Владимир Жириновский: Вы зачем пугаете людей: не ходите, митинг запрещенный? Они же поэтому и пошли

Владимир Вольфович раскладывает по полочкам главные события уходящей недели.
Владимир Вольфович рассказывает, чем надо занимать молодежь, чтобы не ходила на митинги и повышала рождаемость, чем опасны транснациональные компании и почему важен разговор между Байденом и Путиным

В. Алфимов:

- Здравствуйте! Я – Валентин Алфимов. Рядом со мной Владимир Жириновский. Будем подводить итоги недели. Владимир Вольфович, здравствуйте!

В. Жириновский:

- Добрый день!

В. Алфимов:

- Владимир Вольфович, на этой неделе очень много говорят про молодежь, которую некоторые пытаются вывести на улицы, некоторые прогнуть под себя, а кто-то на них не обращает внимания. А кто у нас сейчас молодежью занимается?

В. Жириновский:

- Вот это вопрос, который поднимает ЛДПР 30 лет. Буквально последние годы трижды мы подымали о необходимости создания министерства по делам молодежи. Эту проблему нельзя отдавать агентству. Вы хорошо знаете, кто у нас руководит молодежным агентством в системе Минобразования?

В. Алфимов:

- Нет, не знаю.

В. Жириновский:

- Правильно. И никто не знает. Я запросил информацию – Бугаев. Он хороший человек, может быть, но ведь он должен руководить всем этим процессом. Поэтому обязательно должны быть ведомства. Огромная страна и в каждом областном, городском, может, и районной администрации должен быть департамент по делам молодежи. Это очень важно.

Учителя не могут уже влиять на молодежь, чтобы занять этот вакуум, о котором я говорю. Родители, им некогда, они плохо знают своих детей. И тоже не хватает авторитета влиять, потому что есть те вопросы, которые тяжело обсуждать с родителями.

И вот они на улице. Да, кто-то спортом занимается, кружки самодеятельности, все равно это было. Есть потребность общения, нужна площадка нейтральная. Давайте для них откроем все наши парки, клубы, театры днем, в субботу и воскресенье, чтобы с 12 до 17 они могли собраться на площадях – открытое место или в закрытом помещении. Определим численность, чтобы было пятьсот человек, не больше. Когда пять тысяч – это всегда опасно.

Вот Москва. 11 округов, давайте 11 площадок. Вот Центральный округ Москвы, Пушкинская площадь – ЛДПР проводит, у коммунистов Октябрьская площадь, всем дайте площадку постоянную по места жительства, не надо ехать. И просить их не более пятисот человек. И еще лучше откройте все помещения. Все это нужно организовать. Делать. Люди хотят высказаться в чужой среде. Они устали от родителей, от школы, от вуза, от соседей. Им нужна незнакомая обстановка, нужно познакомиться с кем-то, поговорить, постоять. В театре мало дневных спектаклей, в основном вечерние. Во дворе мужики, они устали от родителей, они хотят проявить свои способности, соседи-мужики сидят и стучат в домино. Где им поговорить. В каждом жилом массиве есть кофейня, там нет закусок и алкоголя. Кофе и чай, может, местный сок в маленьких стаканчиках. Играют в шахматы, нарды, работает телевизор, сидят и тусуются с незнакомыми. Все. А у нас этого нет. У нас рестораны, там нужно истратить три тысячи, посидеть, поесть, выпить. Это молодежи не надо.

В. Алфимов:

- А разве не будут в таких местах, в таких дворах и парках распространяться еще более радикальные мысли, идеи? Это же все будет совершенно без контроля.

В. Жириновский:

- Я вас прекрасно понимаю. Опасность есть. Там с ними могут работать люди, которые настроены их сделать более радикальными. Втянуть их в какие-то организации.

В. Алфимов:

- Не какой-нибудь Навальный, конечно, но тоже…

В. Жириновский:

- Другие, полно всех.

В. Алфимов:

- Какие-нибудь игиловцы, не дай бог.

В. Жириновский:

- У нас два зла. Одно зло – все перекрыть наглухо и будет тихо, но бунт будет внутри. И когда-нибудь он взорвется. Котел, в котором мы хотим закрыть все дырочки, через которые пар выходит.

Но если мы создадим министерство, и у них будет свой актив, они на каждом митинге будут присутствовать, будут присутствовать переодетые участковые, будут другие молодежные структуры парламентских партий. И мы изолируем мини-митинги по всей стране от влияния вредных людей. Выступать? Иди к микрофону, мы посмотрим, что ты там скажешь.

