Владимир Жириновский: Студентов давайте пошлем на сельхозработы, они с удовольствием поедут

Владимир Вольфович раскладывает по полочкам главные события уходящей недели.
Владимир Вольфович рассказывает, почему надо отмечать День святого Валентина, почему многие политики скрывают, что общались с Навальным, почему не надо приглашать мигрантов в Россию и когда надо отменять коронавирусные ограничения в стране

В. Алфимов:

- Здравствуйте! Я – Валентин Алфимов, рядом со мной Владимир Жириновский. Будем подводить итоги недели и прогнозировать, что будет дальше.

Здравствуйте, Владимир Вольфович!

В. Жириновский:

- Добрый день!

В. Алфимов:

- Разрешите, сделаем небольшой ход конем. И пойдем не по повестке серьезной и политической, а давайте начнем с хорошего и приятного. 14 февраля – это воскресенье день Святого Валентина. Как относитесь к этому дню? Наш он, не наш? Много разговоров, не наш, надо запретить, не праздновать и все такое.

В. Жириновский:

- Не надо нам вот такие границы – наш или не наш, западный, восточный, северный или южный. Это не связано с географией и с политической системой. Это красивое название – День всех влюбленных. Мы хотим, чтобы молодежь, потому что в среднем и в старшем возрасте трудно полюбить по-настоящему. Любовь – это нежность, это первый распустившийся цветок. А когда он завял, там можно подливать удобрения, что-то делать, но первые чувства запоминаются на всю жизнь. Надо об этом говорить, тем более, что он весной. Он не связан с какой-то системой. Ему больше десяти веков – этому празднику. Вы знаете историю праздника, когда император Клавдий воинам запретил жениться, они венчались тайно. И священник Валентин их венчал. И его за это и казнили. Легенда, как Ромео и Джульетта.

К сожалению, некоторые праздники идут с Запада, поскольку там человечество имело допинг для развития. Другой климат. Посмотрите в окно. Заметаем! Настоящая зима. Это хорошая русская зима, много снега. Но это холод. Где-то Оймякон – 73! Я думал, что там -40 или -50, а там рекорд -73! Кому скажи!

Влюбленность – это хорошо. Так устоялось, по всему миру его отмечают 14 февраля. Валентин, мы с вами в наши юные года сумели полюбить, а он сейчас не могут. Я спрашиваю их, ты влюбился? Говорит, пока нет. Власов почему до сих пор не женится? Не влюбился? Депутат, это хорошо, дело жизни. А когда они будут влюбляться? Это очень важно, мы должны их подтолкнуть, условия создать. Может, в этот день в школах помочь ребятам просто пообщаться.

В. Алфимов:

- В школах пишут «валентинки»! Открытки отправляют друг другу.

В. Жириновский:

- Это очень хорошо. Это должно быть для всех. Это может подтолкнуть ребят уделять время нежным чувствам. Просто взять за руку, пойти и погулять на каток, поговорить. Не обязательно компания, ресторан или дома у кого-то. Вот просто чистые отношения.

В. Алфимов:

- Мы с вами говорили про чистые отношения. Ваша идея, которая всколыхнула весь мир, все Telegram-каналы, СМИ о том, что ЛДПР предлагает легализовать публичные дома.

В. Жириновский:

- Да.

В. Алфимов:

- Смотрю итоги опроса – провела ЛДПР в соцсетях. По 60-70% говорят, что да, нужно. Неужели наше общество готово к этому?

В. Жириновский:

- Здесь этически, морально не всем это приятно. При царе это вообще называлось «дом терпимости». А в Турции это называется «общий дом». Я согласен, что это, может, не очень приятно осознавать, но давайте из двух зол выберем меньшее. Если большинство людей, которые ответили на вопрос, надо ли нам легализовать, то есть, открыть публичные дома, большинство, больше 70% хотят этого. И это не какая-нибудь грязь дела, связанные с падением нравов, это физиологическая потребность. Люди питаются три раза в день. Кто-то четыре. Но обязательно. Люди пьют воду, спят. А это та же физиологическая потребность. Почему мы так стыдливо от нее отмахиваемся? Да, люди найдут что-то такое. Там, где тем публичных домов, там уровень венерических заболеваний выше, ибо в публичных домах постоянно проходят медосмотр. Меньше издевательств над женщинами, поскольку там стоит полицейский при входе и «рамка». Это ведь не на Красной Площади ставить, на окраине жилых массивов, где-то там Чертаново, Бескудниково, Теплый Стан. Незаметный дом.

