тинатин Гивиевны сегодня нет в нашем эфире. Это был и Ростех – Сергей Чемизов, который оттуда родом и полагает, что это его вотчина родовая – Иркутская область. И Олег Дерипаска, которого Левченко заставил платить налогов. До Левченко 200 миллионов платила Сибирская энергетическая компания, сейчас около 3-4 миллиардов платит налоги. Понятно, что такой человек был не угоден, тем более, что СИБЭК Дерипаске продана иностранцем практически. Мне Левченко рассказывал, например, как он беседовал с акционерами английскими, которые владеют сегодня Братской ГЭС и Усть-Илимской ГЭС. То, что строилось в советское время нашими отцами и дедами, теперь принадлежит иностранцам! Он их заставил платить налоги. Конечно, он им не нужен.

Дальше. Сулейман Керимов со своим «Полюсом золота», который обещал Левченко, что в общем на разработку месторождения Сухой Лог будут социальные инвестиции – дороги, детские сады строиться при получении контракта на это сверхприбыльное месторождения золота. Никаких социальных не было инвестиций, а с руководством «Полюса» Сергей Георгиевич Левченко на Дальневосточном форуме имел очень жесткий разговор, где ему сказали, сын Керимова сказал, что, слушай, ты с отцом договаривался. Я тебе ничего не обещал и ничего не буду делать.

Еще одни заинтересанты в кампании – компания «Илим», крупнейшая целлюлозо-деревообрабатывающая компания России, зарегистрированная в Санкт-Петербурге. Он их тоже заставил платить налогов в разы больше, чем они платили. А они вырабатывают лес и гонят его в Китай, естественно. Бизнес есть бизнес, ничего против не имею. Их заставили соблюдать экологические нормы. Это четвертый заинтересант.

И плюс к этому еще коммунист во главе всего этого! Область, которая повысила налогообложение в разы под руководством губернатора-коммуниста! Три созыва он был депутатом Госдумы, был зам главы комитета по энергетике, курировал Росатом, кстати. Еще одно негативное восприятие его, потому что он прекрасно знал, как устроен Росатом. А кто у нас работал в Росатоме, мы тоже прекрасно понимаем.

И то, как его убрали. Как его шантажировали, как рассказывали, что или посадим, или ты уходишь сам. Вся область знает, что это было. Человека избрал народ, да, он не от «Единой России», но его избрали люди! Ты не наш! Ты плохо справляешься! Ты в Тулуне не справился!

Кстати, еще вранье про Тулун. Начали врать. Первый Сокуров соврал на заседании СПЧ. Просто нагло оболгал! У меня к нем претензий нет, художник имеет право на нервную тонкую психику. Имеет право выдумать, у него фантазии возникают. Сокуров что, видел, что ли, что там люди до сих пор в холодных домах? Ничего подобного! Сертификаты выданы практически всем. Только единицам не выданы, с кем не согласовано было.

Валентину Ивановну Матвиенко зачем-то заставили соврать. Мне понятно, зачем, потому что она как бы вызывает доверие. Что там якобы, в Тулуне, какие-то не решены проблемы. Вот Мутко, который отвечает за эту…

В. Алфимов:

- Она сказала, что не было оперативных решений. Не было нужного контакта с людьми.

М. Шевченко:

- Это все неправда! Мутко-то, вице-премьер, который отвечает за ЖКХ это, ни разу публичных замечаний такого масштаба!

В. Алфимов:

- Бог с вами! Сколько мы видели этого Мутко, который буквально пальцем тыкал, там, в Иркутской области!

М. Шевченко:

- Это вы видели по телеканалам по «России». Реально этого не было.

В. Алфимов:

- Это видеомонтаж!

М. Шевченко:

- Конечно.

В. Алфимов:

- Это же смешно!

М. Шевченко:

- Никаких официальных замечаний не было.

В. Алфимов:

- Мутко, который сидит и говорит, почему вы до сих пор не раздали эти вонючие десять тысяч рублей?! Которые на самое первое время. Когда он сидит и высказывает это всему руководству области. И вы говорите, что это видеомонтаж? Максим Леонардович! Ну, как так-то?

М. Шевченко:

- Вы считаете, что правильно сделали? Как его сняли? Вы считаете, что это совершенно нормально? Депутата оппозиционной партии, губернатора вот так вот снимают и ставят туда человека из МЧС Воронежской области1

В. Алфимов:

- Я считаю, что снимать человека, который не справился можно. Неважно, единорос он, оппозиционер и так далее.

М. Шевченко:

- С чем он не справился? Десять тысяч не раздал? В сентябре. С чем он не справился к декабрю? Все построено, все люди практически расселены. Вот за это? Да у вас тут годами, как говорится, единоросы сидят, губернаторы. И годами не решают вопросы.

Это политическая расправа.

Продолжаем наше путешествие по понедельнику и обсуждаем самые острые вопросы. Зачем депутатам вазелины при политической риторике, обсуждаем снятие губернаторов от оппозиционных партий. Еще одного сняли – Левинталя.

В. Алфимов:

- Тоже за это?

М. Шевченко:

- Я не знаю.

Валентин Алфимов

В. Алфимов:

- Не коммунист и вам он не интересен.

М. Шевченко:

- Нет, а мы его травли не видели. По федеральным каналам.

Вот мы двигаемся дальше. Говорим, допустим, про цензуру. Телеканал «Россия 1» поразил нас тем, что из песни, которую исполняли «Би-2»…

В. Алфимов:

- Это «Куртки Кобейна» - их сайт-проект.

М. Шевченко:

- Это отличная команда. Мне нравится их музыка.

В. Алфимов:

- Та же самая группа, выступает под другим названием и поют другие песни и не менее классные. Они выступали на премии «Виктория».

М. Шевченко:

- Была трансляция. И в трансляции, и в песне были слова «Если чуть светлей проспекты, нежней протесты, юноши в пуловерах…».

В. Алфимов:

- Вот этот фрагмент с цензурой.

(музыка)

М. Шевченко:

- Они слово «протесты» забибикали в эфире. Это что, такая перестраховка? Это гоголевщина какая-то! В которой мы начинаем жить.

В. Алфимов:

- ВГТРК объяснила, почему пропало слово «протесты». Из песни слов выкинешь?

М. Шевченко:

- Можно выкинуть.

В. Алфимов:

- Говорят, что это слово «протесты», говорят, что телеканал тут ни при чем, получили телеверсию премии для трансляции от устроителей. Никаких вмешательств ни по изображению, ни по звуку не производил.

М. Шевченко:

- А как доказать?

В. Алфимов:

- Естественно!

М. Шевченко:

- Мы все понимаем. Это как с сериалом «Слуга народа», который начали транслировать, полагая, что с Зеленским все будет хорошо в Париже. По ТНТ. Потом прекратили.

В. Алфимов:

- А здесь, мне кажется, кроется глубокая и хорошая тема. С ваших слов я давно срисовал эту историю. Это цензура, но не та, к которой мы привыкли.

М. Шевченко:

- А к какой ты привык?

В. Алфимов:

- Когда звонят в редакцию и говорят, что вот это не давать! Нельзя.

Здесь не про это. Это же самоцензура.

М. Шевченко:

- Это группа «Куртки Кобейна», что ли, так промычали слово «протест»?

В. Алфимов:

- Вот объяснение телеканала, что мы такую версию получили. И организаторы, которые сидят там, думают, ага, нас будут показывать на «России 1». Классно! Давайте, чтобы на всякий случай, давайте это слово…

М. Шевченко:

- А в каких еще песнях надо вырезать слова? Как вы считаете, дорогие радиослушатели?