Конечно, есть определенный риск, но он меньше, чем если мы все перекрываем. И тогда они переходят к подпольной работе. Когда разогнали иракскую армию, куда они все пошли? Создали государство ИГИЛ. Это бывшая иракская армия. Их надо быть держать, но в Америке дураки, они это не поняли. Они решили, поскольку офицеры все сунниты, сторонники Саддама Хусейна, разгоним их. Разогнали. И террор идет по всей стране, по всему Ираку. И целое террористическое государство создали. Было два зла – или диктатор, но держит страну в руках, или все снимаем, тогда люди, потерявшие управление со стороны руководителя, создают то, чего вы боитесь. Самое страшное в истории планеты Земля – это террористическое государство ИГИЛ. Но если мы бы не разгоняли их, а дали им возможность служить там, в родной стране – Ирак, Сирия там, где-то курды, было бы все лучше, как при Саддаме Хусейне, Каддафи. Да, мало демократии, мало выборов, но тишина. Не хотим этого. Тогда будет страна в состоянии гражданской войны.

У нас легче, у нас нет такой диктатуры, как Саддам Хусейн, Каддафи. У нас многопартийность, выборы. Добавить нужно этот вариант. Семья – устали, учебные заведения устали, на работе ничего нельзя. Дайте возможности пойти раз в месяц хотя бы и где-то побузить. Понимаете? Это 20-40 лет, это избыток энергии.

Я хочу вам предложить вариант, который не всем понравится. Вы можете поставить на голосование, я вас уверяю, 30% поддержат. Давайте во всех крупных городах откроем публичные дома.

В. Алфимов:

- О, как!

В. Жириновский:

- И эта молодежь, они в основном не женатые, холостяки. И часть энергии они оставят там. В два-три раза понизится агрессивность молодежи. Но это не самый лучший вариант – публичные дома с точки зрения этики и морали. Но мы должны находить варианты. Если мы не хотим дать возможность высказываться, давайте больше залов откроем. Но не все любят заниматься борьбой, боксом, футболом. Они просто хотят в хороших костюмах где-то в скверике, где-то бульвары походить, поговорить. Давайте эту возможность дадим. Они и без нас будут встречаться вне рамок митинга, но нужна целенаправленная работа. Вот выбор профессии, профориентация. Кто этим занимается? В армии сколько я пробивался прийти к солдатам в казарму? Вот осудили на 15 лет, по-моему, солдата, который убил в Забайкальском крае восемь сослуживцев. 24 года дали! Жизнь его уничтожена! И восемь сослуживцем уничтожены. А почему? Где политработник? Где зам командира роты по воспитательной работе? Они не знают, не умеют. Они закончили училище, где их этому не учили. Как работать с молодежью, почему он хмурый, почему злой, как складываются отношения. Это большая воспитательная работа.

Ее можно получить еще в школе, в вузе. Но вот и мы имеем трупы, дедовщина эта.

Вот смотрите, администрация президента проводит под Солнечногорском «Территорию смыслов». Отлично! Всего пять тысяч человек, а молодежи у нас 30 миллионов!

В. Алфимов:

- Ладно, пять тысяч человек – это актив, который потом разъедется по своим городам и будет там воплощать в жизнь какие-то идеи.

В. Жириновский:

- Нет, в том-то и дело. Там все заформализовано, это комсомол новый. Комсомол-то распался. Там все было заложено: ты выступаешь, ты, регламент. Молодежь против регламента. Она хочет свободы. Дайте им возможность встречаться там, где они определят место. Сами выберут тему, наговорятся и разойдутся.

Мы это им не даем. Мы их приглашаем, вот конкурсы давайте там, выступайте. Миллион на развитие малого бизнеса. Это не охватывает ту молодежь, которая в субботу вышла на улицы наших городов. Она не идет на эти конкурсы. Она бесхозная, у нее нет начальства. И они не хотят его.

В. Алфимов:

- А что им нужно? Получается, чтобы в TikTok видео снимать и выкладывать в интернет? И все?

В. Жириновский:

- Дайте реально право выйти на улицу. На ту площадь, которую вы определите. И разрешите хоть каждую субботу. И они потихонечку затихнут. Им надоест, они все выскажутся.

Вот перестройка – 88-й год. Я сам был такой, как те, кто вышел сейчас в субботу. Я слышу: Пушкинская площадь, кто-то собирается, демократы какие-то, критикуют КПСС. Я иду в Новопушкинский сквер. Стоит мужичок Лев Убожко, потом он создаст консервативную партию, 20 лет в психушках лежал. Он что-то там разговаривает. Я стал ему вопросы задавать, другие. Мы встали в небольшой кружок. Наговорились и разошлись. И так это было неплохо несколько месяцев. Потом в ЦК КПСС испугались этого. И к чему привело? Страну поломали, не дали людям возможности высказаться. Старый Арбат, я туда ходил, разговаривал. У меня был рекорд, я пришел в семь вечера – ушел в семь утра. Двенадцать часов стоял на одном месте, меня не отпускали. Я отвечал на все вопросы. Метро открылось, я скорее, давайте, пора, метро работает.