Это потребность. Мы специально у них спросили. Понимаете, у богатых всё есть. По телефону в любую точку планеты вам привезут любого цвета, возраста и так далее. А простому парню… Сегодня приходили брать на работу, спрашиваю: какая зарплата? Он говорит, 26 тысяч. Ну, как он заплатит 50 тысяч за контакт с какой-то женщиной? Он может дать тысячу рублей, тысячу пятьсот. Вот такую. А ребята хорошие, с огромным образованием. И с религией связаны. И не женаты. И что они должны делать?

В. Алфимов:

- Владимир Вольфович, напомню нашим слушателям, что это не просто инициатива ЛДПР. В прошлый раз, когда мы это обсуждали, эта история всплыла в контексте того, что молодежи надо выплескивать энергию, тогда они не будут на митинги ходить.

В. Жириновский:

- Второй вопрос, правильно! Второй аспект. У них перебор энергии. С 18 лет, даже раньше – с 16 до 25 у них это бьет сверх нормы. Организм вырос, апогей сексуального развития – 20 лет. В 20 лет парень на стенку готов лезть! Но как он может удовлетворить элементарную потребность?

Я Турцией занимался много. И там в одном маленьком городе демонстрация идет. Одни мужчины. Во главе женщина, оказалось, что мэр города. Журналисты ее спрашивают: как же вы, посмотрите на лозунги! Требуем открыть публичные дома! Она говорит, понимаете, когда у нас были публичные дома, мы их закрыли, два года их не было, резко возросли психические заболевания. И мы решили, руководство города, что лучше давайте снова откроем, и не будет не нужных психических заболеваний.

У нас тоже. Ну, куда ребятам пойти в 16,18, 20 лет? Если он пойдет, когда надо и хоть раз в месяц свою энергию сбросит, которая через край, он будет более спокойный. И реже будет появляться в местах, где проходят неразрешенные мероприятия.

В. Алфимов:

- По вашей логике смею предположить, что депутат Саратовской облдумы Николай Бондаренко, если бы были такие дома, то не пошел бы на митинг за Навального.

В. Жириновский:

- Естественно! Я уверен. Он, по-моему, не женат. Власов сейчас посмотрит.

Я много раз наблюдал за теми, кто ходит на митинги. Там редко бывают женатые ребята или замужние женщины. Это холостяки или разведенные, какие-то заболевания длительные, отражающиеся на здоровье, вышедшие из мест лишения свободы, уволенные. То есть, у человека нет радости в жизни никакой. Мы не можем его трудоустроить, дать квартиру, дать деньги. Но если будет отдушина в виде легальных таких домой свиданий, даже можно назвать, по-русски «публичный дом» не очень хорошо звучит, «дом терпимости» тоже. А вот дом свиданий! И все. И тогда, я вас уверяю, такие, как Бондаренко и другие, они будут меньше участвовать. Они будут менее злые. Надо эту злость убрать, злость природная, когда половое созревание идет с опережением социального поведения. Ну, что ему делать, когда он, как говорится, должен иметь половой акт хотя бы раз в месяц, хотя бы раз в квартал. Но у него этого нет. И у него душа в смятении, тело негодует. И он идет на такие мероприятия. Берет там камни, кидает, ему нужно как-то себя, вырвать огонь этой плоти. Это, конечно, имеет значение.

Александр Македонский, его армия была непобедимая. Как только он разрешил брать дань, богатство, жениться, женщины, вино, армия погибла. Все! Вся энергия ушла на молодых девушек, которых они брали как рабынь или богатства, вино пили.

