Жириновский: В Европе насильно сажали самолеты, не имея на это права. Поэтому не им учить белорусов, как вести себя

Владимир Вольфович раскладывает по полочкам главные события уходящей недели.
Владимир Вольфович раскладывает по полочкам главные события уходящей недели

В. Ворсобин:

- У микрофона Владимир Ворсобин. Владимир Вольфович, сразу хочу поинтересоваться вашими думскими делами. Разъясните мне одну загадку. Депутаты фракции КПРФ намерены обратиться в Конституционный суд с просьбой проверить на соответствие конституции принятый закон, запрещающий участие в выборах всем причастным к работе экстремистских организаций. Это достаточно мерзкий закон. Вы его тоже не поддерживаете. Всех можно отстранить от выборов. Благо, что суды у нас послушные. Владимир Вольфович, и вы рискуете, если что. Есть такая теоретическая возможность.

Владимир Вольфович вы в прошлой передаче сказали, что не поддержали закон. Но при этом фракция ЛДПР не проголосовала против. Вы воздержались.

В.Жириновский:

- Вы про экстремизм? Я сделаю замечание депутату Власову, он первый зам. руководителя фракции. Пригласите его и против шерсти погладьте. Я сказал: или – за, или – четко против. Когда воздержались – непонятно, мы за или против. Только одна позиция. Мы против этого закона.

В. Ворсобин:

- А Власов другую команду дал?

В. Жириновский:

- Меня в зале не было, он командует. Он почему-то решил, что можно просто не голосовать. Мы часто воздерживаемся – жалко электроэнергию, жалко эти кнопки. Если мы воздержались – мы против. Но я говорю, что лучше голосовать всегда против.

В. Ворсобин:

- Владимир Вольфович, такая история. Коммунисты собирают 90 голосов в Госдуме для того, чтобы по закону обратиться в Конституционный суд. Кроме вас, воздержалась еще «Справедливая Россия». Вы дадите голоса своей партии?

В. Жириновский:

- Обязательно дадим. Но мы должны встретиться. Я, Зюганов, Миронов. У меня, у Зюганова, у Миронова обговорить. Это же обращение в высший суд – Конституционный суд страны. На предмет рассмотрения, соответствует ли конституции принятый Госдумой закон. Это значит, выразить недоверие Госдуме, в которой мы уже находимся семь созывов. Это очень важный вопрос. Это как импичмент президенту. Поэтому обязательно встретимся и дадим свои голоса, чтобы обратиться в Конституционный суд.

В. Ворсобин:

- Отлично, наш эфир – как доказательство того, что у вас серьезные намерения.

В. Жириновский:

- Владимир, но чтобы обязательно мы встретились. Так вот заочно нельзя. Это важнейший шаг политической партии – обращение в Конституционный суд. Чтобы мы договорились, поставим подписи обязательно. Тему закрыли.

В. Ворсобин:

- Президент Белоруссии прилетел в Сочи для переговоров с Владимиром Путиным. Одни его называют выжившим из ума тираном. Другие считают, что он – олицетворение желаний российского общества, которое соскучилось по такому стилю. Как вы сами относитесь к Лукашенко?

В. Жириновский:

- Мы очень часто занимаем позицию - из двух зол выбирать меньшее. Прежде чем Белоруссия, Сирия – 50 лет у власти семья. Отец и сын Асады. Но если уйдет Асад, а он уже двадцать лет у власти, то придут такие, как в Киеве. От Сирии ничего не останется, нас выгонят, мы получим враждебное государство на Ближнем Востоке. А это единственная для нас дружественная страна. То же самое – Белоруссия. Устали белорусы от Лукашенко. Даже если было хорошо все, но они устали, нужна сменяемость власти. 27 лет у власти он. Если он уйдет, будет второй Киев, второй майдан, перестрелка, гражданская война. Потому что многие его силовики и чиновники понимают, что новая власть их всех будет отдавать под суд, преследовать, люстрация. Как это было в Киеве.

Поэтому мы вынуждены тоже выступать за то, чтобы сменяемость власти в Минске происходила в соответствии с программой. Принятие новой конституции, новые полномочия разных органов. В конечном итоге, может быть, премьер-министр станет будущим президентом Белоруссии. Но мы против той кампании, которую развязал Запад, те, обвинения, такие уличные, неприятные, что с ума сошел или еще что-то.

Все руководители всех стран нормальные, здравые люди. Но сегодня ситуация, когда Европа синхронно нападает и на Россию, и на Белоруссию. Мы против этого. Ибо у них рыльце в пушку. Они сбивали самолеты с пассажирами, они насильно сажали самолеты, не имея на это права. Поэтому не им учить белорусов, как вести себя.

В. Ворсобин:

- А может, нам учить? Владимир Вольфович, у нас полсотни журналистов уже сидит в Белоруссии. Там аресты идут – Сталин в какой-то момент позавидовал бы. Эта жестокость, которая сейчас против собственного народа, она не будет проецироваться на Москву? Мы поддерживаем человека, который смертельно надоел. Не будет ли тень лежать на Москве, на народе, на Кремле?

