Чебоксарские страсти: слежка, уголовные дела и ложь честнейших коммерсантов

НПП «Экра»

НПП "Экра" поражает футуристичными интерьерами... и непонятками в бухгалтерии.

«КП» дает слово и другой стороне конфликта вокруг НПП «Экра».

Он заходит в полутёмный ресторан вслед за мной, садится позади меня. Заказывает лишь бокал сока. Не погружается в телефон, бросает на меню лишь короткий взгляд. Сосредоточенно наблюдает за каждым моим действием, как будто по движениям пальцев пытаясь прочитать сообщения, что я отправляю. Кусок поперёк горла, прошу принести счёт… Он — тоже.

Я делаю вид, будто не могу прочитать последнее сообщение в телефоне, поднимаю его так, чтобы на фронтальную камеру попал и мой «опекун». Щёлк!

Выхожу, неспешно иду по проспекту Ленина — главной улице Чебоксар. Через приложение по вызову такси заказываю машину в точку, где пешеходная зона соприкасается с оживлённой улицей. Если рассчитать всё верно, можно обрубить «хвост», подготовившийся к пешей прогулке…

Совпадение — или кто-то заказал слежку, чтобы проверить, с кем я буду встречаться? У людей, о чьих делах я пишу, по всей видимости, есть опыт подобных наблюдений.

Машина катит по улицам Чебоксар, где я был полтора месяца назад, в ноябре. Писал о деле Маргариты Замчинской. 62-летняя женщина-аудитор получила 7,5 лет условно (!), как сказано в обвинительном заключении, за «вымогательство 25 млн рублей» у руководства научно-производственного предприятия (НПП) «Экра» — электротехнического гиганта и крупнейшего налогоплательщика региона.

Напоминаю, Замчинская — сестра министра финансов Чувашии, Светланы Енилиной. А НПП «Экра» недавно проиграло арбитражный суд против местной инспекции Федеральной налоговой службы о взыскании с этого предприятия 600 млн рублей налогов. Маргарита Замчинская в данном деле помогла налоговой инспекции установить, что руководители НПП «Экра» во главе с одним из учредителей, Владимиром Фурашовым, и его сыном Андреем выплатили себе дивиденды под видом премий на сумму в 3,6 млрд рублей (!), не заплатив в региональный бюджет необходимые налоги. Неожиданные траты руководство НПП «Экра», похоже, решило возместить за счёт зарплаты работников — фонд оплаты труда за последние годы на предприятии сократился на четверть (по данным экспертной системы Контур.Фокус, оплата труда работников на НПП «Экра» в 2016 году составила 1,46 млрд рублей, а в 2018 — 1,08 млрд рублей).

Впрочем, анонимные источники утверждают, что в самый разгар налоговой проверки Андрей Фурашов получил премии ещё на 1 млрд рублей, и даже прикладывают документы, которые, к сожалению, не раскрывают законность получения данных средств.

При этом в Чувашии-то налоги тратятся на дело: единственное место в России, где запускается новая междугородняя линия троллейбуса (из Чебоксар в Новочебоксарск — привет мировой эко-активистке Грете Тунберг). А средняя номинальная зарплата в регионе-21 за первое полугодие-2019 поднялась на 8,1% — лучший показатель в Приволжском федеральном округе, хотя нефти или крупной промышленности, в отличие от соседей, тут нет.

Похоже, кое-кому из местечкового олигархата было выгодно и чиновников по носу щёлкнуть, и отомстить женщине-аудитору за «неправильные» экспертные заключения, и попытаться вернуть из бюджета уплаченные налоги. Заодно показав, кто здесь — власть, а кто — холопы.

Вроде бы вот он, логичный вывод в конце моей серии чувашских репортажей полуторамесячной давности.

Правда, один из её главных героев, председатель правления Группы компаний «Экра» Андрей Фурашов, в беседе со мной уверял, что у него по этому делу есть ещё какая-то — САМАЯ ГЛАВНАЯ — информация. Которая наконец-то расставит все «i» под точками. И обещал в районе 20 ноября приехать ко мне хоть в московскую редакцию, чтобы всё рассказать.