Люди хотят просто задавать вопросы, получать ответы. Этого нет. Мы, парламентская партия, три года нам не дают места проведения митинга в Москве. Пушкинскую давали – перестали. Суворовская площадь – не дают. Метро «1905 года» – не дают. Мы же парламентская партия! Не может партия где-то пригласить своих сторонников. Первое мая – митинг. 23 февраля – День защитника Отечества, 4 ноября – День народного единства. Понимаете, мы решили перекрыть, не мы, а чиновники, отвечающие за общественный порядок. Перекрыть можно, люди испугаются, ходить не будут, но они будут в стрессовом состоянии. И мы проблему не решим.

В. Алфимов:

- Почему решили перекрыть, а не дать высказаться молодежи?

В. Жириновский:

- Вот боятся то, о чем вы сказали в начале, что там будут влиять на них, раздавать оппозиционную литературу, будут появляться сторонники других партий радикальных, прозападных, иностранные дипломаты будут работать, создавать новые НКО. И под видом НКО будет идти пропаганда против государства. Но тогда еще хуже будет, этот страх есть, но во всем мире люди же имеют право собираться и выступать. Если мы будем закручивать гайки, мы хорошего результата не добьемся.

Давайте хотя вы в университетах сделаем такую возможность. Вот в МГУ есть большая аудитория на тысячу человек. Я – штатный профессор МГУ на двух факультетах. Давайте. Я много раз говорил ректору: Виктор Антонович, я готов с молодежью встречаться. Говорит, да, мы организуем все факультеты, известим. Я пришел бы и с ними поговорил бы. До сих пор не делается. Страх! А вдруг это будет пропаганда против «Единой России»? Против президента? Но я же готов гарантировать, что мы не будем трогать партию большинства и президента, хотя молодежь хочет, чтобы кто-то критиковал любую партию и любое должностное лицо. Если мы будем перекрывать эту возможность – критиковать любого без оскорблений, посмотрите, как они оскорбляли президента на Пушкинской площади. Это же недопустимо! Им перекрывают все. И они идут на запрещенный митинг и орут то, что парламентская партия ЛДПР никогда на наших мероприятиях это не звучало. И мы вообще не трогали президента.

В. Алфимов:

- Дальше что будет? Будут они еще выходить? Или заглохнет этот протест?

В. Жириновский:

- Обязательно. Они же вернулись все в субботу, рассказали одноклассникам, одногруппникам, соседям, родственникам, кто не был. И те тоже заинтересуются. Ведь именно запрещенное нравится! Когда не было джинсов у нас, я тоже мечтал, где купить джинсы. Пишу брату, он в загранкомандировке, жду где-то. И когда уже свободно появились, я надел на себя и снял. Не нужны мне эти джинсы! Пепси-колы не было! Как я мечтал! Что такое пепси-кола? Дайте я попробую! Появилась – я ее не пью никогда.

Когда мы запрещаем, именно за этим запрещенным будет очередь стоять. А, не хотите так, государство? Мы пойдем! Запрещаете? Мы пойдем. Это нельзя говорить? А мы будем говорить! Дать им возможность без оскорблений, без насилия собираться, но понемногу, но в разных местах. Побольше дайте мест! И чтобы там были люди, собирались, имели возможность друг друга видеть. Это будет лучше, чем сейчас.

В. Алфимов:

- Владимир Вольфович, пандемия не могу обойти стороной. На этой неделе появилась информация, что население России сократилось в 2020 году на 500 тысяч человек. Такого не было 15 лет! Как вы считаете, это пандемия или другие причины?

В. Жириновский:

- Конечно, это и пандемия, хотя с точки зрения нахождения дома должны увеличиться рождаемость. Если все заперлись дома с марта, то в декабре должно быть дополнительное по всей стране миллионы новых детей. А этого не происходит. Почему? Потому что дома родители и настроение плохое. И боятся целоваться, боятся обниматься, встречаться. Поэтому удаленка для студентов или по работе – не создали условия, потому что плохие жилищные условия. Раньше он мог дома быть один, студент. И позвал к себе подругу. Они вместе побыли. А сейчас дома родители, младший брат в детский сад не пошел, сестра не пошла в школу. И он сидит. Не до того, чтобы начать детородильный процесс.

И пандемия, рабочие места теряют люди. Стало больше безработных. Понизились доходы. Хотя в Африке рожают больше те, кто самые нищие, бедные, но там жара. Они там общаются на земле. Юг, Индия. Там они прямо вдоль дорог лежат. Огромное теплое пространство! Индия и Африка. А у нас холодрыга. У нас нужно одеться очень тепло, а домой прийти, раздеться. У нас условий для того, чтобы люди могли подумать о том, чтобы совершить те действия, отношения, которые приведут к рождению ребенка, на это не хватает жилья и теплой погоды. Мы – самая холодная в мире страна.