В. Жириновский:

- Владимир, поскольку вы мой тезка, ближний земляк – Тверь, я вам гарантирую, что вас никто никогда не арестует. Вы всегда будете на свободе и всегда будете вести передачи на радио "Комсомольская правда".

В. Ворсобин:

- Но я не в Белоруссии, я в России.

В. Жириновский:

- Я имею в виду вас в России. Будете вести передачи. Я заранее вам объявляю, «Эхо Москвы» - черный список, кто будет арестован. Ганапольский, Латынина, Пархоменко, Альбац, Шендерович, Невзоров. Шесть человек. Все остальные будут работать. Венедиктову будет мною предложено возглавить факультет журналистики в Институте мировых цивилизаций, где прием идет уже сейчас, с 1 сентября.

В. Ворсобин:

- А почему Венедиктов не будет арестован?

В. Жириновский:

- Потому что он старается как-то проявить больше лояльности к власти, к стране. А вот в основном эти шесть человек, которые злобно… Вы слушали Невзорова?

В. Ворсобин:

- Нет.

В. Жириновский:

- Это страшно, что он говорил. Всех оскорблял, всю страну. Русский народ, евреев, армян. Всех оскорбил, всех людей. Это нигде в мире нет такого. И он на свободе. И я против того, чтобы кого-то сажали. Я просто вперед говорю. Вы же в прошлый раз, мы с вами хорошо поговорили, потом вы задаете вопрос участникам передач ваших, после нашей, и говорите, что Жириновский предлагает надеть узду на русский народ. А где это прозвучало от меня? Когда я это сказал?

В. Ворсобин:

- Слово «узда» вы не сказали. Но смысл вашей речи – это то, что русский народ не готов к нормальной демократии. По сути, вы это повторили много раз.

В. Жириновский:

- Я говорю не о том, какие мои мысли, а даю оценку, что происходит. Разве я говорю, что Лукашенко – мой любимый президент? Но я говорю: если поменять быстро, и мы получим Киев. Вы завтра скажете: Жириновский за Лукашенко. Нет! В первый день после выборов я вывел людей у белорусского посольства в Москве с протестом, что он так хорошо победил – 82 %. Так и здесь, я говорю: мы дали полную свободу в 1917 году. страна рухнула. Полная свобода при Ельцине – страна рухнула. Вот в условиях, чтобы страна не рухнула, возможно, не я, а власти будут вводить какие-то ограничения. Только в этом плане. Но это не значит, что я за ограничения. Я просто объясняю, что происходит в стране.

В. Ворсобин:

- Вы только шесть известных журналистов собираетесь арестовать только потому, что у них есть свое мнение по поводу политики государства. Вот за это вы хотите их арестовать. А так вы, действительно, демократ. Никто не против.

В. Жириновский:

- Владимир, опять – не я. Я предполагаю, что если будут какие-то ограничения, то только в отношении шести журналистов «Эха Москвы», одного-двух журналистов «Новой газеты», телеканал «Дождь» - один-два журналиста. Не я этого хочу. Я не боюсь. Мне, конечно, не нравятся слабые журналисты, боящиеся дискуссий. "Комсомольская правда" не боится – всех зовут. Власов, депутат, не вылезает из вашей «Радиоубки» вместе с Афониной. Вы позовете его скоро, Валентин Алфимов. А они боятся. Ни разу не позвали. «Дождь» боится, «Новая газета» боится.

Поэтому вы – смелые, честные, объективные журналисты, вас никто никогда не тронет. Я говорю о возможных ограничениях. Как Ходорковский. Я знал, что его арестуют, я говорил об этом. Вот, пожалуйста, он за границей, десять лет отсидел. И его организация самоликвидировалась. Я не хотел, чтобы Навального посадили. Но его и посадили, и его Фонд борьбы с коррупцией закрыли или объявили иностранным агентом.

В. Ворсобин:

- Здесь развилка. Или ты сотрудничаешь с властью, или тебя закрывают. А по какому пути идти? Если ты принципиальный человек, тебя в России закроют по-любому.

В. Жириновский:

- Я же не закрываю. Я с вами согласен. Давайте не закрывать. Давайте, пусть существуют любые журналистские сообщества, телерадиоканалы, газеты. Я говорю о том, что будет, чтобы наши граждане знали, что я снова дал правильный прогноз. Как Ближний Восток. Я сказал, что там будет так, как сейчас, - против меня возбудили уголовное дело в 1994 году. За что вы меня-то черните и трамбуете? Я говорю, даю прогноз – что будет.

В. Ворсобин:

- Владимир Вольфович, политологи иронизируют, что если у американцев был сукин сын и наш сукин сын, то мы доросли до этого статуса, и у нас есть такой персонаж. Как вы относитесь вообще к этой фразе – сукин сын и наш сукин сын?