Ноябрь сменился декабрём, в Москве растаял весь снег, Фурашов молчал, а я чувствовал, что в истории действительно есть ещё одно ускользающее звено — вот же, рядом.

Ладно, стал работать с тем, что имеется. Переслушал аудиозапись своей беседы с Фурашовым — как и полагается журналисту, я тогда положил диктофон на стол перед всеми участниками истории.

Кто такая «Мадам Вонг»?

В том разговоре Фурашов постоянно отклонялся от главной темы моего репортажа — дела Замчинской, по которому он проходит свидетелем, — и вещал о каких-то совершенно других преступлениях вокруг НПП «Экра», имевших место куда раньше, в 2009-13 годах. Тогда я этому не придал большого значения. Расспрашивал скорее из профессионального любопытства.

А сейчас, переслушав, заметил: добрый час Фурашов разглагольствовал о какой-то женщине — Татьяне Качковой. Которая, судя по его эмоциям, играла в жизни моего собеседника примерно такую же роль, что и Миледи — для Атоса.

Мол, женщина эта уже много лет как уволена с НПП «Экра», но создала и на предприятии, и в Чувашии «организованную группу» (рассказывал он с каким-то нездоровым влечением). Преследует несчастного Фурашова с помощью карманных судов, налоговиков, силовиков — и, кажется, даже в постели (в смысле, во сне) не даёт покоя.

Стал гуглить — что за Татьяна Качкова такая. В небольшом СМИ «Аргументы недели» наткнулся на две пространных статьи с воспоминаниями этой женщины о давнем конфликте с Фурашовым — том самом, о котором он мне рассказывал. Правда, в «Аргументах недели» эта Татьяна предстаёт сущим ангелом, зато Фурашов — истинным Люцифером.

Классика журналистики, две версии одной истории. Ну и мне стало интересно: за кем же правда? И что за «орггруппа» такая во главе с «мадам Вонг»? Принялся копать, стрельнул телефончик у коллег-журналистов.

К моему удивлению, Качкова тоже выразила готовность заглянуть для интервью в редакцию в любой момент. Но, в отличие от другой стороны конфликта, действительно приехала. С мешком документов и спутницей — Мариной Вижицкой, якобы также пострадавшей от несправедливого, по их мнению, преследования.

Девушки рассказали следующее.

Татьяна Качкова — дочь бывшего соучредителя НПП «Экра» Юрия Алимова. С 2009 года она работала на этом предприятии — сначала экономистом, потом руководителем финансово-экономической службы, затем финансовым директором.

Марина Вижицкая с 2010 года трудилась там же экономистом.

В тот же период на НПП «Экра» произошло хищение: в 2009-13 годах одна из бухгалтеров вывела из бюджета фирмы более 200 млн рублей. Её разоблачили 8 мая 2013 года (запомним эту дату). Расследованием занялась группа из шести следователей ФСБ. Сотрудники спецслужб и суд выявили, что та женщина-бухгалтер действовала в одиночку.

Параллельно между Фурашовым и Качковой возник конфликт.

(Этой части истории я поверил сразу: в интервью со мной Андрей даже спустя шесть лет после расставания говорил о Татьяне со смесью ненависти и вожделения.)

В середине 2013 года Татьяна Качкова была незаконно уволена. По её словам, в этот же период Фурашовы перед тем, как расстаться с её отцом-учредителем, вывели с предприятия активы на сумму 3,6 млрд. рублей. Именно эти махинации и выявила налоговая инспекция — об этой части истории я уже упоминал в предыдущих статьях.

Со слов Качковой, в том процессе она выступала ключевым свидетелем. Вдобавок, женщина написала заявление с целью привлечь Фурашовых к уголовной ответственности за мошенничество в отношении её отца.