Так и здесь. Если мы хотим молодежь оторвать от улицы, это не только на мероприятия, которые запрещены, чреваты арестами или уголовные дела, но это и хулиганство.

В. Алфимов:

- И в целом то, что не желательное может быть на улице!

Владимир Вольфович, смотрю подборку. Многие политики и депутаты, которые сейчас имеют достаточно серьезный вес, в свое время общались с Алексеем Навальным. В 2019 году он агитировал за КПРФ на выборах в Мосгордуму. И ряд депутатов его открыто поддерживали. Тот же Валерий Рашкин в 2017 году во время отчета правительства, задавал Медведеву вопрос от Навального о фильме «Он вам не Димон». В 2012 году депутат Шергунов вместе с Захаром Прилепиным, у которого сейчас своя партия, тоже вели переговоры с Навальным о сотрудничестве.

Естественно, когда мы об этом говорим: вот Прилепин хотел сотрудничать с Навальным! Это же клеймо! Но в 2012 году совершенно другая риторика у Навального была.

В. Жириновский:

- Может, она была немного другая, но его митинги на Сахарова уже его изобличали, как желающего занять самое высокое место в протестных командах нашей страны. И в перспективе повторить «оранжевую революцию», которая еще не случилась в Киеве – это будет 2014 год. Но был уже в Киеве первый майдан. И он уже был завербован в Америке! Он уже выполнял заказы. Я же помню его митинги на Сахарова: мы здесь власть!

В. Алфимов:

- Еще он кричал : хватит кормить Кавказ! Это тоже его лозунг.

В. Жириновский:

- Всё там он. Он там уже опробовал всю серию лозунгов. Ведь туда Кудрин приходил, понимаете? И коммунисты приходили, и от Миронова. Туда многие шли. Многие уже считали, что это вот-вот – новая демократическая революция, новый Гайдар, Чубайс, ПСП, «Яблоко». Навальный это все олицетворяет. Это вот надо понимать. И приходило ведь много туда людей. И марши, которые он организовывал в Марьино в себя, где он жил первое время, небольшая квартира. Сейчас он снимает огромную квартиру, по-моему, 170 тысяч аренда. Пятикомнатная квартира и так далее. Разбогател. Запад подкармливает. Но вы видите смысл-то? Эти прилепины, шингаревы…

В. Алфимов:

- Шаргунов.

В. Жириновский:

- Шаргунов – писатель. Но он во фракции КПРФ. Они все общались. А депутаты Мосгордумы? Елена Шувалова, Евгений Ступин. И сам Рашкин на всех выборах Рашкин по Москве, может, и в других регионах давал им квоту на наблюдателей, потому что власть не хотела, чтобы были наблюдатели от Навального. Он им давал. Удостоверения по линии КПРФ, но они вписывали свои фамилии. И стояли на любых участках. Это давно сотрудничество, это сотрудничество мятежников! Людей, которые хотят смуты, которые хотят, чтобы у нас были баррикады, красное знамя, раненые и так далее. Это как среди зверей. Есть зверь-хищник, а есть просто травоядное. Вот буйвол травоядный, а тигр мясоед. Тигр опасен, а буйвол или еще какие-то…

В. Алфимов:

- Но сейчас-то от КПРФ такого ничего не замечено! Не раскачивают лодку, адекватную риторику ведет, не призывают на митинги людей выходить. По крайней мере, на не законные.

В. Жириновский:

- Но угрозы. Постоянные угрозы от Зюганова! Вот Бондаренко задержали в Саратове за участие в незаконном митинге, штраф, по-моему, выписали, так Зюганов здесь в Думе подход к прессе - так жестко сделал заявление! «Мы не допустим! Мы партию выведем на улицы!». То же самое за Платошкина, за Бессонова, за Грудинина. Он постоянно Кремлю угрожает. По мне прошелся, что меня слишком часто по телевизору показывают. И я слишком часто критикую большевиков и советский период.

