Олег Кашин: За окном уже будет лежать снег, а мы всё будем гадать, вернется ли Навальный в Россию

Эдвард Чесноков и Олег Кашин обсуждают прошедшую инаугурацию Лукашенко, выписку Навального из больницы, скандал с невесткой тверского губернатора и штрафы за отсутствие масок

О. Кашин:

- Всем привет. Я – Олег Кашин. С нами Эдвард Чесноков. Эдвард, здравствуйте. И поздравляю вас с инаугурацией Александра Лукашенко, если так можно выразиться. Потому что мероприятие больше походило на какую-то конспиративную встречу таких, ну, не знаю, опытных гангстеров, что ли. Все тайно, все непублично и все окружено какими-то вооруженными людьми. В общем, стыд, а не инаугурация, если откровенно говорить.

Э. Чесноков:

- Здравствуйте, Олег Владимирович. Есть виноватые, и мы знаем, кто это. Масоны. Это же очевиднейший косплей какого-то тайного общества, с несколько деревенским колоритом. Этот огромный зал, отремонтированный в духе евроремонта. Ну, не знаю… Вообще Лукашенко, мне кажется, против него надо ввести санкции какие-нибудь только за то, что он отнимает хлеб у журналистов нашего любимого информагентства «Панорама». Не отличишь же.

О. Кашин:

- «Панорама» пошутила уже. Более того, про косплей вы сказали. Был еще один косплей такой, совершенно очевидный. А именно, проезд кортежа по пустому городу. Потому что мы помним, как на инаугурации Владимира Путина в 2012 году был такой же проезд по Новому Арбату. И, боже мой, шесть лет назад нам, московским либеральным каким-то деятелям, это казалось верхом авторитаризма. А тут Лукашенко говорит: подержи мое пиво!

И еще такой смешной момент. Просто я не успел как бы его отрефлексировать. Но, действительно, забавно. Законы белорусские требуют, чтобы инаугурация транслировалась по радио и телевидению. И поскольку не было прямого эфира, естественно, оппозиционеры – критики Лукашенко стали говорить, что она незаконная. На что официальное телевидение ответило: э, погодите, там же не сказано – прямой эфир. Там сказано – трансляция. А трансляция будет. Потом. В общем, тоже анекдот.

И все-таки, да, мы опять скатываемся вот это обсуждение добродушного усатого Батьки. А при этом мы видим эти видео вечерние протестные из Минска, когда водометами, причем какой-то оранжевой струей, я не знаю, что это, причем, наверное, по логике, может быть, это краска, чтобы легче было задерживать, а может быть, и моча, поскольку вот в этой полукриминальной этике это такое унижение. Я не удивлюсь на самом деле, чем-то поливают людей.

И, понятно, такое зрелище может продолжаться вечно. И честно вам скажу, не знаю, согласны вы со мной или нет, мне, русскому человеку, рожденному в России, выросшему, обожающему ее, несмотря на разлуку, в целом плевать и на белорусский народ, и на его национальное возрождение, и на его будущее, и на его государственность. Абсолютно.

Э. Чесноков:

- Вы имеете в виду, в той мере плевать, в какой это национальное возрождение связано с дерусификацией, культивированием своих героев наподобие Кастуся Калиновского и так далее?

О. Кашин:

- Вот вы мне говорите – Кастусь Калиновский. Ожидая, наверное, что я сейчас ахну и начну размахивать перед вами томиком Победоносцева. Да бог с ним, даже пускай Кастусь Калиновский, не трогает. Естественно, не вызывает симпатии. И, конечно, лозунг «За нашу и вашу свободу!», наверное, самый вредный из всех возможных. Но все же. В целом на судьбу белорусов как таковых я, действительно, не скрываю, мне плевать.

При этом вопрос эмпатии в чем заключается. Мы видим белорусских ментов, которые, естественно, родные братья наших. Или двоюродные, но не отличимые до степени смешения. Мы видим белорусскую власть. Мы видим тех людей в медиа, которые поддакивают насилию, обеспечивают информационную поддержку насилию. Очень легко примерить это на послезавтрашнюю Россию.