— Поэтому Андрей решил извлечь на свет божий то старое «дело о хищении 200 млн» от 2013 года. По моим ощущениям, он хочет пришить к этому делу меня и Марину Вижицкую, чтобы отомстить и заставить молчать, ведь мы владеем финансовой информацией, достаточной, чтобы некоторые руководители предприятия отправились в тюрьму, — рассказала мне Татьяна.

И вновь — классика журналистики: каждая из сторон поливает другую грязью.

НПП «Экра»

Несмотря на шлейф скандалов, предприятие - одно из лидеров отрасли, выпускает релейные системы.


Кто прав?

Я стал изучать документы, которые принесла Татьяна. И наткнулся на столь адовую историю, что сфабрикованное «дело Голунова», о котором говорил сам президент на недавней пресс-конференции, — детсадовский утренник.

Сразу предупреждаю, дальше будет много букв и цифр, «дело Качковой и Вижицкой» состоит из 40 томов.

Первая нестыковка: «хищение 200 млн», в котором сейчас обвиняют двух этих девушек, было раскрыто весной 2013 года. В мае 2013 года сотрудники ФСБ приступили к расследованию. В суд дело передали весной 2014 года. Приговор суда вынесен в конце 2014 года. Расследованием и приговором суда установлено, что женщина-бухгалтер совершала хищение в одиночку.

25 декабря 2014 года более высокий суд — Верховный Суд Чувашской Республики — вынес апелляционное определение с аналогичным содержанием. Что полностью подтвердило выводы следственной группы ФСБ и суда предыдущей инстанции. Далее все вышестоящие инстанции, вплоть до Верховного Суда РФ, отказались рассматривать жалобы НПП «Экра» на результаты расследования «дела о 200 млн», признав эти жалобы необоснованными.

Кстати, сам Андрей Фурашов в телефонном разговоре со мной (аудиозапись есть в прошлой статье «КП») подтверждал, что та следственная группа ФСБ сработала хорошо, никаких претензий к «парням из Конторы» нет. Действительно, группа ФСБ изъяла и изучила сервера компании, допросила десятки человек, провела прочие оперативно-розыскные мероприятия.

Однако представители «Экры» (сложно предположить, будто они действовали без его ведома) забрасывали правоохранительные органы жалобами «о низком качестве расследования уголовных дел следственным отделом УФСБ по Чувашской Республике».

После этого утверждения Качковой, будто «экровцы» пытаются безосновательно «пришить» её к тому старому «делу о хищении 200 млн», стали казаться мне не такими уж и абсурдными.

Кстати, как в деле появилась Марина Вижицкая? По её словам, вскоре после конфликта Качковой и Фурашова к ней приходили некие люди, предлагали «сто миллионов рублей», если она даст показания против Татьяны: мол, та действительно создала «ОПГ для хищения 200 млн».

— Я отказалась — и вскоре сама стала фигуранткой уголовного дела, — сообщила она.

Проверить эти утверждения, увы, невозможно. А вот многочисленные странности в деле — факт.

Особенно когда в материалах дела указано, что следственная группа ФСБ, доказавшая в последующем непричастность девушек к хищению, была сформирована 13 мая 2013 года, а доступ в систему 1С, с помощью махинаций в которой данное хищение совершалось, Качкова и Вижицкая получили только 16 мая 2013 года.

Вообще сам факт продолжения уголовного дела при наличии в нём подобных нестыковок вызывает массу вопросов к следователям МВД, которые это дело ведут, а также к сотрудникам прокуратуры, которые рассматривали многочисленные жалобы девушек.

С понижением в должности

По версии девушек, для «реанимации» давно расследованного «дела о 200 млн» в Чебоксары была вызвана-прикомандирована из района следователь Ольга Степанова. На новом месте её даже понизили в должности — до врио следователя, но это лишь подтолкнуло её к активным действиям.

В действиях следователя Степановой, по мнению девушек, интересны даты:

23.03.2017 следователь следственной части следственного управления (СУ СЧ) МВД по Чувашской Республике Ольга Степанова возбуждает уголовное дело № 100207 в отношении неустановленного лица по покушению на хищение 2 млн рублей.