В. Жириновский:

- Нельзя сравнивать. Там были типичные диктаторы – Панама (по-моему, в отношении Норьеги говорили), Сомоса (Никарагуа), в Парагвае, Уругвае, вся Латинская Америка – диктатуры. Миллионы погибли. У Лукашенко даже с десяток не погибло. Это явные враги, которые в основном были арестованы.

В. Ворсобин:

- Погиб с десяток, даже больше погибло.

В. Жириновский:

- Может быть, но это не сравнить с тем. И потом, там народ ненавидел диктаторов, выборов не было. А здесь постоянные выборы, и постоянно большинство за Лукашенко, ибо у них наиболее сытая жизнь, чем во всей Восточной Европе. Поэтому ни в коем случае нельзя навешивать ярлык «сукин сын», но «наш сукин сын». Это так же, как нельзя сравнивать гитлеровский режим и сталинский. Да, репрессии, гестапо, ВЧК, но никто не уничтожал людей по национальному признаку, не ставилась задача уничтожить русских, славян, евреев.

В. Ворсобин:

- По классовому били.

В. Жириновский:

- По классовому – да. Поэтому страна и рухнула. Но в каждом классе человек мог выжить, потому что он мог не относиться к этому классу. А нацинальность – всё, еврей – к стенке, еврей – к стенке, цыгане – к стенке и т.д. Здесь более страшное – именно национальный геноцид. А турки сколько армян вырезали? На Балканах сколько вырезали и сербов, и сербов-мусульман (Босния и Герцеговина). Поэтому нельзя сравнивать здесь. Хотя жертвы очень большие, режимы очень авторитарные. Но это сделали большевики, которых вы, гражданин Ворсобин, поддерживаете, у вас больше уважения к Зюганову…

В. Ворсобин:

- Я антикоммунист, кстати. Вы не волнуйтесь насчет моих пристрастий. Я не краснознаменный. Я вообще хочу, чтобы все высказывались, и чтобы росли, как говорил Мао Цзэдун, все цветы.

Давайте вернемся к нашей стране. О коронавирусе. Я помню передачи, как вы очень радикально настаивали на том, чтобы была обязательная вакцинация. Интересно, как сейчас вы скажете? Дело в том, что Владимир Путин все-таки решил не заставлять людей вакцинироваться. Изменилась ли ваша позиция в этой связи? А во-вторых, почему, как вы считаете, так заявил президент?

В. Жириновский:

- Из двух зол выбираем меньшее. Если не будет всеобщей вакцинации, мы не поборем пандемию, она будет оставаться в нашей стране много-много лет. От этого всем будет плохо, постоянно будут ограничения, постоянно будет удаленка, закрытие общественных мероприятий и т.д. А если мы введем обязательную вакцинацию, то за полгода мы прекратим пандемию в нашей стране. Но граждане не хотят. Они хотят делать добровольно. Надо разъяснить. Вы имеете право не делать вакцину, но вы не имеете права заражать других людей. Если будет выясняться, что вы кого-то заразили, давайте возбуждать уголовное дело, потому что гражданин оказался в смертельной ситуации.

В. Ворсобин:

- А как выяснится? Это нельзя доказать. Он мог в троллейбусе, в метро подцепить. Как вы докажете юридически, что заразил конкретный человек?

В. Жириновский:

- Пожалуйста, в семье. Были бабушка, дедушка. Мама ходит на работу, заразилась там. Пришла – бабушка, дедушка заразились, умерли. Разве это не прямая связь? Ну, это как пример. Например, в Якутии уже на работу, по-моему, не берут, если не вакцинированный. Где-то на отдых путевки не дают. То есть мир уже перешел к тому, чтобы стимулировать вакцинацию, иначе мы пандемию не поборем. Опять где-то растет заражаемость. Вот ждут открытия Турции. Обещали, что закрытие будет до 1 июня, а это вторник уже. Но нельзя открывать ни один южный курорт, Египет, Турцию открывать нельзя.

Вот глава Республики Крым, он же продлил запрет на массовые мероприятия в Крыму. Ему же выгодно больше туристов, больше денег, а он продолжает, продлевает запрет. Потому что иначе будет рост заболеваемости, и Крым закроют для туристов. То же самое и Сочи, и все остальные курорты. Поэтому надо как-то стимулировать.

В. Ворсобин:

- А почему Путин все-таки заявил? Он что, думает о выборах? Помните, в прошлой передаче вы сказали, что наши власти больше думают, получается, о выборах, чем о… Ну, и так далее.

В. Жириновский:

- Да, я думаю, что обязательная вакцинация, если будет произведена в стране, тогда народ будет обозлен, и в сентябре «Единая Россия» получит очень мало голосов. Но есть и другая сторона медали. Если не будет обязательной вакцинации, еще больше людей заболеют, и тоже будут обозлены, и тоже «Единая Россия» получит мало голосов на выборах. Какой выход, Ворсобин, из этого тупика? Голосовать за ЛДПР, и все будет в порядке..