В. Алфимов:

- Вы думаете, что позвонили из администрации президента? Сказали, чтобы вырезали слово?

М. Шевченко:

- Я тебя уверяю, что все так и подумали.

В. Алфимов:

- Это же бред!

М. Шевченко:

- Ты что, работал в администрации президента?

В. Алфимов:

- Я ни разу не слышал, чтобы… Я с 2006 года работаю в СМИ, ни разу мне никто не говорил, что вот такими словами, вот этих слов мы избегаем! Это ерунда!

М. Шевченко:

- Ты работаешь в свободном и самом массовом СМИ. Тебе просто повезло. А тут целый политический отдел «Коммерсанта» не так давно ушел в отставку. Это было буквально пару месяцев назад. Им не повезло. Они там слово не то написали, оборот не тот использовали. Их стали цензурировать и они ушли в отставку.

Я считаю, что общая тенденция зажима и страха нарастает. Слово «протесты» нельзя, а вазелин публично дарить можно. Нам тут пишут про этого депутата. Я не буду зачитывать, что нам пишут жители Нижнего Новгорода про этого депутата, чтобы нам потом не сказали, что нас Шевченко оклеветал в прямом эфире. Но народ же все про него знает и видит. Очевидно, в его жизни такая риторика фигурировала всегда. Поэтому мы говорим о том, что, конечно, никто не звонит, я уверен в этом. Никто не услышал бы слово «протесты», не сопоставил бы его в контексте.

Ты прав. Общий страх особенно тех людей, которые работают…

В. Алфимов:

- Это не страх. Это маразм.

М. Шевченко:

- Страх – это и есть маразм.

В. Алфимов:

- Нормально – бояться чего-то. Но это прост маразм, который крепчает такими темпами!

Программа в студии Радио КП

М. Шевченко:

- А вот почему крепчает маразм? Потому что нет общественных процессов, нет общественной жизни, нет свободных конкурентных выборов, которые обсуждались бы программами. По всей стране расставляются люди, которые представляют чьи-то интересы. Население отрезается от политических процессов, от процессов общественного публичного влияния на губернаторов, на мэров. Страна распределена. Она превращена в вотчину группировок, которые расставляют своих представителей на разные позиции.

Может, это и повышает управляемость и регулируемость процессов сверху. С другой стороны, это выбрасывает огромную массу народа, который живет тоже не в девятнадцатом веке, мы же не в лаптях ходим! Мы живем, летаем в Европу, видим, что происходит во Франции, забастовки и протесты.

В. Алфимов:

- Мы видим, что происходит в Испании.

М. Шевченко:

- И что в странах восточной Европы. Мы читаем интернет. Люди сегодня владеют многими языками, они контактируют со всем миром. И вот это образованное и высококультурное население просто выкидывают из соприкосновения с реальными общественно-политическими процессами!

Продолжаем. Пришло время подводить итоги года.

В. Алфимов:

- Уже? Все? С наступающим вас, друзья!

М. Шевченко:

- Эфиры еще продолжатся, но надо успеть.

В. Алфимов:

- Продолжатся. На следующей неделе Тина Канделаки будет.

М. Шевченко:

- Посмотрим. Если мы коснулись темы протестов, правда, вот тут мне пишут, ругают меня. Я, кстати, не боюсь, когда меня ругают. Мне даже нравится, потому что я слышу критику. И внимательно к ней отношусь. Я ее не цензурирую.

В. Алфимов:

- Как ВГТРК.

М. Шевченко:

- Да.

В. Алфимов:

- Я уверен, что это не ВГТРК, а организаторы.

М. Шевченко:

- Пусть организаторы. Ладно. Святая ВГТРК!

В. Алфимов:

- Не отношусь с большой теплотой к государственной, кстати, телекомпании. Нет. Но здесь, убежден, это не их история. Там не совсем уж дураки работают.

М. Шевченко:

- Мне тебя очень смешно слушать. Давай лучше про протесты. У нас этот год отметился серьезными протестами. Они были против фальсификации выборов, против недопуска до выборов. Недавно в «Новой газете» был опубликован материал о том, как был создан в Москве целый подпольный центр по созданию фиктивных подписей за Любовь Соболь. Правда, не Любовь Соболь создавала этот центр. Люди давали показания и рассказывали журналисту, как их ангажировал Евгений Пригожин. Не лично, а его фабрика троллей. Они сидели и сознательно фальсифицировали подписи за одного из независимых кандидатов, чтобы потом ее в этом обвинить. Правда или нет, не знаю. Читайте сами эту публикацию.

Протесты потрясли страну, на мой взгляд. Мусорные протесты. В Котласе 10 тысяч не так давно собралось. Летом в Архангельской по 20-30 тысяч. В Александровском районе в Карабаново, в Александрове с требованием отставки главы района вновь назначенного. Против московского мусора. Люди просыпаются? Или людей так все достало!

В. Алфимов:

- Первый вариант ответа мне нравится больше. Просыпаются. Может, потому, что мы смотрим телек, ездим за границу, видим, что там происходит. Мы понимаем, что есть, чего нет, как можно говорить о своих требованиях.

Сейчас начнут в меня кидаться всем, чем только можно. Но я скажу. Раньше всем было не до этого. Раньше была одна задача: пожрать и выжить. В смысле, поесть хоть что-то. И выжить. Сейчас есть у меня чувство, что ситуация на сотую долю процента стала лучше.

М. Шевченко:

- И теперь люди думают не просто о том, как бы выжить, а еще как бы при этом одеться, как пахнет вокруг наших городов.

В. Алфимов:

- Вот! На Запад никто никогда внимания не обращал. Всем плевать было, чем воняет. Главное…

М. Шевченко:

- Сейчас при подъезде к городу Александров Владимирской области со стороны Ярославского, огромная гора вонючего и растущего мусора. Которому нет конца и края. А это были элитные дачные территории.

Главное, непонятно, как эту проблему решить. Поэтому люди протестуют и требуют. И у власти нет решения этой проблемы. Решения мусора я не вижу просто.

В. Алфимов:

- Я категорически за мусороперерабатывающие заводы.

М. Шевченко:

- Это же не бывает так, что вот сразу построил. Сейчас они хотят принять закон в Госдуме, где мусоросжигание приравнивают к мусоропереработке. Да, это гораздо проще. И никто никакие фильтры ставить не будет!

В. Алфимов:

- Опыт есть. Наблюдал за мусоросжигающим заводом в городе Портленд штата Мэн.

М. Шевченко:

- А, город Портленд! Где жители выбирают мэра, где выбирают шерифа!

В. Алфимов:

- И где жители голосуют за легализацию марихуаны!

М. Шевченко:

- Они голосуют. Где свободная пресса и где на Аляске домохозяйка Сара Пейлин, над которой все смеялись, может стать сначала мэром маленького городка, потом губернатором Аляски. Просто люди ей верят и она будет с ними разговаривать.

Двигаемся дальше. Скоро новый год. Скажи, новый год праздник взрослый или детский?

В. Алфимов:

- Я не задумывался.

М. Шевченко:

- В нашей стране, конечно, все парадоксально. Единственная страна в мире, где новый год празднуется до Рождества. У тебя есть знакомые, которые постятся?

В. Алфимов:

- Моей жены брат.

М. Шевченко:

- И как, вы новый год встречаете вместе иногда?

В. Алфимов:

- Нет.

Программа в студии Радио КП

М. Шевченко:

- Спроси его, как он себя чувствует на новый год. Меня упрекают православные, что я неправильный православный, в бога не так верю. Вот у меня вопрос, а как вы? Как вы к этому относитесь?

В. Алфимов:

- Мне кажется, очень мало народу сейчас постится.