18.08.2017 Степанова возбуждает уголовное дело № 100746. Уже в отношении двух человек: бухгалтера-похитительницы и неустановленного лица — и уже по покушению на хищение «более 5 млн рублей».

18.06.2018 в качестве подозреваемой по этому делу привлечена Марина Вижицкая.

18.08.2018 Степанова возбуждает дело № 1000058 в отношении бухгалтера-похитительницы и неустановленного лица.

24.08.2018 руководитель следственного органа соединяет уголовные дела № 100746 и №1000058 в одно производство с делом № 100207.

Повторю — дела возбуждены всё по тем же событиям, которые четырьмя годами ранее изучала спецгруппа из шести офицеров ФСБ. И чьи выводы подтвердили суды всех инстанций.

— Даже если дело «дутое», создать его совсем уж из пустоты невозможно. Отсюда — постепенное «разбухание» дела, увеличение «размера ущерба», отпочковывание новых дел, их разрастание и объединение в один большой ком — чтобы за этой бумажной массой создать видимость реальности всего обвинения, — полагает защита девушек.

Возможно, причиной такой активности Степановой стало то, что её неоднократно видели в квартире, принадлежащей тёзке близкого родственника одного из ключевых административных сотрудников «Экры»…

Родственные связи

Как я писал ранее, девушки показали мне массу жалоб, отправленных в надзорные органы — Прокурору Ленинского района города Чебоксар Рамилю Рафикову и заместителю Прокурора Чувашской Республики Игорю Сахарову. Именно они по закону обязаны были осуществлять контроль за действиями врио следователя Степановой.

Ответы их под копирку: нарушений не выявлено.

Со слов Качковой и Вижицкой, оба этих высокопоставленных сотрудника прокуратуры имели хорошо трудоустроенных и высокооплачиваемых родственников… в структурах, близких к Группе компаний «Экра».

А именно: дочь Сахарова — Людмила работает в Частном охранном обществе (ЧОО) «Экра» юристом, а жена Рафикова — Лариса якобы трудится в ООО «ЭлекКом Логистик» (принадлежит зятю Владимира Фурашова и поставляет на «Экру» расходные материалы и комплектующие для производства).

Я вначале не поверил: как могут сотрудники прокуратуры надзирать за уголовными делами, в которых имеется очевидный, по словам девушек, конфликт интересов?

Что ж, девушки снабдили меня всеми телефонами.

Телефонирую Игорю Сахарову — бывшему зам. прокурора Чувашии. После того, как надзорные инстанции нашли в «деле Вижицкой и Качковой» многочисленные нарушения, его, Сахарова, перевели в соседнюю Ульяновскую область. Офицер юстиции, однако, со мною поговорить не смог — совещание, мол.

Звоню его дочери Людмиле. Она не отрицает, что трудоустроена в структурах «Экры» — но, по её словам, пришла туда сама. Как так получилось, что при этом её отец курировал соответствующее дело, работая в органах? Не комментирует.

Девушка недавно закончила негосударственный Чебоксарский кооперативный институт. Не буду иронизировать (хотя есть над чем) — думаю, Людмила ни в чём не виновата. И, возможно, даже не понимает, в какие игры вокруг неё играют более зрелые и циничные люди.

Следующий звонок: жене прокурора Рафикова — Ларисе. Та сообщает, что работала в близкой к «Экре» компании «ЭлекКом Логистик» — но, по её словам, было это давно: «в 2015-2016 годах».

По данным упомянутых ранее анонимных источников, в 2018 году в структурах «ЭлекКом Логистик» работала полная тёзка нашей героини. Зарплата этой Ларисы Рафиковой была сильно выше средней, как по региону, так и по предприятию…

Волшебная быстрота

Продолжаем изучать материалы дела.