В. Ворсобин:

- Ну, это понятно. Я бы выбрал народ. Я бы все-таки выбрал вакцинацию, если бы был в этом убежден. И вообще, эти выборы, мне кажется, не стоят человеческой жизни. Но это лично мое мнение, видимо, мое гуманитарное образование срабатывает.

Давайте перейдем к следующей теме. Меня восхитил глава Коми Уйба. Это многострадальная Коми, где в свое время был арестован губернатор, как вы помните, с часами. И вот люди с недоверием отнеслись к нему, у него очень низкий рейтинг. А он вдруг взбрыкнул и сказал… Они говорят ему: «Надо Путину писать о проблемах», а он заявил: «Да какой Путин? Я для вас Путин». Эта фраза разошлась по всем сетям. Но ведь губернатор должен быть Путиным в регионе. А почему у нас всегда люди идут к монарху, почему они не решают проблемы с конкретным губернатором? Он должен чувствовать себя Путиным в своем регионе. А несчастного Уйбу просто с грязью смешали за это изречение.

В. Жириновский:

- Я согласен, на местах губернаторы представляют президента. Он действительно президент в масштабах того региона, где он глава. И он не может им всю кухню рассказывать. Они, например, обращаются к Путину, а их заявления все к нему придут, и решать-то будет он. А когда внизу глава администрации района, он туда спускает указания, и решает глава администрации района, и так до сельсовета. Но люди хотят только к царю. Ну, пусть это остается слабостью наших граждан. Нельзя с любой жалобой обращаться наверх. Это безысходность.

В. Ворсобин:

- Так система так построена. У нас совершенно железобетонная вертикаль власти, которую построили, кстати, с помощью вас, депутатов. И люди просто обрывают телефоны «прямых линий», и царь (ну, наш монарх) так прекрасно решает проблемы в прямом эфире – роет колодцы, проводит свет в дома, и все это прекрасно подается, и люди учатся на этом.

В. Жириновский:

- Потому что у нас неправильное устройство внутреннее нашего государства. Нигде нет принципа национального деления внутри государства, только у нас. Осталось от Ленина. Сталин был против. А если есть у нас 30 национальных регионов, и мы спускаем вниз все полномочия, начнутся движения сепаратизма, отделения от России. Вы этого хотите? Я согласен, больше прав внизу, всё решать на местах. Но тогда мы расшатаем государство. России тысяча лет. Тысячу лет это был режим без федерации, централизованный, и никакие национальные деления. Ведь в советское время партия управляла, не нацмены в регионах, а партия – КПСС. И они оставили республики, они так решили, это ленинское наследие, пусть будут республики, хотя нужно было сразу перейти к губернскому принципу и назначению губернаторов. И сейчас бы вот эти общие губернии с русским генерал-губернатором, поскольку многие регионы многонациональные, и им выгоднее, чтобы был нейтральный руководитель, русский… Вот Дагестан, там 30 национальностей.

В. Ворсобин:

- Там 100 национальностей.

В. Жириновский:

- Русские должны быть везде во главе регионов. Тогда бы не было проблем.

В. Ворсобин:

- Владимир Вольфович, вы интересную фразу сказали по поводу того, что можно спустить, конечно, на места, и это логично, это полезно, но, таким образом, мы расшатаем государство. Очень странная история. Все, что разумно, что полезно, расшатывает наше государство. Может быть, государство у нас построено так неумно, что все разумное его расшатывает? Ведь у нас федерация, мы в свое время отдавали на места полномочия почему? Потому что все решать в центре неэффективно, как показал СССР. Это разумно, когда люди знают на местах, что им нужно, а не ждать подачки из Москвы, которая не понимает, что происходит на местах.

В. Жириновский:

- Централизация с точки зрения управления, а экономика, конечно, внизу. В аптеках какие лекарства, решайте сами, на рынке какие цены, решайте сами, какие дороги строить, какие школы, жилье. На местах всё будут решать. Но в одной стране, где государственные границы… Это единая страна для всех. Государство – это единство территории, экономики и языка. Территория ограждена государственной границей, язык один государственный – русский и экономика единая в масштабах всей страны, но на местах управляйте, никто вам не спускает, сколько сеять гороха, где сажать кукурузу и т.д.

В. Ворсобин:

- Владимир Вольфович, предлагаю поговорить о Кудрине. Персонаж вами «любимый». У него есть такое предложение. Чтобы снизить бедность за три-четыре года, заявил Кудрин, нужно выдавать помощь не всем нуждающимся, а адресно. Я много раз слышал эту сентенцию. Но почему-то это вызывает споры. Если государство говорить – адресно, то, получается, никому. Потому что подвох слышит наш народ.

В. Жириновский:

- Конечно, это правильный подход. И при большевиках, и КПРФ в ельцинский период – всё всем, понемногу, по всей стране. И денег бедным не хватало, а состоятельным эти копейки были не нужны. Поэтому наконец-то есть реальное предложение, то, о чем я говорил всегда: давайте помощь оказывать только в те регионы, где смертность превышает рождаемость. Я это сказал в Белгороде, на заседании Госсовета. Прошло 15 лет. Сейчас бы не было у нас бедности! Если Кудрин предлагает за три-четыре года, то мы за 15 лет бы убрали ее.