Мы знаем, что было много хорошего, но мы хотим, чтобы была объективность. И при царе было что-то хорошее, при советской власти. Но сейчас партия тише себя ведет, я согласен, но лет десять назад я жестко выступил. И спускаюсь вниз, иду к своему ряду. И мимо коммунистов прохожу, говорю, ну, чего, дать вам автоматы, стрелять будете? Они говорят, да! У них сидят люди, да, говорят, мы вас всех перестреляем !

В. Алфимов:

- Ну, ладно вам, Владимир Вольфович! Эмоциональное заявление было.

В. Жириновский:

- Никто же его не просил так говорить! Я чего, его на дуэль вызывал? Я не Зюганова имею в виду, а кто-то из них, из коммунистов: «да, мы вас всех перестреляем!». У них заложена страсть к революции.

Помните, в том же Саратове, этому городу не везет, Мальцев был такой. Он планировал революцию на 7 ноября 2017 года. И передача называлась у него «Артподготовка». По радио, имел эфир и вещал! Я с ним поспорил, говорит – 30 тысяч, все, революция! Какая революция? Давай спорим! Говорит, 7 ноября у нас начнется революция. Но он понял, что его арестуют и сбежал. Мне не нужны от него 30 тысяч, он проиграл, но это во такая категория людей.

В. Алфимов:

- Но в то же время Навальный и другие либералы, они сотрудничают с Западом, который, конечно, очень хочет, чтобы у нас прошла революция. Те же КПРФ этого не делают. Хотя могли бы! Тому же Зюганову пойти в американское посольство, получить методичку и по ней работать.

В. Жириновский:

- Вот, Валентин, я вас и поймал! Зюганов каждый раз идет в американское посольство, если посол приглашает. Меня ни разу ни один посол не приглашал, а его каждый раз перед выборами приглашает американский посол.

В. Алфимов:

- Ладно вам! Меня тоже приглашал американский посол на какой-то вечер. И я туда ходил. Но не будете же вы меня упрекать в том, что я пытаюсь развалить страну?

В. Жириновский:

- Валентин, разные вещи. Каждое посольство устраивает прием. Национальный праздник, какая-то годовщина, связанная с культурой – ради бога. А когда посол один на один приглашает лидера оппозиционной партии с просьбой рассказать, какая обстановка в стране накануне выборов, это другое дело. Представляете, наш посол Антонов позвал бы кого-то из какой-то организации в Америке! Наши послы ничего не делают, и то нас, послов, обвиняют, что они вмешивались в выборные дела в Америке.

Последние послы уже не приглашают. Если встречи и проходят, то тайно. Но лет пять назад прямо сообщалось, и он подтверждал, что да, Зюганова пригласил посол, фамилию не помню. Они в этом плане свою роль играют, что они борются с режимом не ради благополучия народа, а ради благополучия торжества их идей. Это, к сожалению, немного остается у них. Вы прекрасно знаете, что делали большевики, КПСС да и КПРФ. Вот они в честь столетия со дня рождения Октябрьской революции, они же собрали коммунистов со всего мира! Несколько тысяч. Сняли Кремлевский дворец. Для чего они их собрали? Вот они как бы пытаются снова…

В. Алфимов:

- Ну, ладно, у них праздник свой профессиональный коммунистический.

Владимир Вольфович, на этой неделе заявление из Министерства сельского хозяйства очень сильно удивило. Замминистра сельского хозяйства Джамбулат Хатуов предложил открыть границу для мигрантов, говорит, некому овощи собирать. Открыть границу, чтобы приехали, работали в полях. Как считаете? Цифры разные называются, где-то даже полмиллиона говорили, что надо сюда ввести.

В. Жириновский:

- Это опасно. Если надо, давайте снова студентов бросим. Армию. Просто люди приедут, которые временно без работы. У нас 5 миллионов официально зарегистрировано безработных. Но если приедут мигранты, во-первых, привезут болезни. Вот сейчас мы Танзанию открыли для туристов, а там никого не прививают. И там огромное количество тропических болезней. И что будет? У нас снова будет вспышка заболеваний.