11 сентября 2018 года Владимир Фурашов опускает в почтовый ящик для обращений прокуратуры Ленинского района города Чебоксар заявление на имя того самого прокурора Рафикова. С требованием «возобновить производство» всё того же «дела о 200 млн» — по якобы «новым доказательствам вины» Вижицкой и Качковой. У органов власти есть 30 суток на ответ заявителю — но Рафиков в тот же день возбуждает производство по новым и вновь открывшимся обстоятельствам по уголовному делу №110427 — тому самому, которое длительное время расследовали сотрудники ФСБ. Данное расследование поручается… всё тому же следователю Степановой.

Хорошо, допустим, господин Фурашов в беседе со мной был прав и на предприятии действительно «орудовала организованная группа», похитившая на рубеже десятилетий те самые 200 млн. Ну так вот же оно, уголовное дело, собранные якобы «новые доказательства», материалы, которые в пятый или шестой раз — сбился со счета — направлены в суд. Клеймите миледи (даже двух) лилиями в бесстыжие плечи!

Но 23.11.2018 Президиум Верховного суда Чувашской Республики (в составе семи человек) отклонил представление Прокуратуры ЧР «о возобновлении, ввиду новых обстоятельств, производства по уголовному делу» в отношении женщины-бухгалтера, осуждённой приговором Ленинского районного суда г. Чебоксары от 13.10.2014, к действиям которой хотели приплести и Качкову с Вижицкой.

Казалось бы, всё.

Мы не обнаружили в практике РФ ни одного примера, когда после столь долгой работы силовиков, после стольких решений судов всех мыслимых инстанций и составов, после многочисленных подтверждений, что бухгалтер действовала в одиночку — уголовное преследование девушек продолжилось бы.

И тем не менее:

19.12.2018 врио следователя Степанова возбудила в отношении Качковой и Вижицкой уголовное дело № 1000073.

24.12.2018 Степанова возбудила против них же дело № 1000074.

27.12.2018 эти дела были соединены в одно производство с уже известным нам делом № 100207.

14-15.01.2019 врио следователя Степанова переквалифицировала вменённую статью с 30 ч. 3 и 159 ч. 4 — на ст. 165 УК РФ.

19.01.2019 Степанова предъявила обвинение Вижицкой по п.п. «а, б» ч. 2 ст. 165 ч. 2 ст. 201 УК РФ (в составе ОПГ с Качковой).

21.01.2019 Степанова предъявила обвинение Качковой по п.п. «а, б» ч. 2 ст. 165 ч. 2 ст. 201 УК РФ (в составе ОПГ с Вижицкой).

Если вас утомило перечисление, раскрою смысл этих статей УК.

Качкову и Вижицкую обвинили сначала в совершении хищения, а затем, поменяв статью, переквалифицировали обвинение в «причинение ущерба БЕЗ цели хищения».

И всё на основе никак не изменившихся материалов того самого «дела о хищении 200 млн».

Это как если бы вас, любезный читатель, обвинили сначала в убийстве, а потом в причинении лёгкого вреда здоровью, и всё в отношении одной и той же жертвы, причём именно в указанной последовательности.

33 месяца

Наличие нестыковок в деле — объективный факт, подтверждённый надзорной инстанцией.

07.06.2019 первый зам. прокурора Чувашской Республики Евграфов внёс требование в адрес начальника СУ УМВД России по г. Чебоксары Игнатьева «об устранении нарушений уголовно-процессуального законодательства», с Вижицкой и Качковой сняли обвинения.

Следователь Степанова — вероятно, за многочисленные неувязки в расследовании, к которым мы вернёмся далее — была снята с ведения этого дела.

Думаете, всё?

27 июня 2019 года создаётся ВТОРАЯ следственная группа во главе с начальником СУ УМВД РФ по городу Чебоксары полковником Игнатьевым и с участием офицера СЧ СУ УМВД Евдокимовой.

23 сентября начальник СУ МВД по ЧР Александр Арапов учреждает уже ТРЕТЬЮ следственную группу под руководством следователя Баясхаланова.

22 октября создаётся ЧЕТВЁРТАЯ следственная группа под началом капитана Равайкиной.