М. Шевченко:

- О, да? Много. И все начальство так истово крестится! И так целует икону!

В. Алфимов:

- Это не значит, что они постятся.

М. Шевченко:

- Серьезно?

В. Алфимов:

- Пост – это серьезная история.

М. Шевченко:

- А ты постился когда-нибудь?

В. Алфимов:

- Да. Несколько раз держал Великий пост.

М. Шевченко:

- А Рождественский?

В. Алфимов:

- Нет.

М. Шевченко:

- Поститься всегда хорошо. Я вот выступаю за то, чтобы обратно вернуть новый год после Рождества. Я не знаю, что мы… Мы говорим, что хотим быть, как Европа. Мы не хотим быть как Европа в правовом смысле, то есть, в смысле прав граждан, свобод. А вот календарно хотим.

В. Алфимов:

- У меня ощущение, что наши граждане хотят быть, как Европа в уровне зарплат. И чтобы цены остались, как здесь у нас.

М. Шевченко:

- Вот календарь. Юлианский, Григорианский. Потеряно 13 дней. Православная церковь живет по старому календарю, чтобы эти 13 дней поминовения святых как бы не утрачивались. На мой взгляд, святые не обидятся, если не помянут, потому что поминают тех святых, которых помнят. А те, имен которых мы не знаем, они же все равно прославлены перед Богом.

Почему нельзя сделать календарь, как мы хотим? Почему в юго-восточной Азии буддистский календарь и люди живут по своему календарю? В исламских странах по своему. А мы должны в какой-то перевернутой абсурдной ситуации, по крайней мере, христиане России! Новый год во всех странах после Рождества!

В. Алфимов:

- Меня этот вопрос никогда не волновал. Мне от этого никогда не было плохо или хорошо.

М. Шевченко:

- Ты считаешь, что это неважно? И что Бог внутри тебя и как ты веришь, это свое личное дело? Я тоже так считаю. И так Лев Николаевич Толстой считал, который был отлучен Синодом от православной церкви.

В. Алфимов:

- И нас таких считают еретиками.

М. Шевченко:

- Понятно. Я тоже сторонник свободы.


Скачать передачу [mp3, 38.9 МБ]

М. Шевченко:

Я тут читаю и глазам не верю. В Омске будут судить женщину и ее мужа, которые истязали восьмилетнего мальчика, заставляя его становиться коленями на гречку. По «Домострою», наверное.

В. Алфимов:

- Мне кажется, такого в «Домострое» быть не может.

М. Шевченко:

- Это что-то из темной и мрачной русской классики. Описание какой-то культуры жесткого доминирования, истязания детей. Такое наказание. На гречку. Я читал, не помню, у кого. Ставили детей на гречку и заставляли молиться, думать о своих грехах. «Следствие установило, что ребенка наказывали стоянием на гречке регулярно». Какой-то ад просто! Поэтому я и спросил, новый год – детский праздник или не детский? Я считаю, что новый год – это супер детский праздник! Главные фигуранты нового года – это детишки. Они верят в Деда Мороза, в то, что на оленях он приезжает с Севера.

Я не понимаю, как можно так истязать детей!

В. Алфимов:

- Анна Микула, корреспондент «Комсомольской правды» в Омске с нами на связи.

А. Микула:

- Я только что приехала из суда. Там проходило заседание по этому делу.

В. Алфимов:

- Их уже приговорили к пожизненному?

А. Микула:

- Пока еще нет. Парадокс этой истории в том, что мальчик, над которым издевались, его обратно отдали матери. Она находится под подпиской о невыезде. Я вчера была у нее в гостях. Мальчик чувствует себя хорошо, но он находится с мамой.

М. Шевченко:

- У него гречка вросла в колени! Как это поняли люди? Он так стоял часто на гречке, что эти зерна жуткие вросли в его колени. Он сбежал к соседу и сосед об этой истории поведал миру. Правильно?

А. Микула:

- Я сегодня поговорила с медиком. Медсестра, которая увидела эти коленки. Она говорит, что когда увидела, просто расплакалась. Она сказала, что такие гнойные раны могут появиться, по крайней мере, когда ребенка несколько суток держали… Они появились не за раз, как отчим рассказывает, что один раз наказал, поставил на час.

Такие увечья могут получиться, если постоянно над ребенком издевались. Так говорят медики. Доказано, что было не менее шести таких эпизодов. И в одном из случаев мальчик стоял всю ночь.

Мама мне рассказала, что вроде как они нашли этот способ в интернете. Якобы надо в мешок насыпать гречку и ставишь его наказанного. И вроде она на себе попробовала и ей было не больно. Но она стояла минуту, ей было не больно, а мальчик стоял часами.

Программа в студии Радио КП

В. Алфимов:

- Отчима закрыли?

А. Микула:

- Он сейчас в СИЗО. От комментариев отказывается. Судя по тому, как он выглядит в суде, он чувствует себя вполне уверенно и не считает, что сделал что-то. Он думает, что облагодетельствовал женщину с чужим ребенком и занимался воспитанием чужого ребенка. Сосед по общежитию рассказал нам, что мальчик периодически просился переночевать к ним. И до слез доходило, он не хотел возвращаться домой. Но не объяснял причины. И они в декабре прошлого года видели раны на коленях у мальчика. Но мальчик, видимо, боялся рассказать, откуда они. И сказал, что ударился.

Мальчика характеризуют как нормального хорошего ребенка. Общительного.

М. Шевченко:

- Это традиционные ценности девятнадцатого века. Так воспитывали детей. Первый человек в русской культуре, который сказал, что детей надо воспитывать, любить и не истязать – это был великий Ушинский, создатель педагогики.

Самое прекрасное воспоминание детства – это когда ты просыпаешься утром первого января. Я рос в семидесятые. Первый новый год, когда я встречал со взрослыми, мне было двенадцать лет. А до этого отправляли спать и я, честно говоря, шел спать. Мы же были приучены в семь утра в школу вставать.

Дело не в этом. Просыпаешься первого января. Запах салатов, взрослые спят. Идешь, знаешь, что под елкой что-то найдешь обязательно. Папа мне любил дарить разного рода спортивные предметы. Это был детский праздник!

Человеческое отношение к детям. Все это стояние на горохе, на гречке, что у нас в некоторой среде принято называть традиционным воспитанием детей. Это все не от садизма. Это традиционное воспитание. Всякие формы психологии, которые разработаны в двадцатом веке, говорили, что ребенка просто надо любить. И Ушинский первый сказал, что воспитание – достаточно сложный процесс. И не надо относиться к детям, как к маленьким взрослым. И какие из них вырастут взрослые, наша задача.

Когда вы говорите «ювенальная юстиция», права детей, давайте сначала договоримся о том, что в обществе будет приняты определенные нормы отношения к детям, как к носителям гражданских прав. По праву рождения человек обладает всеми правами, которыми обладает гражданин Российской Федерации. И как к существам, которые без поддержки и заботы взрослых просто умрут.

Когда сейчас обсуждается закон о семейном насилии, вот нас сейчас подозревают, что мы лоббисты этого закона. А мы что, должны стоять на позиции, что домашнее насилие по отношению к детям в таких формах допустимо? А в каких допустимо? Давайте тогда это широко обсуждать! Что можно? Шлепнуть мама ребенка может? Я считаю, может. А избить не может. А где градация?

В. Алфимов:

- Мне кажется, это понимает любой здравый человек.

М. Шевченко:

- Нет! Здравых людей не так много. И люди находятся зачастую в состоянии психоза. Неудачи на работе, в семье, с мужем. Пришел и сорвался. Маленький человечек, на кого еще поорать? На начальника не поорешь.