Вы знаете, что раньше в России было -2 средняя температура? А в Европе +20. Представляете, разница? Сейчас у нас вследствие потери многих южных территорий -5 температура средняя, что это такое! Поэтому условия жизни всегда были. И при царе было тяжело с рождаемостью, и при советской власти, и сейчас.

Мы, ЛДПР, предложили уже давно: давайте уговорим молодых женщин отказаться от аборта. Но ребенка заберем. Мы ей говорим: доносите его, мы - государство, заберем его, вы не хотите его, мы согласны. Но мы вам еще дадим материнский капитал – 400 или 500 тысяч. Она согласится. Давайте ее поселим в санаторий для беременных. А у нас абортов в два-три раза больше, чем рождений. Мы можем сократить число абортов. Тогда у нас будет идти небольшое хотя бы превышение рождений над смертью.

А сейчас мы уже вышли в минус. Полмиллиона! У нас Кипр – вся страна пятьсот-семьсот тысяч с небольшим. Это проблема. Потом, чем выше культуры, тем меньше в брак вступают реже и меньше детей. Все больше поздние браки, все больше бездетные браки. И это тенденция не только наша, всего мира.

В. Алфимов:

- Но это же не значит, что надо в каменный век обратно погружаться.

В. Жириновский:

- А мы не будем погружаться. Европа каким путем пошла? Замещение населения. Свое стареет, молодежи мало.

В. Алфимов:

- Неужели вы одобряете такой шаг?

В. Жириновский:

- Но они сделали его, я объясняю, Валентин!

В. Алфимов:

- А ваше мнение по этому поводу какое?

В. Жириновский:

- Мое мнение я сказал: давайте уговорим тех, кто забеременел – женщины, родить ребенка. Мы получим миллион дополнительно в год детей. Но этого же не делает никто! Я это подавал Медведеву-президенту, Путину, всем подавал. Здесь все вопросы, связанные с демографией. Нам нужно министерство по делам демографии. Вот два министерства, которых нет, и хромает работа с молодежью, и работа, связанная с народонаселением. У нас может быть больше населения, но этим же никто не занимается.

У нас чем занимаются? Дороги, жилье, больницы – всем занимаются, кроме уговорить рожать и дать возможность молодежи заниматься тем, чем она хочет в рамках закона. Но этого не делают.

В. Алфимов:

- Есть же целый нацпроект «Демография»! По поручению президента к 2024 году должны выйти на прирост населения, а к 2030 году устойчивый прирост. Значит, работа должна какая-то вестись по этому поводу.

В. Жириновский:

- Обязательно! По всем вопросам работа идет. Но мы не будем брать, что было в Пскове, в Новгороде. Больше строим детские ясли, больше школ, чтобы была учеба в одну смену, ремонтируем все это. Детские врачи, поликлиники, все это правильно. Но вы видите результат! Рождаемость не увеличивается. Я вам говорю, где у нас целина? Фронт работы, чтобы рождаемость увеличилась, в том числе, работа с молодежью. Я не говорю о том, чтобы организовать их нахождение на каких-то митингах, а давайте им досуг организуем, давайте создадим молодежный дом отдыха. Туда путевки продаются только до тридцати лет кому и только холостякам и незамужним. Они приехали на десять дней, познакомятся. И быстрее будут семьи создаваться. В любом случае, детей будут рожать быстрее. Ну, где они будут знакомиться? В ресторане? Невозможно. Мы сами сужаем возможности молодежи создать семью. Вы знаете, что Москва… А вы москвич?

В. Алфимов:

- Да.

В. Жириновский:

- А я не москвич. Я живу в Москве больше вас уже – 65 лет, но я не москвич. Так вот, Москва – город одиноких людей молодых. До 25 лет они в основном одиноки. Почему? В вузе не вышли замуж или не женились, на работе не с кем, не получается. И все! Надо помочь им встретиться независимо от работы, независимо от места проживания. Где это? Советская власть начала это делать, стали устраивать клубы «Кому за тридцать». Давали приглашения. Но это не пошло, потому что и парни обижались, и девушки, что якобы их хотят сосватать, что они неудачники, что не могут сами познакомиться. Поэтому не надо ограничивать, кому за тридцать и так далее.

Мы предлагали, давайте дадим в каждом поезде вагон для одиноких молодых людей. Туда билеты продавать! Вот он поехал в Сочи – 36 часов, молодежь в этом поезде, познакомятся. Санатории и дома отдыха – молодежь познакомится, но этого же нет. Никто этим не занимается.