Полмиллиона, представляете? Из Средней Азии. Там свои болезни. Это опасно. И в этом смысле там может начаться переворот в Средней Азии и начнется какая-то гражданская война, там проблема воды. Там все высыхает, начнется гражданская война, они вообще от нас не уедут. И будут требовать жилье, улучшение материального положения.

Пятьсот тысяч, понимаете? Кто приедет к нам? Молодые мужчины. Если бы они ехали с семьями, здесь бы укоренялись, путь живут в пустых деревнях. А это приезжает молодежь, ибо в мусульманских странах 70% населения молодежь до 25 лет, а кое-где до 18 лет. Самая горячая молодежь. И у нас увеличится количество нападений, изнасилований, ограблений. И распространение болезней.

Не нужно этого делать! В этом смысле пандемия нам помогает, все уехали по домам и пусть там приспособятся.

Другое дело, мы можем им дать заказ, у них много овцеводства, коневодства, фрукты, бахчевые, шерсть, хлопок. Мы у них все купим, вперед заплатим! Пусть только там сидят!

И еще одна вещь. Я разговаривал с товарищами, кто у нас борется с наркотиками. Говорят, нам тяжело с ними бороться!

Владимир Вольфович, кому работать, разобрались. Вы начали говорить, что наши силовики жалуются, что сложно контролировать мигрантов, причем, это все, что касается наркотиков.

В. Жириновский:

- Воспользуюсь случаем и напомню, что у нас повтор в субботу в 7 утра и в воскресенье в 5 вечера. Я почему об этом говорю? Мы с вами поднимаем очень важные темы, и мы даем обоснования, которые не всегда могут другие дать. Я сам из Средней Азии, и проблемы молодежи меня волнуют, и все политические интриги, я через них прошел.

Так вот, по наркотикам. Силовики считают, что каждый мигрант может провезти в кармане допустимую дозу – 2-3 грамма, как бы для себя. Но умножьте это на 500 тысяч человек. Если каждый завезет к нам в страну, это уже будут сотни килограммов, тонны. Он в течение года ездит домой, к нему родственники приезжают. Представляете, какой потом будет нелегального наркотрафика? Одного человека трудно прищучить, потому что у него в кармане доза личного потребления, которая законом разрешена. Что мы будем делать? Это очень опасно, нельзя. Впереди очень сложные времена. Эта пандемия не последняя. Мы единственная в мире страна, которая может хорошо встретить и следующую пандемию, где число зараженных в мире будет еще больше. А с наркотиками нам что делать? Мы и так на границе с ними. Никто с ними не граничит, кроме нас. Афганистан, Киргизия, Таджикистан, Узбекистан, Казахстан. 7 тысяч километров открытой границы с Россией. Нет такого государства в мире, где была бы такая открытая граница. В Америке стену строят. Не против наркотиков, а против мигрантов. Что, американцы - дураки? Она же уже почти достроена. Вся Южная Европа опутана колючей проволокой – Сербия, Венгрия и другие, чтобы остановить потоки мигрантов.

У нас их нет сейчас. Но находятся чудаки, которые говорят: а давайте пригласим. Это что такое вообще? Это недопустимо ни в коем случае. Нам повезло, что они уехали из-за пандемии. Поэтому надо использовать нашу рабочую силу. Пожалуйста, позовите с Украины. Там сотни тысяч безработных. Они у нас заработают больше, чем в Польше на клубнике, или в других западных странах. То есть рабочая сила есть. Надо приглашать близкую по духу нам, по культуре, по языку и более безопасную. Из Средней Азии нельзя этого делать, ибо там впереди очень сложные отношения. Тем более что Афганистан, там постоянно будет гражданская война, даже если американцы уйдут, натовские войска уйдут, там междоусобица будет всегда. А там, где стреляют, там и наркотики. Они уже 100 лет воюют и дальше будут воевать, они никогда не успокоятся. Поэтому ради безопасности наших граждан стараться не приглашать.