В течение суток, 23 октября, Равайкина принимает материалы дела, изучает 40 томов и 12 коробок вещдоков, приходит к выводам о вине Качковой и Вижицкой, выносит в отношении женщины-бухгалтера постановление о привлечении в качестве обвиняемой (по тому же делу, за которую ту уже осудили в 2014) и завершает предварительное расследование.

Равайкина в тот же день из капитана… стала майором.

Ну и совпадения.

По версии защиты, понимая бесперспективность дела, следователи один за другим отказывались от него, скидывая на менее щепетильных коллег.

— Если в деле нет никаких подвижек, позволяющих передать его в суд, но закрывать его нельзя, — следствие может попросить вышестоящие органы продлить следствие (обычно на два месяца), — утверждает сторона защиты.

И вновь — только факты.

18.05.2017 Руководителем следственного органа — заместителем начальника СУ МВД по ЧР подполковником Щепаловой срок предварительного следствия по уголовному делу № 100207 продлен до 23.07.2017.

Пропускаем ещё шесть продлений — переносимся в 2019 год.

11.01.2019 срок предварительного следствия по делу продлен до 23.03.2019; 06.03.2019 — до 23.05.2019; 15.05.2019 — до 23.07.2019; 10.07.2019 — до 23.10.2019; наконец, 08.10.2019 года срок следствия был продлен до 23.12.2019 (в общей сложности до 33 месяцев)!

По мнению защиты, такие многочисленные продления не оправданы и, по всей видимости, имеют признаки чьей-то нездоровой заинтересованности довести дело до реального обвинения любой ценой.

НПП «Экра»

Уникальная продукция НПП "Экра" применяется в электротехнической отрасли, вплоть до атомных станций.


Хищение без цели хищения

Девушки неоднократно упоминали, что есть и другие, хорошие силовики. Рассказывали мне, как многократно бывали на личных приёмах у Министра МВД по ЧР Виктора Шметкова, прокурора Республики Василия Пословского, прокурора города Чебоксары Андрея Бельского, заместителя начальника СД МВД РФ Олега Даньшина. После чего в деле происходили пусть небольшие, но так необходимые события, которые не дают упечь Татьяну и Марину в тюрьму.

На мой же взгляд, чтобы понять весь цинизм и абсурд происходящего, достаточно посмотреть на трансформацию инкриминируемых преступлений и прочитать конечный текст имеющегося на сей день обвинительного заключения. (Чтобы не загромождать и так объёмный материал — привожу ссылки на этот сюр-документ: Постановление №1, Постановление №2)

Из него проистекает буквально следующее:

— Качкова, ещё не работая на предприятии, трижды (в мае 2009, декабре 2009, январе 2010) вступает в сговор с ещё не работавшей на предприятии Вижицкой.

— Качкова Т.Ю. дважды, в декабре 2009, январе 2010, приискивает (ох, любят граждане следователи такие словечки — авт.) Вижицкую для совершения преступлений, но делает это позже, чем вступает с ней в сговор.

— При этом Качкова одновременно узнаёт о совершении хищений и предлагает схему хищений, о которых узнаёт.

— Качкова также вступает в сговор (с женщиной-бухгалтером, совершавшей хищения), чтобы причинять вред без (!) цели хищения. То есть бухгалтер похищает, а Качкова якобы совершает это же преступление, но без цели похитить.

Я уж не говорю о том, что следствие затрудняется назвать сумму якобы причинённого ущерба, каждый раз указывая разные цифры (видимо, так и не определившись окончательно), а также путается в количестве сотрудников, при начислении завышенной зарплаты которым был «причинён ущерб предприятию».

При этом следствие уверено, что Качкова откуда-то могла знать, что 26 (или, по другой версии того же следствия) 28 сотрудников предприятия не вернут незаконно полученные ими деньги; при этом ей также вменяется, что факт незаконного получения сотрудниками этих денег она же от них и скрыла. Да, вот такой абсурд! Стоит отметить, что среди кристально честных людей, не вернувших предприятию незаконно полученные деньги, находятся все учредители и их дети, в том числе сами Фурашовы.

Так что там с программой-то?