Простой вопрос, Валентин. Сегодня пятница? Вы коренной москвич?

В. Алфимов:

- Да.

В. Жириновский:

- Я попрошу вас. Поведите меня на танцы в городе Москве. Можете? Покажите мне, где сегодня в Москве танцы. Пускай молодой депутат Власов это сделает, он знает всю Москву. Сейчас он откроет интернет, скажет мне, что нет ни одной точки в Москве, где сегодня в семь вечера можно пойти и потанцевать. Буфет не нужен! Не нужна специальная одежда, галстук, бабочка. Просто я прихожу и танцую! С кем-то разговариваю, сижу. Можно сделать с семи вечера до десяти? И потом я пойду домой, на метро. Но вы нам этой возможности не даете! Молодежное кафе? Нет. Я помню лет пятьдесят назад «Измайловский парк» что-то метро там, открыли первое молодежное кафе. Как оно называлось? Название космическое… Мы туда приходили. Нам нравилось. Только молодежь. Но где оно? Закрыли!

Что-то делала советская власть, что-то демократическая, но системы нет, нет ведомства, которое отвечает. Я, когда был студентом, направил письмо в московское правительство, тогда был Мосгорисполком, что надо открыть кафе, то, что я сейчас говорю. Меня приглашает женщины, видимо, сотрудник управления по работе с молодежью и так далее. Поговорили. Говорит, давайте я вам дам должность массовик-затейник в парке культуры и отдыха? Она дура! Я не о себе говорю! Причем тут массовик-затейник? Он игры организует с детьми, кто пришел. Она даже не понимает, что я хотел. В этом ущербность наша, Валентин! У нас все делают сверху, они не понимают, что люди хотят внизу.

В. Алфимов:

- А почему они не понимают? Это те же самые люди, как и мы с вами, которые вышли из той же самой молодежи, они тоже были молодыми, тоже должны понимать, что происходит. А почему нет? Ни совсем высоко где-то во власти на федеральном уровне с молодежью не работают, ни на городском уровне.

В. Жириновский:

- У нас произошла ссора с мэром города Шуи Корягиной. Я думаю, чего она такая наглая? Сейчас выясняем, она ведет себя нагло, потому что она дочь бывшего губернатора Тихонова. В этом же проблема. Ее народ бы не избрал никогда. Папа ушел в отставку в 5-м году, а дочь поставил в Шуе руководить городом. Все чиновники из власти, сверху. Почему у Ельцина не получилось ни одной партии? Он хотел, чтобы была партия. «Наш дом – Россия», Черномырдин, сверху – полный провал. Рыбкин, председатель Госдумы – сверху. Они все партии создают сверху. И все их партии рушатся. Молодежью руководят сверху, и ничего не получается. И демографией занимаются сверху. И ничего не получается. Я повторяю, это главная ошибка. На этом рухнула царская Россия, советская, ельцинская. И сегодня, может быть, каждый месяц будут выходить люди, бунтовать будут. Потому что опять все, кто решает вопросы, они решают их сверху. Вы зачем пугаете людей: не ходите, митинг запрещенный? Они же поэтому и пошли. Раз вы их пугаете, наоборот все делает молодежь, это надо понимать. Когда я встречаюсь с ними, я с ними соглашаюсь во всем, а потом осторожно подвожу к тому, что, может быть, будет лучше, если они сделают по-другому.

И они соглашаются. Через час после моей встречи с ними 200 человек, 500, 1000, они согласны. Я докладываю об этом президенту. Он согласен, что у меня хорошо получается с молодежью. Встречаюсь со студентами по всей стране. Но дальше-то не идет. Ну, сколько я могу охватить в год сам лично?

В. Алфимов:

- Владимир Вольфович, Владимир Путин выступил на форуме в Давосе впервые за очень долгое время и отметил растущую власть транснациональных корпораций в цифровой сфере. Очень много именно глобализации посвятил президент, сказал, что компании стремятся к монополии, противостоят государству как институту. Мне, честно говоря, сразу вспоминается эта история с Дональдом Трапом и его блокировкой в Твиттере, когда целого президента просто взяли и забанили в Твиттере. Действительно ли настолько серьезная проблема?