Современное общество требует гораздо более сложного и многопланового отношения, подхода к тому, что называется «человеческие отношения». Я считаю, что психолог в современном обществе, психотерапевт, человек, который разбирается в мотивах бессознательных или сознательных движениях души – это важнейший субъект общественного процесса. Я долго этому сопротивлялся внутренне. Но, когда у меня настал момент, когда мне надо было с кем-то поговорить, с профессионалом, не просто с братаном, а таких у меня всегда друзей было много. Некоторых поубивали, но оставались люди.

Психолог – это совсем другое. Это специалист, который понимает какие-то модели, типы отношений. Я считаю, что служба психологов, которые могут помочь вам в ваших отношениях с детьми – это важнейшая тема!

В. Алфимов:

- Думаете, эта мать понимала, что у нее есть проблемы с ребенком? Мне кажется, что она просто полностью отдалась своему мужику.

М. Шевченко:

- Она где-то прочитала в русской классике, что ставить на гречку детей…

В. Алфимов:

- Это не она, это отчим.

М. Шевченко:

- Я уверен, что это люди, которые хотят жить по традиционным ценностям.

В. Алфимов:

- Но это же дичь!

М. Шевченко:

- Это не было дичью в девятнадцатом веке!

В. Алфимов:

- Мы не в девятнадцатом веке. Почитаем сообщения: «может, этот мальчик кошку мучил? Мы же не знаем». Не аргумент. Надеюсь, вы пошутили.

М. Шевченко:

- Мать отказалась с нами разговаривать по телефону.

В. Алфимов:

- И сосед, который всю эту историю увидел, который предал огласке.

М. Шевченко:

- Нам тут пишут: «детей любить надо, вот и все». Спасибо! Я с вами соглашусь. А кто считает, что детей можно ставить на горох, сами постойте!

Продолжаем. Давайте перейдем к переговорам, которые прошли в начале прошлой неделе в Париже. Дмитрий Песков сказал, что согласия между Путиным и Зеленским нет.

В. Алфимов:

- Пока нет.

М. Шевченко:

- Мы же не знаем, что происходило за кулисами. Я читаю, что после переговоров зам главы российского МИД Андрей Руденко рассказал, что на саммите участники переходили на повышенный тон. Связано это с тем, что во время переговоров появились идеи серьезным образом переделать текст итогового коммюнике. Кроме того, закрытая часть дискуссии была весьма откровенной и острой, жесткой. И так далее.

Думаю, что просто очень тяжелая тема, сюжет. В войну войти легко, это как в яму с дерьмом. А выбираться очень долго и мучительно. Разница только в том, что ты упал в яму с дерьмом ине захлебнулся, то ты будешь живым. А на войне многих убивают. Только за время конфликта на юго-востоке Украины по оценкам ООН, я не давно читал, более трех тысяч с чем-то гражданских лиц погибло! С обеих сторон. Это не те, кто с оружием в руках выбрал свою судьбу сражаться.

В. Алфимов:

- Это кто там жил и пошел в магазин случайно.

Программа в студии Радио КП

М. Шевченко:

- И искалечено там несколько тысяч. А сколько погибло тех, кто с оружием в руках! Я сам видел убитых на Донбассе. И гражданских. Видел женщин с авоськами, которые пошли в магазин и попали под обстрел, видел детей убитых. Больше видел убитых, кто воевал.

Тяжело найти решение. Это же не игра такая, что взяли и прекращаем, мы, типа вот, встаем из-за покерного стола. Я уверен, что нет альтернативы тем последовательным шагам, которые были прописаны еще в минских соглашениях. Нужны просто гарантии жителям и тем, кто с оружием в руках в ЛНР и ДНР вставал за свои ценности и свои идеалы. Гарантии, что их не будут преследовать в Украине, если этот процесс завершится.

У Москвы тоже есть свои проблемы. Мы все помним, какой был подъем патриотический – ЛНР, ДНР и так далее. И сейчас российская власть опасается, что если все это будет заключено, как там прописано в минских соглашениях, все это вернется в Украину, то Кремль обвинят в том, что они сдали ЛДНР.

В. Алфимов:

- Есть такая история. Получится договориться хоть как-то, как вы считаете?

М. Шевченко:

- Интересы сторон разнообразные.

В. Алфимов:

- Тут один интерес может быть только.

М. Шевченко:

- В политике нет никакого интереса мира. Война – это тоже инструмент достижения политических интересов. У России и, допустим, у европейских партнеров России, у Германии с Францией есть интерес один – это интерес беспроблемного транзита энергоресурсов. Это доход. И достаточно дешевую энергию, которая с выгодой внутри Европы продается. Это понятный интерес. На этих коммуникациях находится Украина. Я считаю, что это был один из поводов к войне, на самом деле, это война была развязана при поддержке американцев на газовых европейских коммуникациях. Чтобы вынудить Европы и ЕЭС покупать американский сжиженный газ, катарский. И еще что-то такое. Украинский конфликт достиг такого уровня ожесточенности из ничего.

Во всякой стратегической ситуации существует последовательность шагов. Если в Киеве переворот, то мы должны вот так вот поступить. Если поступили так, то противник поступит так. Уже ты попадаешь в некую цепь шагов, событий, которые не зависят от морального выбора.

Я сам бывал на войнах. Разговаривал с людьми, которые воевали. Не хотят идти на войну и убивать. Но как капитан Тушин в Толстого в «Войне и мире», он же убивал французов не потому, что ненавидел их или хотел их убивать. Так жизнь сложилась, работа такая. Но как выйти из этой ситуации? Думаю, нам, журналистам, по крайней мере, надо четко понимать все мотивы и интересы сторон. Я считаю, что ни одна из сторон, ни Киев, ни Москва до конца не заинтересованы в урегулировании этого конфликта. По разным мотивам. Для Зеленского урегулировать конфликт на принципах, что участники вооруженного сопротивления никак не преследуются, а просто как бы в Украине делают вид, что ничего не было, для него это почти невозможная ситуация. Она очень сложная. При наличии Авакова в роли министра внутренних дел. Одного из инициаторов этой войны. И, на мой взгляд, одного из военных преступников, сподвижников Порошенко. При наличии других аспектов это сложно. Это будет давление националистов. Мы с ними воевали, а их никто не преследует! Даже у нас по отношению к Чеченской республике есть такая позиция. Несмотря на то, что Рамзан Кадыров Герой России. Тот же Сокуров этот вопрос перед Путиным поднял! Не так давно на СПЧ. На мой взгляд, в оскорбительной форме. И по отношению к отцу Кадырова, и к Рамзану Кадырову. Кто ты такой, Сокуров? Ты войны не видел, чтобы разбираться! Кто герой и кто не герой. Хороший режиссер, некоторые фильмы хорошие, некоторые нет. Но в целом очень хороший режиссер. Но не твое дело! Не твоя прерогатива!

Все равно есть вопросы. Почему чеченцы, которые воевали против федералов, они там ходят в героях. А там еще более жесткая ситуация. Мы это уже прошли. Огромный путь после завершения войны. А в Украине еще ничего не завершено, еще только разводятся стороны. И вот так Зеленскому раз, мы их всех включаем в Украину. Сразу там начнутся демонстрации и кровопротилие!

И у Москвы проблема. Давайте мы все соблюдем сейчас минские соглашения и все это включится в Украину. Допустим, Франция и Германия даст гарантию контроля за этим. Ах, Путин сдал ЛНР, ДНР! Начнутся вопли в России!

Война – это выгребная яма, из которой выбраться почти невозможно. Войны заканчиваются тремя способами: полное поражение одной из сторон, стороны истекли кровью, не могут воевать друг с другом. Или вмешается третья сила, которая разведет стороны оккупационным присутствием.