Из обвинения следует, что Качкова и Вижицкая в 2009-13 годах, «изучая и анализируя сведения о заработной плате сотрудников, полученные из бухгалтерской программы «1С: Камин», каждый отчетный период корректировали фактические данные на сумму завышения заработной платы, тем самым скрывая факт хищения денежных средств».

В то же время читаем в уже известном нам уголовном деле №100207, т.6, л.3:

16.05.2013 года у Вижицкой М.Ю. и Качковой Т.Ю. появился доступ к программе «1С: Камин».

То есть уже ПОСЛЕ вменяемого им преступления, что также подтверждается и свидетельскими показаниями…

Уф! В прошлой публикации со страниц «КП» я обещал Андрею Фурашову, что если у меня появятся какие-либо новые материалы, проливающие свет на это головоломное дело, то я непременно их донесу до федеральных правоохранительных органов.

Что ж, держу свое слово.

Публикацию в СМИ, где сообщается о преступлении, следует считать заявлением — прошу компетентные органы воспринимать её именно в таком качестве. И, разумеется, принять меры.

Анонимный источник может раскрыть инкогнито

И вот я второй раз в Чебоксарах. Сбросил «хвост», о котором писал в начале статьи, и двинул на встречу с источниками.

Подвальное помещение в неприметном доме. Я общаюсь с человеком, лично наблюдавшим за развитием «дела Качковой и Вижицкой» и, хорошо, по его словам, представляющего всю кухню данного предприятия.

Он соглашается побеседовать под диктофон. Из-за ряда специфических деталей и голоса, по которым мой источник можно вычислить, не имею права обнародовать эту аудиозапись.

Отвечая на мои вопросы, этот человек подтверждает:

— Да, сфабриковать реально, особенно если у следователя зарплата 35 тысяч рублей. У руководителя следственной группы одновременно лежат 20-30 дел, занимаются ими подчинённые, в каждую деталь начальник вникнуть не может. И когда младший член следственной группы приносит бумагу на подпись, руководство исходит из того, что подчинённый честен и во всём разобрался… Иногда и того не надо. Подчинённые, бывает, подделывают подпись начальства (чтобы придать фальсифицированным следственным действиям вид законности — авт.).

«Налоги надо платить»

Хороший сюжет имеет кольцевую структуру. Мой репортаж полтора месяца назад начался с дела аудитора Маргариты Замчинской, согласно обвинительному заключению, вымогавшей у НПП «Экра» во главе с Фурашовым 25 миллионов рублей и получившей 7,5 лет условно.

В эти дни в суде слушается апелляционная жалоба прокуратуры, посчитавшей приговор слишком мягким.

Знакомясь с «досье Качковой и Вижицкой», я понял, что версия Фурашова об их «вине» в этом деле вызывает очень серьёзные сомнения.

Кто может поручиться, что аналогичные уверения о «страшной вымогательнице Замчинской» не шиты нитками того же цвета?

Я не судья — судить не мне. Но считаю необходимым выложить аудиозапись фрагмента моего интервью с Фурашовым, где он, ехидно передразнивая пожилую женщину, по сути, сам же и снял с неё все обвинения. Признался, что особой угрозы «материалы Замчинской» для НПП «Экра» не представляли — и они даже готовы были заплатить ей за экспертизу, просто не могли договориться о цене, а когда сторговались, то заключили договор об оказании услуг. С их бывшим ген. директором Саевичем у Замчинской были доверительные отношения, ранее «Экра» уже заказывала у нее различные платные экспертизы.

И ещё деталь. В одном уважаемом региональном интернет-издании я вычитал, что как раз в тот момент, когда шли суды с налоговой инспекцией о недоимке в 600 млн, Фурашов совместно с другими «столпами республиканской коммерции» встречались с губернатором. И, если верить тому же изданию, губернатор на встрече с предпринимателями сообщил, что налоги надо платить.

Хороший повод для мести представителям власти — ведь теперь только и говорят: сестра министра финансов ЧР Енилиной вымогала у честных негоциантов их непосильно нажитое.