Кашин: «Мишустин рассказал про свои миллиарды и открыл новую эру искренности в русской политике»

Олег Кашин
Роман Голованов и Олег Кашин обсуждают, для чего премьер-министр России вступает в полемику с Алексеем Навальным.

Скачать передачу [mp3, 43.1 МБ]

Мы предлагаем полный текст радиопередачи.


ТАКОЕ МОГ ПРИДУМАТЬ ПЕЛЕВИН

Голованов:

- Олег, на РБК выходит откровенная статья бывшей коллеги Михаила Мишустина. Она откровенно рассказывает, как он в бизнесе заработал свои деньги. Это такая ответка на расследование Навального про «тайные миллиарды премьера». Теперь мы понимаем, что все состояние Мишустин заработал ещё до госслужбы.

Кашин:

- Но я, как читатель, конечно, обратил внимание, что, наверное, помогал писать Виктор Пелевин. Эти обороты: Мишустин давно знаком с Биллом Гейтсом, Стивом Джобсом и с некоторыми из них дружит. Это, конечно, явный крючок, на который надо цеплять вирусную аудиторию в интернете, чтобы она удивлялась и думала – о’кей, хорошо, он знаком со Стивом Джобсом – как это конвертируется в деньги? Обсуждала это и придавала вес этой публикации. Но интересно даже вы начали наш разговор: Алексей Навальный – то, Михаил Мишустин – это.

У Навального про Мишустина расследование не первое в карьере . До этого было про Медведева, были истории про уже бывшего генпрокурора Чайку. Никто ему до сих пор не отвечал. А если и отвечали, то, как Золотов – «я сделаю из тебя котлету», как Усманов – «тьфу на вас», или как Медведев – «компот». То есть, стандарт ответа на расследования Навального выработан уже довольно давно. И только Мишустин, нарушая все сложившиеся нормы и правила, отвечает уже второй раз. Поскольку это вторая публикация Навального и второй ответ Мишустина. Он отвечает по существу. Объясняет, наверняка что-то преувеличивая, что-то умалчивая, но, естественно, за этими ответами стоит сам премьер и эти ответы максимально беспрецедентно содержательные по сравнению со всем другим, что было раньше с расследованиями Навального.

Зачем это нужно Мишустину - политологическая загадка. То есть, человек действительно заботится о том, чтобы в глазах и Навального, и его аудитории быть убедительным, быть честным – такого не было раньше никогда. Медведеву при всем уважении было плевать на то, что о нем думает Навальный или навальнисты. Не знаю, может, в глубине души Медведев переживал, но публично он вел себя так, как будто это не имеет к нему отношения – собака лает, караван идет. Здесь собака лает, караван останавливается и докладывает собаке, что так и так, я скопил деньги, работая в этой компании Бориса Федорова.

Я еще после первого ответа Мишустина через «Коммерсант», когда журналист Бутрин написал, что да, Мишустин разбогател давно. Писал, что да, это такое глубинное государство наше. Поскольку в конце 80-х, когда советский народ искал какой-то дефицит – туалетную бумагу и колбасу – или стоял в очереди в Макдональдс, какой-то молодой человек из околокомпьютерной среды договаривался с Ай-Би-Эм, Эппл, Моторолой о поставках в те годы в Советский Союз компьютеров, создавал этот компьютерный клуб.

Но зачем он полемизирует с Навальным - загадка. Может, это действительно признак того, что нам готовят преемника и им будет этот новый премьер?

КОМПОТ БОЛЬШЕ НЕ РАБОТАЕТ

Голованов:

- Нет, это, может быть, новая эра такая в нашей русской политике?

Кашин:

- Новая искренность, да? Когда человек должен доказать, что он не коррупционер. Но при этом в 2020 году доказывать такие вещи – а зачем? Мы обсуждали – ведь консенсус сложился такой. Против того, чтобы чиновники были, по умолчанию, очень богатыми людьми, никто не возражает.

Голованов:

- Смотрите, есть две пиар-модели. Одна – ты реагируешь на каждое событие, как пожарная машина… Вторая - ты можешь не реагировать, выдать такой легкий «компот» и оставить его. Эта модель «компота» показала, что она не эффективна. Именно вот эта история недосказанности, необъясненности - когда у людей остаются вопросы - она и начала всех топить. И топит чиновников дальше. Когда они молчат про расследования, а у людей возникают вопросы. Когда любой Олег Кашин может выйти в эфир и закричать про каждых хлопок – это был теракт! А какой-нибудь пресс-службист чешит свою репу и боится, настучит ему начальник по шапке за неосторожное слово или нет… А вокруг творится хаос. Может, в этом как раз проблема?