В. Ворсобин:

- А бедный в Татарстане – вы его там бросите? А если бедный в Москве? Он получает 10 тысяч, так получилось. Или мы будем только Коми и Дагестан спасать?

В. Жириновский:

- Мы должны дать деньги там, повторяю еще раз по-русски, где смертность превышает рождаемость. Псков, Смоленск, Владимир, Иваново, Кострома. В Коми нефти полно! И Архангельская область, Ненецкий автономный округ – нефть. Карелия – лес. Везде есть источники обогащения. Но пустой Псков, Смоленск и Владимир. Об этом идет речь. Если бы мы им дали в свое время, то с ними вопрос был бы закрыт. Теперь смотрим другие регионы. Помощь даем туда, где что-то пробуксовывает. Допустим, север – нефть и газ есть. На юге – фрукты, овощи, отдыхающие. А Центральная Россия – наиболее бедная. Давайте сюда дадим. Давайте на дороги дадим для всей страны. То есть делать целевые программы.

Медицина. Вы зачем позакрывали фельдшерско-акушерские пункты? Рожать едут за сто километров. 15 минут нужно до родильного дома. Мне в 1946 году вызвали скорую помощь, она не приехала. Соседка-акушерка ко мне прибежала. Хорошо, я жив, дядя кухонным грязным ножом перерезал пуповину. 75 лет вы не можете дать родильные дома по месту нахождения рожениц. И закрываете их еще! В этом же проблема. Что это за оптимизация? Нерусское слово. Оптимизация – это значит, оставить только рентабельные, выгодные предприятия. Конечно, где мало больных, эта больница будет не очень выгодна. Но это люди. Школа не будет выгодна малокомплектная, где 15 учеников. Но где они будут учиться? Пешком будут идти, как Филипп, где-то в поле шел, замерзал. «Откуда дровишки? Из леса, вестимо. Отец, слышишь, рубит, а я отвожу». Семь лет мальчику, он возницей работает, везет дрова. Что это такое? Поэтому надо смотреть. И не закрывать, а открывать больницы и школы.

Но другое дело – давайте население направим туда. Не закрывать больницу. Вот у ЛДПР лозунг – «Назад в деревню!». Даем миллион подъемные, даем землю, даем возможность построить дом там за этот миллион. И даем надбавку к зарплате. Омский губернатор Полежаев мне рассказал. У него нефтеперегонный завод. Он вызвал начальника, хозяина и говорит: всех учителей и врачей в сельской местности – дай надбавку. Иначе заберу нефтеперегонный завод. Решил проблему. Так Полежаева уже давно нет. Кто мешает другим губернаторам?

В. Ворсобин:

- Да сейчас у них нищие бюджеты. Спуститесь на землю. Посмотрите на бюджеты городов и большинства областей. Они все закредитованы. Денег ни на что нет. Москва все забирает и мало что отдает назад. Вы обходите одну проблему – у нас плохо организовано государство. У нас плохая налоговая система, которая высасывает из регионов все соки и отдает тем губернаторам адресно, кто это как бы заслуживает. Может, надо перестраивать всю систему, а не латать дырки где-то?

В. Жириновский:

- Мы всю систему уже перестроили в 1917-м, и страна рухнула. Не надо бить по фундаменту. При Горбачеве все перестроили. И страна рухнула. Повторяю еще раз, в эти 20 лет я неоднократно предлагал решение проблем, о которых вы говорите. Но не решались они. Мне сказали: у нас по конституции все народы равны, всем дадим одинаково. Получили решение демографической проблемы – сейчас заговорили по-другому. Да, давайте давать в те регионы, где много нуждающихся. Через 15 лет с опозданием реализуют предложения ЛДПР. Собаки загрызают людей. Смеяться будут над нами. Скажут: в двадцатые годы четыреста человек в год загрызают. Тоже ЛДПР виновата? Двадцать лет не могли принять закон о содержании животных.

В. Ворсобин:

- Тридцать лет поднимаемся с колен.

В. Жириновский:

- И все оттуда украли, что касается борьбы с бродячими животными. Это кто виноват? Сегодняшняя власть, которую ЛДПР жестко критикует.

В. Ворсобин:

- Только вы не воздерживайтесь, а голосуйте против. Я сегодня долго улыбался, когда увидел, что две фракции Госдумы воздержались. Я не ожидал от вас такого ответа, что вы хотели проголосовать против. Это проблема всей нашей оппозиции. Все кричат, что они против власти. Все ее поносят на каждом углу. Но при этом спокойно находятся в этой системе. Вы там находитесь 30 лет! Вы непримиримый оппозиционер!