В. Жириновский:

- Валентин, если бы у нас все делалось, как я предлагаю, снизу, вы бы сейчас что сказали? Владимир Вольфович, вот президент на форуме в Давосе затронул тему, которую вы подняли еще на заседании Государственной Думы 29 октября 2004 года. Я зачитаю, что я сказал. «Сегодня миром правят транснациональные экономические корпорации. Даже правительства не имеют этих прав, а вы всё говорите, что вот народовластие, ущемляют права… Это значит, что вы не понимаете, что происходит в мире». И сейчас вы мне этот вопрос задаете. Правильно президент отметил. Так вы должны были это раньше поднимать, учитывать позицию парламентских партий. Я согласен, коммунисты об этом не говорят, «Справедливая» вообще нулевая партия. Партия власти молчит, она уже наверху. Ну а мы-то говорим об этом. 17 лет прошло, теперь и президент эту тему подметил. Валентин, миром правят теперь ТНК – транснациональные компании (экономические, информационные, транспортные, сырьевые, агропром, любые). Им не нужны границы, им не нужны национальные правительства, им не нужна налоговая система, жестко очерченная. Им нужно пространство. И они вышли на него, и это опасно. Они свергли Трампа, который хотел, чтобы Америка развивалась как национальное государство. Они говорят: Дональд, пошел к черту, нам не нужна Америка как государство, нам нужно пространство, пусть латиносы бегут в Северную Америку, к вам. Дешевая рабочая сила. Чего нам платить белому американцу? Мы латиносу заплатим в 5 раз меньше. И Европа – то же самое: пошли вы к черту, ну-ка, давайте, африканцы, арабы, заплатим в 5 раз меньше.

То есть тем, кто руководит ТНК во всем мире, им очень выгодно, доходы бешеные. И на эти деньги они всех купят – и сотни Навальных, и сотни Мироновых, Зюгановых и прочих. Вот в чем опасность. И вашу газету купят. Вот в чем опасность. Потому что огромные деньги, и журналисты вынуждены за хорошие деньги давать тот материал, который нужен хозяину, работодателю. Но ведь мы-то должны были это делать. Почему? Снизу, ЛДПР (я), это сказал 17 лет назад, а до верха дошло только сейчас, об этом сказал президент. В этом проблема. Это очень опасно.

В. Алфимов:

- Владимир Вольфович, разрешите, я поспорю с вами. Может быть, не дошло до верха, а просто сейчас президент только начал говорить об этом, потому что там не понимают? Мне кажется, что у нас в стране и президент, и его окружение хорошо эту историю понимают.

В. Жириновский:

- Он до конца созрел на примере Трампа. Он понял, что даже американский президент слабее ТНК. Раньше он думал так: ну, была революция, социализм, Брежнев, Афганистан, нам пока тяжело, но Америка-то – давай, Трамп, знамя вперед, новая сильная национальная Америка. И хлопнули его. И он понял, что опасно, весь мир в руках ТНК. Посмотрите, как Байден тихо говорит. А зачем громко говорить? Все в их руках, все финансы. Сейчас по 2 тысячи дадут каждому американцу. Это 150 тысяч рублей. А уже появился безусловный обязательный доход в Европе – 70 тысяч. Это не пособие по безработице. Мы-то это не можем делать, а они вот так переманят нашу молодежь. Это же приятно – ходи, куда хочешь, а пособие приходит каждый месяц на карточку. И по карточке все покупай, сидя дома. Вот показали сюжет, два парня идут и говорят: «Завтра мы всем покажем, 23 января, мы сильные». Им простор нужен, им нужна маленькая война, революция.

А что им дает наша страна? Ничего не дает. Работать – иди работать. Учиться – иди учиться. Магазин – покупай одежду, питайся. Но дайте им еще возможность что-то делать самостоятельно. Транснациональные компании это дадут. И придет время через 20 лет, они сметут любое правительство. Посмотрите, Киев. Футбольные фанаты устраивают бойню в Одессе. Там в городе миллион или два населения, а 100 человек фанатов сожгли город. И так везде. Молодежь это все делает. Кто ею занимается? Сорос, ТНК, те же, кто руководит миром, все эти финансовые воротилы, а мы не занимаемся. У нас Бугаев занимается. Ну, кто его знает, Бугаева? Увольте его немедленно с работы, поставьте Власова, но в ранге министра. Ничего этого не делается. А потом дубинками разгоняем молодежь. Это же проблема. Мы в этом плане должны для себя сделать вывод, ибо ТНК уже действуют лет 30.

В. Алфимов:

- Но как сейчас с ними бороться? Эти компании имеют такой вес, что одним своим словом могут целые страны блокировать, огромные деньги от них идут.

В. Жириновский:

- Согласен. Но Китай пошел другим путем. Они же создали сегодня самую молодую социальную сеть в мире – TikTok. Все хештеги в этом TikTok. Вот фамилия Жириновский – 262 миллиона просмотров. Ну, сделайте выводы. Молодежи нравится. Посмотрите других. И Зюганов там есть, и Миронов, Володин, все есть. Но там же в 10 раз меньше. Выводы можете сделать? Вам молодежь говорит: хотим слушать Жириновского, а Зюганова не хотим, Неверова не хотим, Миронова не знаем.