Здесь политический процесс и ждать резкого прорыва невозможно. Для меня хорошим результатом парижской встречи является решение обмена пленных. Большое количество людей вернется к близким. Я считаю, что Путин с Зеленским достигли хорошего результата.

Дмитрий Песков сказал, что был сложный разговор в Париже. А какие детали можно узнать о парижских переговорах? А в коридорах власти у нас ходит специальный корреспондент «Комсомольской правды» Дмитрий Смирнов.

Д. Смирнов:

- Доброе утро! Вроде все обсудили. Я не очень понимаю формат программ, которые выходят в воскресенье вечером, обсуждая события, которые были в понедельник или во вторник. При нынешнем темпе жизни обсуждать то, что было неделю назад, это как-то даже…

Мы с вами обсуждаем в понедельник. А Песков сказал в программе, которая вышла в воскресенье.

М. Шевченко:

- Это было главное событие прошлой недели!

Д. Смирнов:

- Это понятно.

М. Шевченко:

- Мирового уровня событие.

Д. Смирнов:

- Я к тому, что нынешний темп жизни, СМИ работают в режиме онлайн.

М. Шевченко:

- Мы как бы критикуем Пескова за то, что он это рассказал в воскресенье?

В. Алфимов:

- Мы критикуем ВГТРК, с чего, собственно, мы начали сегодняшний эфир.

Д. Смирнов:

- Не только ВГТРК, но и Первый канал.

М. Шевченко:

- Как итоговые программы могут этого не коснуться? Украина является главной темой! Всех ток-шоу, мы так Россию не обсуждаем в деталях, как Украину.

Д. Смирнов:

- Это правда. Я пытаюсь ответить на ваш вопрос. Черт его знает, какие там кулуары были. Все обсудили, ничего не утаили, честно скажу.

М. Шевченко:

- Тогда что там нас еще ожидает?

Д. Смирнов:

- Главные два события, которые формируют повестку этой недели, а, может, не только – это большая пресс-конференция Путина, которая будет в четверг. И неформальный саммит глав ЕЭС СНГ, который плавно перетечет в переговоры с Александром Лукашенко, отложенные на две недели. И из Сочи перенесенные в Санкт-Петербург. Которые неизвестно чем закончатся.

М. Шевченко:

- СНГ… Я забыл, что это…

Д. Смирнов:

- Неважно. Это сам саммит, возможность такая. Традиционно Путин собирает под новый год всех глав постсоветского пространства, чтобы обменяться мнениями. Там ничего особенного нет. Интрига в том, что десять дней назад в Сочи договорились, вернее, не договорились ни о чем. И решили встретиться еще раз после саммита.

М. Шевченко:

- Расскажите нам про этот саммит. Что там было не так? Что не договорили?

Д. Смирнов:

- Не договорились ни о чем. Повестка была колоссальная. Дальнейшая интеграция, как они называют. Что такое «дальнейшая интеграция», это можно написать «Войну и мир». Двадцать лет назад подписали Союзный договор, где все было прописано, но ничего не сделано, начиная от совместного парламента и заканчивая валютой.

М. Шевченко:

- Я знаю людей, которые много времени живут в неких виртуальных структурах России и Белоруссии, получают большую зарплату. И была даже идея тройственного союза.

Д. Смирнов:

- Была такая идея.

Программа в студии Радио КП

М. Шевченко:

- Получают зарплату в виртуальных органах управления, журнал издают, гранты огромные. Туда огромные деньги вложены.

Д. Смирнов:

- Это мягкая сила, которая пытается использоваться. Просто пока не будет политической воли с той стороны, да и с этой, наверное, тоже, вряд ли что-то сдвинется с мертвой точки. Вопрос, насколько все устраивает обе стороны, вот этот ключевой вопрос и пытается Путин с Лукашенко как-то урегулировать. А если говорить про практический приземленный прагматизм, условно говоря, не договорились даже о компенсации по нефти. Трубопровод, который «Дружба», который был с грязной нефтью. Мы говорим, что не настолько грязная нефть, компенсация за налоговый маневр, который мы совершаем, Лукашенко говорит, что вы меня грабите. Я не смогу больше вашу нефть продавать за рубеж за миллиарды. Тоже не обсуждено.

Все упирается в деньги, в первую очередь.

В. Алфимов:

- Дима, главная тема недели – это пресс-конференция. Насколько помню по прошлым годам, Владимир Путин, условно, пропадает на пару дней перед этой конференцией и будет готовиться.

Д. Смирнов:

- На самом деле, нет. Он берет какую-то паузу, наверное. в среду это будет. Но чего ему готовиться к вопросам журналистов? Все равно основное темы ему известны.

М. Шевченко:

- А тебе вопрос дадут задать?

Д. Смирнов:

- Дадут задать вопрос нашему коллеге Александру Петровичу Гамову, который семнадцать лет подряд ходит на пресс-конференции. Это его традиционая прерогатива.

М. Шевченко:

- А кому еще дадут задать вопрос? Там есть ограничения?

Д. Смирнов:

- Обычно дают задать вопросы коллегам из пула, кто каждый день работает, как говорит Песков, «заслужили».

М. Шевченко:

- Проверенные товарищи.

Д. Смирнов:

- Да даже не проверенные…

М. Шевченко:

- Наверное, Ксении Собчак, она последние годы задает вопрос.

Д. Смирнов:

- А пойдет она в этом году? Черт… Мне кажется, она уже ушла из этой политики совсем.

М. Шевченко:

- Она теперь в блогосфере. А вот интересно, если бы Юрий Дудь пришел, ему бы дали задать вопрос?

Д. Смирнов:

- Думаю, дали бы. А чего нет? Пусть задает. Напугали Путина Дудем-то! Путин красавчик, может спросить, что?

В. Алфимов:

- Опять будет огромное количество местных вопросов от журналистов местных изданий, да?

Д. Смирнов:

- В прошлом году было 1702 журналиста, а в это 1950. Откуда они взялись? Естественно, не из центральных изданий.

М. Шевченко:

- А сколько всего вопросов задается?

Д. Смирнов:

- От тридцати до пятидесяти в зависимости от темпа вопросов и ответов. Естественно, региональная повестка. Это одна из главных претензий к пресс-конференции, что она местечковая становится. Владимир Путин, вы президент, а у нас сломались качели, сделайте что-нибудь.

М. Шевченко:

- Подожди! Это на прямой линии вроде.

В. Алфимов:

- И там, и там.

М. Шевченко:

- Эта пиар-конструкция какое-то время назад работала, а сейчас она сделала президента ответственным за все на свете!

Д. Смирнов:

- Абсолютно!

М. Шевченко:

- Таким образом, местное начальство, которое боялось сначала, что его накажут, теперь перекладывают всю ответственность на президента.

Д.Смирнов:

- Большинство конференций президента, где задается масса вопросов, они именно…

М. Шевченко:

- Привыкли перекладывать на его плечи, которые и так заняты там украинским вопросом, ядерным разоружением, еще вопрос инфраструктур маленьких поселков в маленьких городках! Удивительно просто!

В. Алфимов:

- Спасибо, Дима!


Скачать передачу [mp3, 43.2 МБ]

М. Шевченко:

- Двигаемся дальше. Меня тут упрекают, Максим, запомните «на Украине». Пощадите наши уши и уважайте русский язык! Уважаемый неизвестный! Проблема в том, что вариант «на Украине» - это польско-украинский вариант. А Гоголь Николай Васильевич писал «в Украине порядка нет». Пушкин писал «в Украине». Чехов писал. «На Украине» возникло в советское время. Когда Александр Твардовский перевел Шевченко «Заповедь», а Тарас Григорьевич писал «як умру, поховайте мэне на могиле». А Твардовский сказал: «как умру, похороните на Украине милой». Но это была дань украинско-польскому языку, а русский всегда был «в». Но не будем это обсуждать. Поговорим о фобиях.