В. Жириновский:

- И при этом в стране нет революции. Никто не погиб от того, что действует ЛДПР. Ни одного раненого, ни одного сожженного дома, ни одного страха, ни одного стресса. Дети счастливые идут в школу. Сейчас поступят в вузы. Мы всех примем в Институт мировых цивилизаций, Москва, Ленинский проспект, 1. Никто не останется на улице. Приезжайте в Москву. Дадим общежитие. Дешевая столовая. Кто остался без вуза? Все ко мне, в ЛДПР. Пишите: Москва, Госдума, ЛДПР. Вот это мы делаем. Коммунисты так делают? «Справедливая» делает так? «Единая» делает? Чего вы хорошее не видите из того, что делает ЛДПР?

Вот коррупция по всей стране. Можно ее решить? Нет, она была при Ленине, Сталине, и они не знали, за голову хватались, что делать. Новые советские чиновники хапают и хапают. Мы говорим: пока однопартийный режим, коррупцию изменить невозможно. Руководитель – зам от оппозиции.

В. Ворсобин:

- Вы тридцать лет уже это говорите.

В. Жириновский:

- В Смоленске Островский взял замов от оппозиции. Где они? Убежали. Потому что они не хотят бороться с коррупцией. Убежали его замы от «Справедливой России» и от коммунистов. Не хотят создавать многопартийную администрацию. Чего об этом не говорите ничего:

В. Ворсобин:

- Я как раз и говорю. Я езжу по стране, пишу о губернаторах. Кого посадили, кто-то мучается. И был я во Владивостоке, и в Хабаровске, вашем, кстати говоря, тоже был. Я пишу об этом всю свою жизнь. Только мало это кому помогает. И ваша работа прекрасна, но тоже, видите, не все получается.

Я предлагаю пойти за границу, обратиться в геополитику. Сейчас пойдет речь о репутации. Я процитирую президента Польши Анджея Дуду, но это мог сказать, мне кажется, любой президент западной страны: «Россия не ведет себя нормально. Она – государство-агрессор. Действия России приводят к разрушению государств, к ситуации войны, когда люди погибают или получают ранения». Я так понимаю, что он объединил в эту фразу и Беларусь, и Украину, и Грузию, и все, что у нас на периферии. Как вы относитесь к репутации России? И нужно ли ее вообще менять? Или ею нужно гордиться?

В. Жириновский:

- Польша нам не учитель и не пример. Польша нам мстит за разгром польского восстания. Суворов их там всех расстрелял. И они мстят до сих пор. Тадеуш Костюшко, по-моему, звали этого предводителя восстания. Мстят за три раздела Польши. И Черчилль предлагал – отдайте им Польшу, а нам Норвегию. Чего Сталин так не сделал? Сталин умер, а мы мучаемся с этой Польшей. Почему большевики выпустили Польшу? Кто ей дал независимость? Версаль? С какой стати в Версале будут решать итоги первой мировой войны, что Польша должна быть независимым государством? Кто дал право?

Поэтому это виноваты большевики. Их именами все улицы названы. Институт мировых цивилизаций – Ленинский проспект. У меня штаб-квартира партии – Краснопролетарская. У нас вокзал – Ленинградский. Дорога – Октябрьская. Ленинградское шоссе. Станция метро «Войковская». Вы чего понаделали? Землячка – эта стерва-убийца лежит у Красной площади. Это мы с вами такую власть установили в 1917 году и до сих пор не зачистили страну от этой коммунистической заразы. А теперь Платошкины растут, которым вы эфир даете, или «Эхо Москвы». Ему в тюрьме сидеть. А с ним как с Навальным – условно дали. Не условно, а реальный срок – пять лет, на каторгу!

В. Ворсобин:

- С Польшей все-таки что делать? И я про репутацию. Как и в бизнесе, репутация во внешней политике тоже важна. Некоторые гордятся тем, что нас боятся. А некоторые говорят, что это большая проблема. Вот как вы к этому относитесь?

В. Жириновский:

- Польша отрабатывает свой хлеб у американцев. Американцам стыдно, все-таки это цивилизация определенная. НАТО, Брюсселю стыдно. Франция, Германия так говорить не будут. Вот Польша тявкает, Чехия тявкает. Что-нибудь пропищит Болгария, Румыния, Албания. Это все бывший соцлагерь. И Брюссель дает деньги хорошие новым членам Евросоюза – миллиард евро в год, просто так, как подарок. Поэтому они такие вещи говорят. Все будут сидеть в тюрьме. Все будут наказаны. И все режимы будут сменены и в Варшаве, и в Праге, и в Софии, и везде, где кто-то пытается на нас тявкать.

В. Ворсобин:

- Сейчас мы думаем, что делать с Польшей и другими восточноевропейскими странами, которые позволяют себе страшные заявлениями. Владимир Вольфович, вы говорите, что они все будут сидеть в тюрьме, и все режимы восточноевропейские, которые против нас, будут сметены. А это будет мирным или военным путем все-таки?

В. Жириновский:

- Небольшой возврат назад, по коррупции. Успешный пример. Наша Владимирская область. Арестован вице-губернатор, член «Единой России» Годунин. ЛДПР не стала его покрывать, потому что наш губернатор Сипягин – молодец. А его трамбуют каждый день.