Кашин:

- Между прочим, да. Вот расследование Навального, второе, про Мишустина было неделю назад или раньше. Да, по нашим меркам, это нормальная скорость. Через неделю гигантский текст в РКБ.

Представьте, если бы на месте Мишустина был президент Трамп, сколько бы секунд ему понадобилось, чтобы в ответ на расследование Навального написать в Твиттере большими буквами – фейкньюс… Или другое слово на буковку «ф» - Трамп в этом большой мастер. Но мы не знаем до сих пор, кто у Мишустина вместо Пескова, кто его спикер, кто его пиарщик. Мы видим вначале газету «Коммерсант», потом газету «РБК»… И, если Мишустин хочет завоевывать доверие той аудитории, которая читает Навального, наверное, ему нужно заводить соцсети и доказывать, что он сам в них присутствует, буквально, как Трамп. Пока к этому идет.

Думаю, что завтра мы увидим его, может быть, в Инстаграме, где он будет фотографировать, как когда-то Медведев, какие-нибудь свои лыжные прогулки. Но главный вопрос – зачем это? Ведь аудитория Навального, поскольку Навальный в этой сфере политики уже много лет, выработались и привычки, и стандарты, и очень лояльная аудитория. И, если Навальный пишет: Мишустин – вор, люди не вчитываясь даже в цифры, будут говорить – да, конечно, вор. И никакие ответы от компании инвестиционной мишустинской не помогут и не повлияют. Это тоже такая данность нашего бытия современного, медийного, состоящая в том, что прав у людей много, все верят в то, что хотят, и в общем, тем и живут и до сих пор это не приводило ни к каким большим катаклизмам.

НАВАЛЬНЫЙ НЕНАВИДИТ ЖУРНАЛИСТОВ

Голованов:

- Смотрите, я открываю Телеграм канал Навального – «Сегодня в СМИ веселый холуй-парад. Пока эффективность технократа Мишустина проявляется лишь в том, что он безжалостно заставляет журналистов с ипотекой потерять остатки достоинства. Но это все не работает». Скажите, вот после этого на что вообще рассчитывает Навальный. Кто его будет поддерживать?

Кашин:

- Ну, Роман, здесь я с вами полностью согласен. При этом есть опять же нюансы, есть оговорки. Да, здесь «РБК» очень хитро поступила. Она не стала от своего имени писать под видом журналистской работы эту статью, она тупо зафигачила пресс-релиз, гигантский, длинный, который в стандартах классической деловой журналистики должен был стать просто эпизодом большого газетного расследования по Мишустину. Здесь просто опубликован пресс-релиз, как когда-то в «Комсомольской правде», советской, публиковались материалы пленумов ЦК КПСС.

Голованов:

- Тут важно еще сказать, от кого все эти слова идут. Про работу Мишустина рассказывает управляющий партнер компании Полина Герасименко.

Кашин:

- Да, компании, в которой Мишустин был партнером, в которой Мишустин был в небольших промежутках между своей госслужбой человеком, занимающимся бизнесом. Но вот к вопросу об отношениях Навального и прессы. Да, вы правы, любая пресса, которая чуть-чуть не в ногу с Навальным шагает, для него немедленно его враг, для него немедленно холуи. При этом, поскольку уже все понимают, что Навальный настолько предвзят к прессе, вот этим нашим пониманием его предвзятости уже действительно пользуются и холуи, и заказушники, которые говорят – ну, как же, Навальный прессу ненавидит вообще, он ненавидит «Ведомости», ненавидит «РБК», ненавидит «Коммерсант»…

Голованов:

- Стоп! И ненавидит «Комсомольскую правду»! И отдельных журналистов оттуда.

Кашин:

- Навальный ненавидит журналистов вообще. Он на «Дождь» отказывается ходить…

Вопрос – каким будет Мишустин в политике? Будет ли он говорить, что выборы в Госдуму должны проходить по одномандатным округам, или он будет говорить – крутим газовую заслонку, стрясем с украинцев деньги за газ? Я думаю, что и по этому поводу нет пока окончательного решения и эти все попытки выстроить свой образ в публичном поле, которое мы наблюдаем на примере полемики Мишустина с Навальным, это нащупывание образа премьера.

Post persons