В. Алфимов:

- Да. Фобиях Кремля!

М. Шевченко:

- Пропагандистский ресурс Евросоюза опубликовал доклад состояния паники, каталог фобий Кремля. Выглядит это так. Они насчитали фобии: боязнь правды, боязнь других мнений, боязнь несовершенства, боязнь одиночества, боязнь толпы, боязнь свободы. И подробно разъясняется каждая из фобий. И реакция власти, как бы, определяется страхами, которые существуют в этой самой российской власти.

Программа в студии Радио КП

В. Алфимов:

- Для меня удивительна эта публикация.

М. Шевченко:

- А что, нельзя?

В. Алфимов:

- Почему, можно.

М. Шевченко:

- Такой же доклад есть о фобиях, которые существуют у европейцев.

В. Алфимов:

- Написать можно все, что угодно. Другое дело, зачем?

М. Шевченко:

- Проблема каждой власти… Про ту же европейскую власть…

В. Алфимов:

- Это троллинг!

М. Шевченко:

- Нет, это не троллинг. Это называется «социальный анализ». Я это читаю не в смысле, ух, ты, наконец, про Кремль рассказали гадости! Я считаю, что это важный социальный процесс. Любая власть, особенно могучая и сильная, она теряет в какой-то момент контакт с обществом. И начинает руководствоваться не только закрытыми социологическими опросами, ВЦИОМа, например. Ведь у ВЦИОМа есть открытая часть и есть закрытая, секретная. И своими представлениями об обществе. Это проблема любого правителя – понимать, что думает о нем народ. Чтобы не поддаваться фобиям.

В. Алфимов:

- Тогда давайте обсуждать, а не просто писать. В европейском журнале!

М. Шевченко:

- То ест, запрещено писать в европейском журнале? Нам про них можно!

В. Алфимов:
- Почему сразу про запрещено?

М. Шевченко:

- Давай назовем фобии европейцев. У них тоже полно фобий.

В. Алфимов:

- Зачем?

М. Шевченко:

- Потому что это интересно и важно.

В. Алфимов:

- Вот мы поедем к ним в европарламент и мы с ними об этом и поговорим!

М. Шевченко:

- Типа каждый сверчок знай свой шесток, что ли? Вот Достоевский обсуждал европейцев. Жестко и критически. Герцен немцев не любил, например.

В. Алфимов:

- Почему мы не можем с вами обсудить сейчас Николая Карловича Сванидзе?

М. Шевченко:

- Потому что отсутствующих не обсуждают!

В. Алфимов:

- Вот! Именно! Об этом я и говорю!

М. Шевченко:

- Но власть-то присутствует! Рядом с нами.

В. Алфимов:

- Российская власть присутствует в Европе, поэтому они ее там…

М. Шевченко:

- Конечно, присутствует.

В. Алфимов:

- Бред! Давайте подключим эксперта.

М. Шевченко:

- Олег Матвейчев, политолог, профессор ВШЭ, философ. Доброе утро!

О. Матвейчев:

- Доброе утро!

М. Шевченко:

- Читал доклад про фобии?

О. Матвейчев:

- Да. Так сложилось, что я с российской властью и с Кремлем сотрудничаю с 2003 года. И при Суркове был, при Володине, при Кириенко и работал даже в должности пять лет в администрации. Меня тревожит, скорее, не то, что во власти есть какие-то фобии. Фобий я там не заметил. Возможно, во власти у нас гиперуверенность в себе, что а вот этот процесс не такой важный, а вот это не так страшно, а вот это, пусть поболтают и хрен с ними! Когда обращаешь внимание и пытаешься какую-то фобию привить, сказать, ребята, испугайтесь вот здесь-то. Это опасная тут тенденция. Говорят, слушай, не бойся, завтра все пройдет.

Конечно, смешно такой доклад читать, не говоря по содержанию. Форма, что фобии выбрали, это все ерунда. А вот про содержание? Вот боязнь правды. Прямая противоположность. Наша власть, может, ее недостаток в том, что она очень мало лжет, особенно, что касается вопроса во внешней политике. Ведь они там, не стесняясь, придумывают постоянные провокации против нас. А мы сидим и говорим, нет, вот, на самом деле, есть факты вот такие. Кому нужны эти факты? Все живут в эпоху постправды. Тем не менее, у нас власть ограничена своими представлениями о том, что пропаганда может себе позволить, а что не может.

Это пропагандистская история, которую они нам пытаются навязать. Точнее, они это для своей публики придумали.

М. Шевченко:

- А мы им навязываем такую историю? А вот твоя книга, где ты разбирал манипуляции троянской войны, как способ манипуляции общественным сознанием, правда? Ты написал целую книгу про то, как искажается реальный образ событий в политических целях. Это суть политики?

О. Матвейчев:

- Нет, это не суть политики, это суть определенной политики. Греки – это первые, кто умели очень хорошо врать. Они поэтичны и сейчас неплохо врут. Это перешло в Рим и в Византию, в Европу и так далее. Беззастенчивость, с которой люди спокойно могут черное назвать белым, а белое черным, оно и сейчас присутствует в их мягкой силы, в которой они легко работают. Я бы не сказал, что это образ политики, потому что если пороки или достоинства нашей политики брать, это излишняя прямолинейность им сконцентрированность на фактах и правде, как, по крайней мере, она видится самой властью.

М. Шевченко:

- Ты описываешь страуса, который прячет голову в песок. Власть, мне кажется, это тигр, который ищет себе добычу, но не страус.

О. Матвейчев:

- Конечно, не страус. Страус боится и прячется. Власть наша, у нее есть возможность иметь опросы общественного мнения, те же закрытые опросы существуют. И спецсвязь у нас работает, которая делает опросы. Мнение общественное и мониторинг интернет-пространства несколькими системами работает, они постоянно мониторят и раз в несколько минут снимают весь интернет. И как только начинается цепочка…

Программа в студии Радио КП

М. Шевченко:

- Короче, страхов нет. Но есть, наоборот, чрезмерная уверенность в себе.

О. Матвейчев:

- Да. Это правда.

М. Шевченко:

- Продолжаем. У нас не простой понедельник. До нового года две недели и один день! Хочу задать тебе вопрос. Ты многодетный отец. Вот ты детям рассказываешь правду о Деде Морозе?

В. Алфимов:

- Конечно. Дед Мороз приносит подарки, я сам в него верю до сих пор.

М. Шевченко:

- А у тебя кто, девочки, мальчики?

В. Алфимов:

- Девочка и два мальчика.

М. Шевченко:

- Два мальчика с девочкой спрашивают тебя, папа, а откуда Дед Мороз приходит?

В. Алфимов:

- Рассказываю, что прилетает Дед Мороз, вы хорошо себя вели и вот вы написали ему письмо. И привезет вам подарки. Привозит подарки он хорошим мальчикам и девочкам. И прямо они до Нового года начинают вести себя хорошо.

М. Шевченко:

- То есть, ты манипулируешь детьми!

В. Алфимов:

- Конечно. Шантаж и манипуляция.

М. Шевченко:

- Это нормально, сынок. Манипуляция детьми из поколения в поколение. Еще Адам и Ева своими детьми манипулировали. Из любви к ним, правда? На мой взгляд, ребенок должен жить в сказке. Я этого сторонник.

А твоим детям Дед Мороз знает, что подарит?