И, конечно, здесь, когда ты видишь тупую, бездушную, жестокую, садистскую государственную машину и людей, хорошо, может быть, не так смотрящих на историю, на будущее, на что угодно, но это беззащитные, безоружные люди, такие же, как и я, - я себя легко ставлю на место тех, кого бьет белорусский ОМОН. На место белорусского ОМОНа я себя поставить не могу. И при всем моем равнодушии к судьбе белорусского народа, естественно, никакого другого выбора не остается. Я близок, я, понятно, что не сделаю этого, но…

Э. Чесноков:

- Не понял, какого выбора? То есть моратория на обсуждение белорусской темы, или что?

О. Кашин:

- Да какой мораторий? Нет, мы обсуждаем, по-моему, вполне откровенно, естественно, какими бы ни были претензии к телеграм-каналу Nexta, к Тихановской, к Колесниковой, ко всем… Я просто вот тоже, когда Лукашенко сказал слово «дрянь». Человек обращается как бы к военным, на самом деле, понятно, вот к этим своим карателям, и говорит: вы спасли наши уютные улицы от этой дряни. Я, конечно, типа, думаю: какой кошмар! Он сказал «дрянь». Мне комментаторы в Фейсбуке пишут: а чего он должен был сказать? И я задумался. Действительно, а что он должен был сказать, чтобы я…

Э. Чесноков:

- С его бэкграундом.

О. Кашин:

- Именно что ничего. Вот пройдена такая точка невозврата, после которой это уже та сущность, которую как бы и жалеть не будешь, если что.

Э. Чесноков:

- Заметьте, в Гонконге с перерывом, правда, на коронавирус, протесты продолжались с апреля прошлого года. Не этого. Я не готов говорить, что он абсолютное зло. В Венесуэле протесты продолжались больше года, по-моему, даже там американцы альтернативного президента назначили параллельно с Тихановским. И что? Вот и что? Они продолжаются.

О. Кашин:

- Да нет, ничего абсолютно. Именно ничего. В том смысле, что да, легко представить себе, что такого рода протесты, причем, наверное, по угасающему колебанию, будут происходить еще долго. Лукашенко, конечно, будет главой государства, которого регулярно будут принимать, наверное, в Сочи или там в Ново-Огарево, или по легендарному путинскому скайпу. В общем, как бы это все понятно. Но при этом, когда мы видим это противостояние, сторона противостояния, по-моему, очевидна. Где добро, где зло. В общем, здесь как раз я не знаю, о чем вы спорите.

Э. Чесноков:

- Почему бы все-таки не понадеяться на то, что в Лукашенко заговорила совесть, что он исправился, что он вспомнил о том, что он русский, что он все-таки выполнит свой союзнический долг. Хочется же получить хоть какую-то надежду. Хочется.

О. Кашин:

- Проблема в том, Эдвард, что он не русский. Он советский, скорее, в лучшем случае. А про советских, не знаю, у меня под рукой есть цитата из Дмитрия Евгеньевича Галковского. Давайте я вам ее произнесу, чтобы закрыть эту скользкую лукашенковскую тему. «Возрождение России начнется с создания реальной оппозиции, когда будет создан другой мир – белый мир, где ничто не исчезает бесследно, и ясное «я» не тонет в мутном реве «мы». "Мы - советский народ". Нет - "ВЫ - советский народ". "Мы - советская интеллигенция". Нет - "ВЫ - советская интеллигенция". "Мы - советские философы". Нет - "ВЫ советские философы". И наконец - "наша советская родина". Нет - "ВАША советская родина", которая мешает жить России».

Э. Чесноков:

- Я все-таки на правах маленького Джона при Робин Гуде хотел бы задать вам вопрос не про Навального, не про Лукашенко, не про Ленина, не про не знаю еще что. Сильно взволновались наши телеграфические общественники после вашей фотографии с Ходорковским. Я даже не понял, это был троллинг, это был фотошоп? Дорогой и любимый Владимир Соловьев, который не философ, вас, как всегда, пригвоздил. Что это было, извольте объясниться.

О. Кашин:

- Ой, дорогой Эдвард, то есть вы считаете, что я должен как-то оправдываться по поводу фотографии с Михаилом Ходорковским?

Э. Чесноков:

- Не оправдываться. Просто обозначить свою позицию. Просто людям интересно. Люди имеют право знать. Кашин – это лицо русских медиа.