Выводы надо делать. Эти социальные сети для чего? Это самый лучший социологический опрос. Что вам ВЦИОМ? Вам Федоров ничего этого не скажет никогда. Федоров делает то, что нужно для Кремля и для президента, чтобы затуманить мозги президенту. Вот TikTok дает. Всего третий год этой сети. Так давайте эти сети сами создавать и выводы делать. Чтобы не только миллионы молодежи смотрели меня или любого другого. Ведь я же не претендую на что-то. Подберите у вас, чтобы его смотрели. Тут фамилии Бугаев вообще нет. А он у вас руководит всей молодежью страны. Вы на что тратите деньги? Каков бюджет этого Агентства по делам молодежи? Вы – молодежная газета, так и ставьте этот вопрос.

Ведь меня тоже не понимали. Вот стали выходить люди по всей стране, вышло несколько десятков тысяч - зашевелятся сейчас. Пока аресты, пока дубинки. Но я им советую, что делать. Сколько я выпустил брошюр по делам молодежи. Вот я одну брошюру назвал «Сосунки». Молодежи понравилось. А просто так сказать «Задача союзов молодежи – учиться, учиться и учиться, так завещал нам великий Ленин», - да их тошнит от этого съезда партии, 3-й съезд молодежи, РКСМ и т.д. А мы всё по-старому. То «КПСС – ум, честь и совесть нашей эпохи», теперь – «Единая Россия» - главная партия», и она должна быть всегда победительницей, всегда 70%. Это что, демократия, когда до выборов вы уже называете, сколько эта партия получит голосов? Это возмущает молодежь. Они еще не пришли к избирательным урнам, а вы уже пишете протоколы, какой партии сколько дать. И наплевать вам на молодежь. Поэтому они и бунтуют.

И демография, и социальные сети, и выступления – все это связано с молодежью. Мы не так руководим этим процессом. Как надо, я говорю.

В. Алфимов:

- Владимир Вольфович, а что будет дальше, если не поступить так, как вы говорите? Это что, госпереворот?

В. Жириновский:

- Нет. Закрутим все гайки, ребята будут сидеть дома. Закончится учеба. Женятся, выйдут замуж, родят детей, купят квартиры. То есть государство может им помочь материально, еще меньше будет процент по ипотеке, но развития не будет. Они не хотят так жить. Нужен творческий полет. Им хочется что-то делать, а это все запрещено: это не говори, сюда не ходи. Мы сегодня до сих пор пытаемся войти в пятерку ведущих государств мира. Пока мы в 20-ке, мы даже в 10-ку не входим. А при царе мы были в пятерке. Советский период все нарушил, но его уже 30 лет нет. Ельцину в понедельник 90 лет. Тоже много было ошибок, но он уже умер. 21 год нового режима, с августа 99-го года. Кое в чем ко мне прислушиваются.

Я вам уже сказал, мы даем предложения, но, к сожалению, они продолжают руководить сверху. Я сказал президенту Путину 15 лет назад в Кремле, когда был сбор политических партий: «Владимир Владимирович, у нас пирамида власти перевернута, она стоит на острие. Давайте ее поставим на широкое основание». Она на острие, она неустойчивая. Мы будем разгонять людей дубинками, слезоточивым газом. Поставьте ее, как все стоять должно, на широкое основание. А у нас экономика, социалка, политика, идеология сверху спускаются. Мы живем, как при советской власти. Дайте им квоту, дайте им разрешение, разрешайте, что делать. Не хочет новое поколение слушать.

В. Алфимов:

- Владимир Вольфович, есть еще достаточно важная тема, которую стоит отметить. На этой неделе президент Владимир Путин впервые поговорил с избранным президентом Джо Байденом. Диалог длился 35 минут, говорили по телефону. Говорят, что он был по инициативе Кремля. Президенты отметили, что есть разногласия, но все-таки нужно двигаться в сторону улучшения отношений.

Но если до 20 января, пока Дональд Трамп был президентом, пока не прошла инаугурация Джо Байдена, говорилось о том, что договор СНВ-3 о стратегических наступательных вооружениях подписываться не будет с той стороны, то сейчас настроения уже совершенно другие. Я смотрю, Госдума ратифицировала этот договор СНВ-3. Как прокомментируете?

В. Жириновский:

- Во-первых, хочу уточнить. Разговор был, по-моему, по инициативе Байдена, а не Кремля. То есть звонок был из Вашингтона. И хороший был разговор. Это самый дорогой договор об ограничении стратегических вооружений. Потому что самая разрушительная сила – это баллистические ракеты. И у них полно, и у нас. То есть мы можем всю планету спалить и уничтожить. Но это же нельзя делать. Поэтому не только не производить больше ракет, но и постоянно уничтожать. Уже будет 1500 (надо проверить, за 10 лет мы дошли до уровня 1500 – было по 2500). Потом будет 1000, потом – 500. Лет через 20, может быть, совсем от этих ракет откажемся, будет, может быть, другое оружие, менее разрушительное и менее дорогое.