Другое дело, кто-то приехал, работает уже. Хорошо, не будем их выгонять. Но зачем подавать такие идеи: давайте приглашать? Кто дал право этому человеку так говорить? Это должно решать Министерство внутренних дел, Федеральная служба безопасности. А то сельское хозяйство вы будете усиливать, а потом мы с вами получим Кавказ времен Шамиля Басаева на огромном пространстве. И потом как их убирать, как блокировать их деятельность? Ведь каждый день вскрывают скрытые ячейки, находят мастерские по изготовлению оружия. Вот вчера арестовали тех, кто воевал у нас еще в 99-м году, второй поход в Дагестан, из банды Шамиля Басаева. 22 года мы их ловили. И вы хотите нам устроить в масштабах большой России подобные вещи? Там ведь тоже могут оказаться бывшие члены бандформирований, которые в Сирии воевали. Там могут быть перебежчики из Афганистана. Ибо наша Средняя Азия – это часть Афганистана. На севере Афганистана узбеки живут, таджики, туркмены, хазарейцы. Они же приедут сюда работать. Как определить, где узбек узбекский, а где узбек из Афганистана? Это недопустимо. Мы так сделаем, что нам надо будет ФСБ в 10 раз увеличивать, и мы часть бюджета будем бросать, чтобы нейтрализовать бандформирования, которые будут в каждом городе, поезда будут пускать под откос.

Этот товарищ тоже будет помогать спасать мирную жизнь наших граждан? Студентов давайте пошлем на сельхозработы, они с удовольствием поедут. У нас их 7 миллионов. Армия у нас иногда имеет свободное время. Давайте платить им. Вы же платите рабочим-мигрантам. Давайте заплатим солдатам и студентам. И у вас будет перебор. Это работа сезонная – уборка овощей. Месяц-два – и всё. Но они же вернутся в казармы и студенческие общежития. Мы же не приглашали в советское время никаких мигрантов. Вот осенью в Узбекистане уборка хлопка. Вся страна ехала. Не хватало пассажирских поездов, товарными поездами ехали в Узбекистан и каждую коробочку хлопка собирали вручную, потому что комбайн все это сделать не может. Обходились без мигрантов. И все овощи и фрукты собирали. Наша молодежь с удовольствием поедет на сезонные работы, и эти деньги останутся у нас. А так миллиарды уходят каждый год туда, в их семьи. То есть мы в убыток себе приглашаем мигрантов. Есть, кому их заменить. Но деньги, которые мы заплатим нашим рабочим, останутся у нас. Поэтому никого приглашать не надо.

В. Алфимов:

- А для этого надо восстановить стройотряды.

В. Жириновский:

- Ребята хотят. Там они знакомятся, приобретают рабочие специальности. И будут оторваны от каких-то митингов. Они с удовольствием займутся физической работой. Они заработают, квартиры себе купят, одежду купят, познакомятся, переженятся и почувствуют трудовую закалку, возможно, станут прорабами на стройке, агрономами станут. У нас полно сельскохозяйственных вузов, из которых студенты, как на практику, с удовольствием поедут. Я готов поехать. Я люблю бахчевые – арбузы, дыни. Дайте мне поехать, я сяду на эту бахчу и буду есть спелый арбуз.

В. Алфимов:

- Владимир Вольфович, есть еще одна важная тема, которую хочется обсудить с вами. Это коронавирус. В Чечне и Удмуртии отменили обязательный масочный режим. Как считаете, правильно сделали или нет? Может быть, стоит последовать этому примеру всем другим нашим регионам?

В. Жириновский:

- Попробуйте потихонечку отменять режим. Но если начнется вспышка после отмены масочного и перчаточного режима… Вот у меня все время маска на столе. Сейчас я выйду из кабинета, я ее надену, я перчатки надену. И вся грязь на ручках, перилах, пультах останется. Вечером помоем в горячей воде, утюгом прогладим. А маску заменю.