О. Кашин:

- Вы знаете, Эдвард, Владимир Соловьев, а тем более его прихлебатели, типа Бориса Якеменко, я думаю, не имеют вообще никаких прав. А вам, дорогой Эдвард, по дружбе я объясню. Во-первых, живя в Лондоне, будучи как бы почти соседом Михаила Ходорковского, я и сегодня могу, закончив наш эфир, пойти с ним попить чайку, да, или завтра. И почти сфотографироваться. Здесь проблемы нет. И криминала в общении с Ходорковским нет. Ходорковский гораздо симпатичнее многих, допустим, российских официальных лиц. Это бесспорно.

Э. Чесноков:

- Я думал, вы скажете: гораздо симпатичнее многих либералов. И что?

О. Кашин:

- Да и либералов – тем более. Тоже вот мы сегодня с общими знакомыми обсуждали другого беглого банкира – Пугачева. Я говорю: насколько Ходорковский и умнее, и честнее, и порядочнее.

Э. Чесноков:

- Он сколько, миллиардов десять, по-моему, вывел, да?

О. Кашин:

- Пугачев? Не знаю, сколько вывел. Он вывел, прежде всего, миф о том, что он сделал Путина президентом России. Миф о том, что у него кабинет был через дверь от Владимира Путина в Кремле, и так далее.

Э. Чесноков:

- Понятно, все эти экономические воришки, они же, чтобы получить убежище, в перспективе и подданство, напирают на то, что они на самом деле борцы с режимом.

О. Кашин:

- Борцы. Но при этом – как борцы? Еще и очень были влиятельны, сильны в России. И как бы поэтому…

Э. Чесноков:

- Сами с собой, в общем, боролись.

О. Кашин:

- Естественно, Ходорковский на этом фоне человек вполне приличный. Здесь как раз я готов его защищать. А фотография, я понимаю, как это работает. Вот сидят, опять же, эти телеграм-клевреты и ищут компромат на критикующего их Олега Кашина. И что они находят? Двухлетней давности фотографию с Ходорковским.

Э. Чесноков:

- А вот это же самое интересное.

О. Кашин:

- Я два года не ношу очки. Я там в очках. В общем, да. Но давайте, Эдвард, все-таки от разбора моей персоны…

Э. Чесноков:

- Тогда Кашин не работал на «Комсомольской правде».

О. Кашин:

- А, в этом смысле! Боже мой! Было бы смешно, если бы "Комсомольская правда" вот как бы посредством меня работала на Ходорковского. Это, действительно, был бы скандал. Но нет, такого нет.

Про Белоруссию все-таки интересный еще момент. Прямо давайте, такая локальная история. Я прямо, что называется, как говорил герой фильма «Мимино», очень хохотался. Вы знаете, что в Крыму требуют отправить в отставку вице-мэра Ялты Михаила Загорцева. А знаете, почему? Потому что он гражданин Белоруссии, бывший спикер Бобруйского городского совета. И, соответственно, почему-то как-то он оказался вице-мэром Ялты.

Э. Чесноков:

- Я вспоминаю этот мем про Бобруйский…

О. Кашин:

- Разумеется, и началось с того, что он именно вот в этом же формате произнес монолог, что если россияне придут не с добрыми намерениями, мы любим россиян, но если они придут, встанет каждый белорус. Это он еще будучи бобруйским мэром говорил. Теперь он вице-мэр Ялты.

Наверное, поговорим снова о «Новичке».

Э. Чесноков:

- Поговорим об умершем депутате Госдумы.

О. Кашин:

- Но он не от «Новичка» умер. Действительно, умер депутат Госдумы от КПРФ Ваха Агаев от коронавируса. Он от Чечни в Госдуме. И его смерти я узнал от своего лондонского знакомого, а именно – Егора Шуппе, известного как зять Бориса Березовского, который находится в России в розыске.

Про «Новичок», Эдвард, зря вы уходите от темы. Дико интересная сегодня, по сути, полемика. Во-первых, мы вчера говорили про слив, утечку беседы Путина и Макрона в газете Le Monde. Сегодня Дмитрий Песков сказал, что там некорректный пересказ, неточные формулировки. То есть за некоторыми поправками…

Э. Чесноков:

- Недостоверный перевод, в конце концов.