Теперь ваш вопрос. Все будет решено военным путем. Они по-другому не понимают. И не обязательно, чтобы русской армии что-то делать. Сейчас в Женеве они частично, когда останутся один на один, о многом договорятся. Ибо Байдену очень нравится сидеть в Овальном кабинете Белого дома. Президент Америки, полмира на него смотрит и молится. А вторая половина на Москву смотрит и молится. И нужно эти мелкие пешки, эти моськи, этих гаденышей убрать с политической карты мира, чтобы они нам погоду не портили.

Поэтому это закончится тем, что они будут лишены любых дотаций, любой помощи, поддержки. И через использование технических средств эти страны погаснут. Света нет, все стоит, банковская сфера стоит, голод, больницы не работают, лифты не работают. Все остановится. И пусть они сами решают, нужны ли им эти правительства, которые работают на местную мафию.

В. Ворсобин:

- Ну, мирный путь вы описываете.

В. Жириновский:

- Они будут все наказаны обязательно за те оскорбления в адрес России – и лично в адрес президента, и в адрес России, и в адрес русских. Все будут наказаны – и Польша, и Чехия, и Словакия, и Болгария. Исключение для Венгрии.

В. Ворсобин:

- Процитирую Дмитрия Демушкина (это один из наших политиков). Он интересную фразу написал: «У диктаторов всегда и везде одни враги, много врагов, сплошные враги. Железный занавес вокруг диктатур строит вовсе не мир, а сами диктаторы, и они же окружают себя врагами. Многим россиянам с советской психологией прошлого этого не понять, они привыкли жить с уверенностью, что против них идет война и их всех ненавидят». А если действительно это специально смоделированная ситуация, при которой российская власть просто самосохраняется, заключая Россию в осажденную крепость?

В. Жириновский:

- Давайте посмотрим вариант. Снимаются все ограничения, свобода. Демушкин с русскими националистами ведет колонну русских националистов на Кремль.

В. Ворсобин:

- Ну, почему сразу так-то уж?

В. Жириновский:

- Касьянов и все эти Яшины, Собчаки колонну прозападных демократов ведут, коммунисты – коммунистов, Миронов – социалистов и т.д. И крушение страны.

В. Ворсобин:

- Это обычная политическая жизнь, европейская жизнь. У них там происходят и демонстрации, у них партии сбиваются в коалиции. У них это обычная жизнь. Кстати, у нас в 90-х годах, которые вы ненавидите, я так понимаю, хотя они дали вам партийную власть, там была живая политика, которая, кстати, кристаллизовывала новых политиков, новых членов правительства, кстати, иногда даже вменяемых. Почему эту жизнь вы не хотите впустить в почти мертвое тело нашей общественной жизни?

В. Жириновский:

- Ельцин со слезами на глазах ушел. Ему стыдно стало, до чего за 9 лет он довел страну с этой свободой. Все можно – воровать, коррупция, грабят. Где наши заводы? Всё Березовский с Чубайсом отдали за границу.

В. Ворсобин:

- Сейчас коррупции больше, чем в 90-х. Сейчас крадут больше и беспардоннее.

В. Жириновский:

- Это всё последствия ельцинской эпохи. Потому что они, владельцы заводов, пароходов, остались при своих деньгах. Это же все играет роль. И чем кончилось? Война на Кавказе, сепаратизм. Сколько людей убито, вы знаете? Только в Москве 100 тысяч молодых бизнесменов были расстреляны во дворах их домов. И по всей стране. Почему бизнеса нет? Всех расстреляли, одни бандиты были кругом. Это Ельцин сделал, Березовский сделал и все его правительства – Черномырдин, Гайдар и прочие. Где земля? Всё мафии отдали. 40 миллионов га стоят нераспаханные. Не надо хвалить эти 90-е свободы. Свободы для бандитизма, проституции, разворовывания. Пришли к власти мародеры, и до сих пор еще некоторые из них остаются у власти. Потихонечку их выживают. Поэтому свобод нигде нет. А что, в Америке свободы? Флойд (ему скоро памятники поставят) – наркоман, умер от передозировки, а виноваты американские полицейские, их на колени ставят. «Белые, на колени», целуют ноги черным. Вы этого хотите? Это же бардак в Америке. А в Европе? Она погибает на глазах. Мигранты затопчут ее. Вы этого хотите? Этого мы не будем делать. Мы будем сильной страной, мощной, богатой, культурной, и обязательно все больше и больше будет свобод. Но нельзя ребенка бросать в океан. Научите плавать в бассейне, с инструктором.

В. Ворсобин:

- Владимир Вольфович, посмотрите, сколько получают наши главы корпораций. Вот Рогозин получил в два раза больше, чем в прошлом году. Там, по-моему, сотни миллионов рублей, бешеные деньги. И растут зарплаты. Сейчас обогащаются люди, которые… Вы говорите, там стреляли. Да, стреляли. Это был ранний этап роста юной страны. Но сейчас просто хапают законным образом. Причем ограниченный круг лиц, приближенных к императору. Разве такая ситуация нормальна?