В. Алфимов:

- Да. Младшим да, старшему еще Дед Мороз не знает, что подарить.

М. Шевченко:

- Интересно! А Снегурочка – это переодетый кто?

В. Алфимов:

- Нет, Снегурочки нет.

М. Шевченко:

- Тебе жена не позволяет? Пусть Дед Мороз заходит, говорит жена, а Снегурочки чтобы не было в доме!

В. Алфимов:

- Примерно так.

М. Шевченко:

- А Снегурочка – это Тина Канделаки наша.

В. Алфимов:

- А вы в понедельник 30-го в нашей студии нарядитесь в костюм Деда Мороза?

М. Шевченко:

- Конечно, нет. Потому что Дед Мороз – это реальный персонаж. Зачем мне одеваться в чужие костюмы? Я верю в Деда Мороза до сих пор! Он придет и все исправит.

В. Алфимов:

- Вот она, наша надежда!

М. Шевченко:

- Он спасал нас от иностранных вторжений! От Наполеона спас, от немцев. Не до конца, конечно, там и подвиг наших солдат был огромный. Но он сыграл роль. Мороз – один из фундаментальных защитников нас от вторжений с Запада. От монголов он нас не спас. Воспользовавшись морозом, монголы прошли по русским рекам и взяли Владимир, Рязань и так далее. Именно зимой пошли специально, летом не прошли бы.

Ты думаешь, делаешь своей жене заказы, что будет на столе?

В. Алфимов:

- Я не заказываю ничего, кроме оливье.

М. Шевченко:

- С колбасой или с курицей?

В. Алфимов:

- Наш. Обычный, рабоче-крестьянский. Кстати, мне нравится с говядиной.

М. Шевченко:

- Вареной?

В. Алфимов:

- Да.

М. Шевченко:

- Замечательно! Обсудили прекрасные новогодние вещи. Чего мы все серьезно? Я, кстати, противник того, чтобы напивались люди и так далее. Тебя не раздражает, что в центре Москвы разговаривать невозможно после полуночи, потому что гремят фейверки?

В. Алфимов:

- Меня это радует! Наконец, у нас…

М. Шевченко:

- Собаки носятся оголтелые! Гавкают от ужаса. Для собак это страшно!

В. Алфимов:

- Я знаю.

Программа в студии Радио КП

М. Шевченко:

- А я против этого, например. Я считаю, что в больших городах такого рода непредсказуемые запуски фейерверков – это неправильно. Нам кажется, что мы молодые, мы радуемся, но, поверьте, есть гипертоники, которые спят и эти дикие хлопки как оружейный выстрел – это каждый удар мо мозгам. И по нервам.

В. Алфимов:

- Это мой любимый праздник!

М. Шевченко:

- Я не праздную лично, но детишкам всегда стараюсь устраивать.

Давай перейдем к более серьезным темам. Мы расслабились.

В. Алфимов:

- Отдохнули и вперед!

М. Шевченко:

- Центр «Европейское бюро всемирной федерации профсоюзов» осудили резолюцию Европарламента, приравнявшую СССР к третьему рейху. Есть и такая резолюция. И у нас в России многие пытаются приравнять. Упоминавшиеся журналисты и историки, в том числе, в студии «КП» неоднократно приравнивали, что это, мол, было одно и то же. Тоталитарное.

В. Алфимов:

- Я бы эту тему сравнил с предыдущей, с фобиями Кремля, про которые пишут в Европе. Империя зла… Разве можно СССР сравнивать с третьим рейхом?

М. Шевченко:

- Нельзя совершенно. Третий рейх – это нацистское государство, которое напало на нашу Родину. Они там на чем основываются? Что якобы 1 сентября 39-го года СССР был союзником Германии, что не так. Союзником СССР Германии не был. Был заключен договор о ненападении. Не было союзного договора о взаимной атаке на Польшу. Если бы СССР был союзником Германии, то Англия и Франция объявили бы войну СССР, что они не сделали. Англия и Франция после нападения на Польшу, объявили войну Германии. Они, правда, войну эту не вели до того, пока Германия на Францию не напала сама, но СССР союзником не был Германии. Это форма речи, которая уже стала привычной. Но это ложь! Нет документов, из которых следует, что СССР союзник Германии.

Они говорят, что есть некий тайный протокол Молотов – Риббентроп. Тайный протокол, который, может, является договором о намерениях, он не является союзническим договором.

Оскорбительная и унизительная тема. Одновременно мы восхищаемся теми людьми, которые в Европе против этого борются. Мы сейчас дозвонились до депутата Европарламента Татьяны Жданок от партии «Русские в Латвии». Доброе утро!

Т. Жданок:

- Доброе утро!

М. Шевченко:

- Что это за резолюция такая?

Т. Жданок:

- Резолюция была принята в сентябре на первой же сессии после каникул. И она была приурочена к дате именно летней каникулярной, то есть, 23 августе – это дата круглая со дня подписания так называемого пакта Молотова – Риббентропа. Сейчас я знаю, что в России это соглашение называют без фамилий, а больше с указанием ее смысла. Так вот, в этой резолюции самое неприятное то, что там как бы дается официальная версия исторических событий и очень упрощенная и очень искаженная. И, к сожалению, именно она потом попадет и уже находится в школьных учебниках для детей.

М. Шевченко:

- Татьяна, а ведь не было договора о взаимопомощи, о союзе! Был договор о ненападении!

Т. Жданок:

- Да. Договор о ненападении, но там исключительно пакт Молотова – Риббентропа в тексте. Кстати, интересно, что фамилии еще упомянуты в этом тесте – это Сталин, Сталин, Сталин. Более того, там термин «сталинская идеология», а вот Гитлера нет. Используется термин «нацистская идеология», «неонацизм». То есть, перечеркивается, как бы упрощенная версия такая, что причина войны – это подписание вот этого договора – пакта, как пишется в резолюции. Дальше вообще не сказано ни об антигитлеровской коалиции, ни о том, как война закончилась. Вот была развязана война, а вот сейчас в Европе имеется два лагеря. Как бы демократическая Европа в лице Евросоюза, причем, по определению там все. И плохая Россия, которой надо осознать как-то по-другому свое прошлое, покаяться и тогда она имеет шанс стать демократической.

М. Шевченко:

- И в России официальная точка зрения звучит про плохое советское прошлое.

Т. Жданок:

- Это вам надо в России разбираться. Для меня, для человека, а отец… Мама у меня блокадница, в ополчении, защищали Ленинград, гасили фугасы на крышах. Отец морской офицер, закончивший военно-морское училище имени Фрунзе уже во время войны. И воевавший на Балтийском флоте, а потом уже на Северном. Практически вся моя семья со стороны отца погибла в Латвии в ходе решения еврейского вопроса – Холокост осуществлялся в Латвии тотально, тут практически все еврейское население было уничтожено. И еще столько же людей, примерно 80 тысяч привезенных из западной Европы. Для меня…

М. Шевченко:

- Я недавно прочитал, что в Берлине хотят строить мемориал жертвам коммунистического режима. Там есть жертвам нацистского режима и будет коммунистического. И левые в Германии против этого выступили. Но они в меньшинстве.

Т.Жданок:

- С одной стороны, немцы – это единственный народ в Европе, прошедший определенное самоочищение. Я слежу за их телепередачами, не бывает дня, когда бы они не говорили о преступлениях нацистского режима в связи с той или иной датой. А чего нет, например, у нас в Латвии абсолютно. И в других странах восточно-европейских. С другой стороны, конечно, им морально легче разделить ответственность за развязывание Второй мировой войны, переложив часть груза на русских.