Надо на практике смотреть. Если в тех регионах, где отменят масочный и перчаточный режим, не будет роста заболевания, хорошо, давайте дальше отменять. Но если начнется вспышка, давайте снова вводить. Как в Европе – то снимают ограничения, то вводят, то комендантский час, то отменяют, то разрешают ночные бары, то снова сокращают. Есть регионы, где слабая проходимость людей. Где какие-то национальные регионы, где очень мало людей, мало контактов, там, может быть, это легче делать. На Чукотке, может быть, и не вводили масочный режим. Возьмите чукчей. Какой там масочный режим, когда от чума до чума – километр. Кто там будет контактировать? И в магазин они не ходят, у них свои продукты. То есть там, где мало контактов между людьми, нет стадионов, театров и так далее, это вполне можно делать.

Идеальный вариант – чтобы потихонечку снять все ограничения. Но я думаю, что все-таки лучше сохранять, как говорится, до полной победы. Ибо зараза может притаиться и снова вспыхнет.

В. Алфимов:

- Песков сказал, что «август встретить должны с открытым забралом».

В. Жириновский:

- Ради бога. Все будем рады. Это конец лета, начало учебного года, торжественные линейки, молодежь вся идет на очное обучение – и школы, и студенты. Будем только рады этому. Но пусть это решают врачи. Санитарные врачи – это главный чиновник в нашей стране до тех пор, пока мы не победим эту пандемию или просто отдельные очаги эпидемии гриппа. Все решать должен санитарный врач области, края, республики и всей нашей страны.

В. Алфимов:

- Владимир Вольфович, тут Сергей Лавров заявил, что Россия готова разорвать отношения с Евросоюзом, если Европа введет очередные санкции. Как на это реагировать? Всё, железный занавес, до свидания?

В. Жириновский:

- Нет. Они в нас очень заинтересованы. Я много раз ездил в Страсбург. Там не Евросоюз, там Парламентская Ассамблея Совета Европы. В принципе это те же депутаты, что и в Европарламенте, что в Совете Европы. Я много раз им говорил. Они все время на нас клевещут, оскорбляют, унижают. И последний раз там этот мерзавец Гончаренко из украинской делегации опять поливал грязью нас и все руководство страны. Давайте выйдем из Совета Европы. Они же боятся, они нас держат там, потому что десятки миллионов евро в год мы им платим. Ради денег они готовы. Плюс моральный аспект. Если нас не будет в Совете Европы, тогда им нечего обсуждать. У них вся повестка дня связана с Россией – или Навальный, или газопровод «Северный поток-2», или еще какие-то темы.

И то же самое – Евросоюз. У них Европарламент, у них свое правительство. То есть без нас им будет тяжело. Это огромная европейская страна, у нас 10 Европ уместится. Поэтому разрыв отношений с нами – это не железный занавес наш от них, это они устанавливают железный занавес. Но нельзя же так, каждый день и час они нас поливают грязью.

В. Алфимов:

- В конце концов, нам это может просто надоесть.

В. Жириновский:

- Конечно. Я вас уверяю, они пойдут на попятную. Ибо им страшно оставаться один на один с Америкой или с Китаем. Африка. Что они будут делать, если еще 10 миллионов приедет из Африки? Поэтому они в нас заинтересованы. Мы спасли Европу от Наполеона, от Гитлера, спасли от коммунистических революций. Это мы освободили, это мы разрешили разрушить Берлинскую стену и распустить коммунистические партии. Это мы дали им свободу много-много раз. Поэтому это правильная жесткая линия. Мы полностью поддержим Лаврова и наше Министерство иностранных дел. Пора стукнуть кулаком по столу. Надо жестко разговаривать. Наше постоянное представительство в ООН (США, Нью-Йорк), Сафронков, есть такой дипломат. Вот такой человек должен выступать. Когда он сказал британцу: «Смотри на меня!» Совет Безопасности идет, а британец уткнулся, бумаги читает. Русская речь прозвучала: на меня смотри! Вы будете продолжать лгать на нас? Мы вам это не позволим. Мы вам не школьники, а они – не завуч во всемирной школе, где есть директор – американский президент, завуч есть – Европейский Совет. А мы, как будто какой-то класс, где сидят нарушители спокойствия.