О. Кашин:

- Может быть, там Путин на самом деле Навального по имени не называл. Какие-то такие тонкости. Но по сути, Песков не опроверг этот пересказ. Мы вчера и говорили, что вряд ли газета, близкая к Елисейскому дворцу, будет такие вещи выдумывать. Наверное, сам Макрон слил, хотя публично российская власть его никогда в этом не обвинит.

Помимо прочего, сегодня Мария Захарова, наша с вами добрая приятельница, сказала, что в России в Советском Союзе…

Э. Чесноков:

- Давайте послушаем, у нас же аудио есть.

М. Захарова:

- Мы неоднократно заявляли, что ни в Советском Союзе, ни в России, в отличие от стран Запада, научно-исследовательских и опытно-конструкторских разработок под условным названием "Новичок" никогда не осуществлялось. Могу лишь вновь подтвердить, что позиция Российской Федерации и положение дел в этом вопросе каких-либо изменений не претерпели.

О. Кашин:

- Понятно, о чем речь. Наверняка «Новичок» проходил там под названием «изделие № 248». И забавно просто, что всего 15 сентября Сергей Нарышкин, такой недооцененный, мне кажется, влиятельный силовик, глава Службы внешней разведки, говорил, что «Новичок» в России давно весь уничтожен. То есть он был, по мнению Нарышкина.

Э. Чесноков:

- У них просто разные аналитические записки на столах лежат. Сколько башен, столько и аналитики.

О. Кашин:

- Как и у Путина. То есть здесь как раз, в общем, большой проблемы нет. Мы просто обращаем на это внимание.

И, да, новости по Навальному. Навального выписали из клиники. Он фотографируется на лавочке. Пишет, что ему придется восстанавливаться. И понятно, что, естественно, придется. Но, по крайней мере, уже пишет.

Э. Чесноков:

- Что он может ловить мяч, но не может бросать мяч. Как все это трогательно.

О. Кашин:

- Да, понятно, я тоже как бы не поклонник вот этого жанра: давайте обсудим, как это трогательно. Я бы обсудил вот что. Полью вам на раны, может быть, которые…

Э. Чесноков:

- «На бабочку поэтиного сердца взгромоздитесь».

О. Кашин:

- Наношу вам, может быть, какие-то раны. А здесь полью на них как бы хорошее какое-то вещество, доброе, не «Новичок».

Э. Чесноков:

- Похвалите Пригожина?

О. Кашин:

- Поругаю навальнистов. Уже как бы Навальный жив и выздоравливает. Поэтому, что называется, можно нарушать мораторий.

Э. Чесноков:

- Мораторий снят.

О. Кашин:

- Не поверите, опять лондонский мой знакомый очередной – Владимир Ашурков, одна из правых…

Э. Чесноков:

- Господи, это мне напоминает какой-то корабль, на котором в течение пяти лет господь бог собирал каких-то людей.

О. Кашин:

- И мы знаем, каких. Поэтому я стараюсь не интегрироваться в русскую тусовку этого города. Потому что испытываю по ее поводу те же эмоции.

Э. Чесноков:

- Ну русскую, а русскоязычную. А вы русский человек.

О. Кашин:

- Да, именно. Так вот, к Владимиру Ашуркову, удивительная наглость, к нему пришел корреспондент агентства «Рейтер» и спросил, вы не поверите, Эдвард, что он спросил. Он спросил, какие планы у Навального и что он собирается делать после выписки и больницы. Вы не поверите, что случилось потом. Естественно, Владимир Ашурков ему объяснил, что он не будет с ним делиться информацией, которая непублична. И вообще сомневается, что он журналист. На что журналист…

Э. Чесноков:

- Что это за конторка – агентство «Ройтерс»?

О. Кашин:

- Да, на что журналист довольно робко сказал, что да, я журналист, я работал в «Ведомостях», еще у нас есть общие знакомые в «Альфе». И дальше крик души журналиста: реально удивляет, как Навальный и ФБК превращаются в госаппарат с такой же риторикой и невозможностью нормального общения. Ваши ответы мало чем отличаются от ответов чиновников. Естественно, Ашурков выложил эту переписку личную с подписью: смотрите, какие бывают журналисты, какие они смешные, глупые, наглые. Действительно, там миллиард сторонников Навального в комментариях. Я тоже процитирую, потому что это невозможно: «Надо проверить, если данный журналист 19-20 августа отмалчивался, ему можно вообще не отвечать. Все журналисты, которые отмалчивались 19 и 21 августа, все они являются соучастниками попытки убийства Навального».