То есть Байден этому вопросу посвятил всю свою жизнь. 34 года он был сенатором и всегда работал в комитете по разоружению, и к нам приезжал много раз. Это было его дело жизни, поэтому он с удовольствием согласился продлить. Он не уменьшил значение договора, мы продлили на 5 лет, а за эти 5 лет можно подготовить новые поправки, новые дополнения, может быть, новый договор заключить. Я вообще считаю, что нам не надо ждать резкого обострения обстановки от Байдена. Какой смысл? На Ближнем Востоке все обострили, что можно, Дальний Восток – тоже. Они получили Украину. Украина их, это их колония. Не надо уже называть Украиной. Киевский режим во главе американской колонии. Даже запретили использовать нашу вакцину. Весь мир использует и стоит в очереди за русской вакциной, а колония Украина – запрещено. Для чего? Чтобы умирали быстрее. Им нужна территория. Это будет огромная авиабаза, огромный непотопляемый авианосец, так сказать. Зачем Крым? Вот вся Украина. Это же больше любого европейского государства. И оставят там 5 миллионов, чтобы были грузчики, разносчики, обслуживающий персонал – сапоги чистить или еще что-то делать.

Сегодня уже у них ракет всего 1654, у нас даже меньше – 1480. Так что в этом плане это правильно – и им это дешевле, и нам. Ну, и все вопросы уже решены. Некоторые говорят: вот, начнут наступление на Донбасс. Зачем? Только начнется наступление на Донбасс – вся Украина будет оккупирована нами. Зачем им нужно терять Украину? Им нужно сохранить. Крым забудьте, Донбасс постреливайте. Полигон хороший. Никакой войны не будет. Им нужно поставлять оружие. Сейчас они со всей Восточной Европы старое советское оружие сбросят на Донбасс, на борьбу с ополчением, а Восточная Европа (Польша, Словакия, Чехия, Венгрия) закупит у американцев новое. Торговля. Американцы, они торгаши, купцы. Вот они будут ждать варианта продать.

Как и газ. Чего они уперлись в «Северный поток-2»? Покупайте американский газ. Как предприниматели они понимают, что русский дешевле. Но тяжело им немцев поломать, чтобы те покупали дорогой американский. Поэтому и достроим.

В. Алфимов:

- Владимир Вольфович, вы заговорили про Донбасс. Прямо сейчас в Донецке проходит форум «Русский Донбасс». И уже звучали призывы присоединить Донбасс к России. Ваше мнение по этому поводу? И почему сейчас это все началось? Что, новый виток какой-то, получается?

В. Жириновский:

- Как бы надо показать на западном направлении, что если будет слишком враждебное отношение к России, к русским, тем более с применением оружия, то мы будем присоединять эти территории. Вот Крым уже забыть надо. Вот Донбасс и Луганск. Потом можно продлить. Потому что не вся Донецкая область оказалась под контролем Донецка (или Луганская). Там 7,5 миллионов проживает и Крым – 2,5. У нас на 10 миллионов население увеличится от Украины. То есть они понимают. Будем потихонечку все откусывать от Украины. Венгры откусят Закарпатье, румыны откусят Буковину, поляки откусят Львов, Белоруссия что-то возьмет с севера Украины, мы возьмем что-то юго-восточное. И все, Украине конец. Останется полигон, чтобы в тревоге держать и Западную Европу, и Восточную Европу, и Россию, и торговать.

Поэтому этот форум приветствуем. И перспектива – конечно, нам придется присоединять. Они не хотят жить в составе Украины. Но постоянно держать под обстрелом население – это тоже сверхнегуманно. Если мы взяли Абхазию и Южную Осетию, то здесь-то нам сам бог велел, русский православный народ, издеваются над ним.

Валентин, у меня другой вопрос к вам. Я каждый раз объявляю, что повтор нашей передачи в субботу в 7 утра. Каждый раз вы выбрасываете мое объявление. Это что, у вас запрет какой-то, цензура?

В. Алфимов:

- Никакого запрета.

В. Жириновский:

- Каждый раз в 7 утра я слушаю - и нет этого объявления. Я хочу, чтобы нас больше людей услышали, чтобы они делали выводы.

В. Алфимов:

- Владимир Вольфович, давайте на этом с вами и закончим. Напоминаю нашим слушателям, что в субботу в 7 утра будет повтор. И в воскресенье в 17 часов по московскому времени.

В. Жириновский:

- Спасибо. До свидания.

В. Алфимов:

- Спасибо большое, Владимир Вольфович. Через неделю будем подводить итоги уже следующей недели.

В. Жириновский:

- Да.