Мы им дали свободу, мы им помогали. Мы им экспортируем не только газ, нефть, лес, а сколько еще ценных металлов. Без наших металлов их самолеты не взлетят. Огромное количество техники они тоже от нас получают. Поэтому здесь взаимная заинтересованность. Мы готовы, давайте, убираем визы, безвиз для всех. Давайте вместе преступников ловить, террор, наркотики. Мы же идем навстречу.

В. Алфимов:

- Кстати, про «идем навстречу». Про Лукашенко хочется поговорить. У них было Всебелорусское национальное собрание, и он интересную такую речь толкнул: «Я строил эту страну, как мог, и никому на поругание не отдам». Помните, как это было: Беларусь родная, а родную не сдают. Как оцените?

В. Жириновский:

- Он – продукт, его нельзя ни в чем обвинять. Он в чистом виде продукт советской системы. Вот так себя вели Генеральные секретари. Он другого не видел, он другого не знает. Он знает, что у нас должно быть единовластие, что решил Генеральный секретарь, то и будет. Поэтому, конечно, он понимает уже, что от него устала молодежь Белоруссии. Посмотрите на лица сидевших в зале. Да сумрачные лица. При Брежневе сидели более вдохновленные, с улыбкой, был какой-то восторг у людей. А здесь – самый худший вариант. А это же самые чиновники отпетые, все на его зарплате сидят, звания, квартиры, всё он им дал. И он надоел, люди устали от этого лица, от этих манер. Конечно, в конечном итоге он уйдет. В крайнем случае, переедет на постоянное место жительства в Россию.

Когда его избрали президентом в 94-м году, меня спрашивали журналисты: «Вы за кого, Владимир Вольфович?» Он мне сразу не понравился. Я говорю: «Я за Кебича». Он был тоже кандидат в президенты, бывший председатель правительства Белоруссии (ну, типа Черномырдина). Из двух зол я выбирал меньшее. Меньшее – Черномырдин в лице Кебича.

Он мне не нравился. Он полуельцин, полунавальный, полугайдар, немножко радикал. Многовекторность внешней политики – это что такое? Ты холуем Запада хочешь стать? Живешь за наши деньги, но политика будет многовекторная. Столовая будет в Москве, а гостиная будет в Европе. Там балы задает Лукашенко, танцует с кем угодно, а питание все Москва обеспечит. Так нельзя. Мы не против многовекторности, но с какой стати? Там лозунг был какой? Единство, развитие и независимость. Развитие – согласен. А независимость от кого? Александр Григорьевич, от кого у тебя независимость? Ты же к Всебелорусскому собранию обращаешься. Россия – родной брат, корми нас, а мы – младший брат. Так нельзя.

В. Алфимов:

- Но в то же время 70% белорусов сказали, что они за интеграцию с Россией.

В. Жириновский:

- Они все за интеграцию с Россией. Просто когда мы поддерживаем Лукашенко, то остальные 30 не хотят за нас голосовать и с нами быть вместе, потому что мы этого Лукашенко задерживаем у власти. Мы в нашей Конституции ввели уже – 2 срока и всё, никакого третьего. Вот он 26 лет у власти. 10 лет прошло – уже другой был бы. То есть надо это сделать везде, повсеместно, 2 срока – и надо уходить. Я имею в виду, исполнительная власть. В оппозиции сидите хоть 100 лет, но президент, губернатор и министры – должно быть 2 срока, 10 лет (если у нас 6 лет, то 12). Он на это пойдет, но со скрипом, и будет терять часть молодежи. И это опасно. Люди не хотят, чтобы один и тот же человек управлял. Ладно, если был бы успех. Почему молодежь выходит на улицы? Они не за Навального, они хотят чего-то новое. Им нужен кумир. В свое время они меня считали кумиром, но потом меня заклевали, затоптали, и у них нет никого. То есть им нужно с кого-то брать пример – лучший футболист, лучший музыкант, лучший депутат. Лукашенко не является кумиром сегодня. Столько лет быть у власти – он уже вызывает ненависть у части белорусского общества.

В. Алфимов:

- Теперь будем смотреть, как будут развиваться события, и через неделю встретимся на этом же самом месте.

В. Жириновский:

- Да. До свидания.