М. Шевченко:

- Типа, не мы, а еще и СССР,

Т. Жданок:

- Да. Еще кто-то. Второй злодей, причем, обозначенный именно пофамильно, в отличие от фюрера.

М. Шевченко:

- А как в Европе европейские силы относятся к этой теме?

Т. Жданок:

- К сожалению, навязывается точка зрения восточноевропейцев. Западные европейцы, я им часто говорю, что вы в своих бывших колониях лучше разбираетесь, чем в ситуации в Восточной Европе. Мы для них тайна за семью замками. И они как бы доверяют, что прибалты, поляки лучше знают Россию, но они как бы следуют той точке зрения, что навязывается восточноевропейцами.

Единственный, кто более осведомлен в ситуации, это французы. Не случайно даже в моей группе «зеленых» именно все депутаты, избранные от Франции, не голосовали за эту резолюцию. Воздержались. И другие политические группы. Что неприятно, депутаты от Марин Ле Пен и ее партии Front National, проголосовали «за».

М. Шевченко:

- А как они объясняли это?

Т. Жданок:

- А вот я не знаю. Вы у них спросите. Я общалась в своей политической группе – это «зеленые» плюс регионалисты, к которым я принадлежу.

Программа в студии Радио КП

В. Алфимов:

- Татьяна, вы страдаете от этого? Вас притесняют, что вы против?

Т. Жданок:

- К счастью, в Европарламенте все депутаты одинаково уважаемы, считается, что за каждым стоят избиратели. В отличие от России, где чиновники стоят на более высокой лестнице социальной позиции. Тут чиновник приходит в кабинет к депутату, а не наоборот.

Есть исключение. Это вот те же крайне правые плюс две партии из умеренных правых – венгерская и польская. Депутатов от этих партий даже не избрали в руководящие должности. Но депутаты из традиционных фракций – каждый имеет слово. И у меня всегда есть возможность выступить, при обсуждении этой резолюции я много объясняла коллегам об истории реальности.

М. Шевченко:

- Хочу задать вопрос касательно судьбы Евросоюза и Европы. Вы знаете результаты выборов Великобритании, где тори во главе с Борисом Джонсоном одержали сокрушительную победу, главное один из лозунгов был – выход Великобритании из Евросоюза. Как Евросоюз будет жить без Великобритании?

Т. Жданок:

- Евросоюз будет жить, думаю, гораздо как бы более определенно, поскольку брианцы были, а я всегда это говорила, они всегда были троянским конем внутри Евросоюза. Надсмотрщиком от англосаксов затем, что происходит на континенте.

Когда они не входили ни в денежный союз, ни в общую визовую политику, при этом имея право голоса, это было как-то нелепо.

В. Алфимов:

- Спасибо!

М. Шевченко:

- Итак, продолжаем наш понедельник. Борис Джонсон одержал огромную победу. Он торжествует. Он достиг многого. И выход Великобритании из Евросоюза становится реальностью. За него голосуют большинство британцев.

В. Алфимов:

- Об этом давно известно. Прошел референдум. До 30 января, осталось полтора месяца.

М. Шевченко:

- И Европа станет континентальной. В чем тут один момент? Континентальная Европа всегда является шагом к войне. Когда Европа объединялось в новое время? При Наполеоне и при Гитлере. И оба раза Великобритания была врагом объединенной Европы. И оба раза эта Европа куда двигалась? Без Великобритании. Правильно, на восток. Поэтому я смотрю на этот процесс с опасением.

Да, демократическое пространство, мирная Европа. Она была мирной в 1920, 1927 году.

В. Алфимов:

- Но время-то уже не то!

М. Шевченко:

- Как не то? Тогда тоже казалось, как может быть после Вердена, после бойни, когда людей газом травили как тараканов, из пулеметов расстреливали, когда было убито за месяц миллион человек на этом достаточно узком пространстве! И как возможна новая война? Это просто смешно!

В. Алфимов:

- Время не то!

М. Шевченко:

- Время то, что крайне радикальные партии опять набирают голоса!

В. Алфимов:

- Вы хотите сказать, что Англия или Британия всех сдерживала?

М. Шевченко:

- Ну, я считаю, что да.

В. Алфимов:

- Из всех, кто сейчас в Евросоюзе, британцы к нам относятся хуже всех.

М. Шевченко:

- Что значит «к нам»? Ко мне и к тебе?

В. Алфимов:

- Нет, я про государство.

М. Шевченко:

- Государство – это не мы, Валентин. Надо научиться отделять себя от государства. Мы не крепостные. К государству – да. К нам не так, чтобы плохо относятся. У тебя какие проблемы с Англией?

В. Алфимов:

- Никаких.

М. Шевченко:

- Барон Мюнхаузен войну Англии объявлял. Ты не объявлял?

В. Алфимов:

- Не помню, по крайней мере.

М. Шевченко:

- Российское государство имеет в Лондоне самую дорогую недвижимость, которая принадлежит выходцам из России, людям с российскими паспортами. Не все так линейно. И не все так однозначно. Я не об этом. Я о системном. Я о нарушении баланса. Каждый раз люди говорили, какая война? О чем вы?

Мы ходим по одним и тем же тропинкам.

В. Алфимов:

- «Мы» - кто?

М. Шевченко:

- Мы – люди. Плевать на государство! Не хочется, чтобы убивать каких-то парней из Германии или Франции. Они убивали нас и наших детей. Потому что каждый раз этот вопрос возникает. Мир, безопасность в Европе основывается на взаимных обязательствах и взаимном сдерживании. Сегодня Великобритания хочет снять с себя часть обязательств. Меня это пугает, потому что я, как человек не чуждый истории, честно говорю, что каждый раз континентальная Европа начинает жить по внутренним законам. И у нее возникает – первая задача – это поиск сырьевых ресурсов. Сырьевые ресурсы находятся на востоке. Здесь.

В. Алфимов:

- Так у нас труба есть.

М. Шевченко:

- Считаю, что... Но не у нас. У «Газпрома». Нам с тобой с этой трубы ничего, ни горячо, ни холодно.

В. Алфимов:

- Им искать ничего не надо. Трубу открыл и вперед!

М. Шевченко:

- Я считаю, что это тенденция, которую надо четко продумать.

В. Алфимов:

- Давайте запомним этот момент. И сделаем прогноз.

М. Шевченко:

- Я читал. Глеб Кузнецов, такой прекрасный аналитик, пишет, что, возможно, это приведет к возникновению трансатлантического союза, который был в Первой и во Второй мировой войне. Вот что меня пугает. Конфликт и экономические противоречия между Германией и Великобританией являются поводом к этому разделению. Современная Европа – это мощь совокупная германская и французская экономика в меньшей степени. И у них есть коренные противоречия с британской экономикой. Попытки сшить воедино, глобализм провалился. Выход Великобритании – это провал идеи глобализации.

По каким причинам у вас не получается? Вот что меня пугает. Может, нас это не застигнет, но наших детей может застигнуть.

В. Алфимов:

- Вы вот такую перспективу даете?

М. Шевченко:

- Конечно. Потому что сегодня в Европе хорошие демократы, но завтра могут победить на выборах нацисты. Или фашисты. Они никуда не делись.

В. Алфимов:

- Сейчас события развиваются настолько стремительно!..

М. Шевченко:

- Нашу страну, СССР признают виновником войны! Это оправдание будущего вторжения сюда! Это, на мой взгляд, оправдание будущей войны против нас! Или у наших властей потребуют полного отрешения от советского прошлого, они не возражают, думаю, многие. Я думаю, что это угроза. Хочешь мира, готовься к войне. Древняя и мудрая фраза.

Дай бог всем мира и с наступающим!