В. Жириновский:

- Нет, ненормальная. И мы сто раз предлагали национализировать отрасли тяжелой промышленности, ограничить вывоз валюты за рубеж, ввести налог на сверхдоходы 80%. Заработал миллиард – 800 миллионов в казну. Но они же не принимают. У нас нет большинства. Но главный вопрос – нас ненавидят, боятся и пытаются сокрушить. Слишком богатая страна. Против нас весь мир и объединился. Они же пустые. В Германии бурый уголь, во Франции что есть, в Бельгии что есть, в Британии? Пустая земля и кругом мигранты.

В. Ворсобин:

- Кругом враги.

В. Жириновский:

- Им хочется оторвать жирные куски у нашей страны. Поэтому и впечатление создается осажденного лагеря. Мы слишком богатые, слишком умные. Что нашу молодежь берут, что не берут монгольскую молодежь, вьетнамскую, турецкую? Наших берут, потому что самые талантливые, умные. И они вернутся на родину. И они сохраняют связь с родиной. Поэтому проблема есть, но она у всех стран мира есть. В Китае расстреливают коррупционеров. Победили они коррупцию?

В. Ворсобин:

- Нет.

В. Жириновский:

- Везде проблемы есть, нет страны без проблем. Весь мир – осажденная крепость.

В. Ворсобин:

- Но мало стран, у которых нет друзей, а одни враги. И даже друзья, которые вроде бы есть у нас (вроде Лукашенко), это те еще друзья. Но когда мы перессорились со всем миром, когда враги и снаружи, и изнутри, это говорит об эффективности нашего управления, вот и все.

В. Жириновский:

- Нет. Владимир, все страны ненавидят друг друга, особенно соседние: Франция – Британию, Италию, Испанию и Германию.

В. Ворсобин:

- Но находятся в одном союзе.

В. Жириновский:

- Все ненавидят соседей, так было всегда. Даже в доме соседей ненавидят. В семье отцы ненавидят детей, дети ненавидят родителей. Это всегда было. Что у вас такая наивность – давайте жить дружно. Человек хочет быстрее и больше, и его останавливает государство. Но некоторые прорываются наверх и на свои миллиарды шикуют. Я согласен, надо их заставить деньги положить в наши банки и применить все самые строгие меры. Я об этом говорю каждый раз в Государственной Думе, но вы не передаете это, народ не слышит. Я в Кремле об этом говорю, я Мишустину говорю. Это можно сделать, но они боятся внутреннего переворота. Ворсобин, вы знаете, что можно купить целую армию на их деньги, и армия не будет выполнять приказы Верховного главнокомандующего.

В. Ворсобин:

- Неужели такая слабая власть?

В. Жириновский:

- Они боевиков направят в Кремль, заберут власть голыми руками.

В. Ворсобин:

- Власть не контролирует олигархов, вы хотите сказать?

В. Жириновский:

- Контролируют. Но невозможно. Если с ними поссориться, они уедут за рубеж и бросят все деньги на подкуп всех, кто готов свергнуть власть, захватить Кремль, устроить нам майдан, как в ночь на 14 февраля 14-го года, а у нас то же самое могут сделать в любой момент. Вы понимаете, что у них огромные деньги? Надо сначала забрать деньги, чтобы они не могли подкупить ни армию, ни ФСБ, ни полицию, ни оппозиционные партии. Ведь Ходорковский подкупал. Он во все фракции ставил своих людей, и на следующий созыв у него было бы большинство. Изменение Конституции – и его избирают премьер-министром. Сценарий был готов. Спасибо ему, подлецу, что он сказал, что кроме ЛДПР, в ЛДПР не удалось подкупить и вставить депутатов от Ходорковского. Они же готовились к перевороту. Вы что, не знаете этого? Да, вам об этом не говорят. Я вам говорю об этом. Поэтому есть опасность внутренней гражданской войны и переворота. Поэтому мы вынуждены. Ведь Березовский уже хотел сорвать выборы президента в 2004 году. Должны были убить Рыбкина. Его похитили уже, увезли в Лондон. Постоянно идет борьба, постоянно угрожают власти. Сколько врагов, у нас кругом одни враги и внутри.

В. Ворсобин:

- Но главное, чтобы это не было психиатрией и медициной, Владимир Вольфович.

В. Жириновский:

- Единственный союзник Кремля, друг и брат – это ЛДПР. И нас чихвостят каждый день за это, поливают грязью.

В. Ворсобин:

- Владимир Вольфович, мы с вами встретимся ровно через неделю и поговорим еще раз и об этом, и о другом. До свидания.

В. Жириновский:

- До свидания.

Подписывайтесь на новые выпуски в Яндекс.Музыке, CastBox, Google Podcasts и Apple Podcasts, ставьте оценки и пишите комментарии!