Э. Чесноков:

- В смысле, в дни самые тяжелые.

О. Кашин:

- В первые дни отравления Навального. И понятно, тоже я не хочу говорить, что и власть, и оппозиция в России одинаково плохи. Я говорю следующее. Что власть в России равна себе. Мы понимаем, что она жестокая, тупая, неповоротливая.

Э. Чесноков:

- Мы понимаем, чего можно ждать.

О. Кашин:

- Да, если ты предлагаешь этой власти какую-то альтернативу, но при этом ведешь себя как она, вот тот пропагандистский штамп: а зачем тогда менять одних на других таких же? – этот штамп срабатывает. Я сам не хочу его произносить, но он витает в воздухе. Если вы хотите его произнести, пожалуйста. В общем, понятно, что в ближайшие недели, месяцы, может быть, мы регулярно будем обращаться к этой теме. Я опять буду спрашивать у вас: ну, Эдвард, уже снег за окном или снег тает, весна пришла, а Навальный вернется в Россию? А что будет дальше? При этом время от времени, да, будут появляться расследования. Очередной соратник Медведева купил себе…

Э. Чесноков:

- Более того, наверное, появятся в той самой лондонской тусовке еще одни глубоко законспирированные соратники или очаровательные соратницы Навального, которые ему там в конвертах приносят выписки из лондонского ЕГРЮЛ. Очень даже возможно.

О. Кашин:

- Всякое бывает. В общем, действительно, вот эта история – хочется цепляться в ней за интересное. Пока интересна позиция Владимира Путина, который вчера, в общем, признал «Новичок», хоть и в пересказе газеты Le Mondе. А так мы уже переливаем из пустого в порожнее. Мне самому неловко. Потому что я тоже наблюдаю людей, условно, набор той публики, которая готова выйти на митинг завтра, если Навальный его объявит. Он не объявляет. И эти люди тоже, что они пишут.

Вот Елена Чекалова, опять же, при всей моей к ней любви, написала на пост Навального про жену, что «ведь так до сих пор никто не писал о любви». Никто! То есть ни Шекспир, ни Петрарка, даже Иван Сергеевич Тургенев. Понимаете, вот эта готовность полюбить вождя напоминает мне, вот тоже давайте процитируем стихи плохого поэта Роберта Рождественского, последнее его стихотворение было о Жириновском. Оно начиналось словами: «Вошь ползет по России. Вошь. Вождь встает над Россией. Вождь», а заканчивалось словами «Россияне, снимайте штаны, вождь желает вас поиметь».

Э. Чесноков:

- Как-то вот печально.

О. Кашин:

- Ничего не меняется. И это очень грустно, дорогой Эдвард.

Э. Чесноков:

- Но при этом, раз уж мы заговорили о «международной панораме» и прекрасной нашей Великобритании, нам говорили, в том числе представители навальнистского лагеря, что Запад хочет нам лишь добра и света. И только дремучее кремлевское руководство мешает нам и вам протянуть друг другу руку через балтийскую лужу и слиться в сладострастном объятье. Но вот министерство обороны Великобритании пишет в своем официальном твиттере, даже галочка синяя велифицированная есть. Они приняли участие, их солдаты, в совместных учениях с украинской армией где-то в степях Украины, и «мы высадились на заднем дворе России». Мощно как, да?

О. Кашин:

- Ну, слушайте, если мы тоже будем перебирать социальные сети российских ведомств, мы много интересного найдем. Опять же, передаем привет президенту Вучичу, как бы то ни звучало. Про учения совместные натовско-эсэнгэшные, скажем так, хотя это уже не СНГ, конечно, а Украина, странная история про Алешковский район Херсонской области, где погибло 8 американских офицеров. Что это такое?

Э. Чесноков:

- Причем в бункер, где они находились, попал артиллерийский снаряд. И если хотя бы там в этом привычно обвинили москалей, то сложился бы некий пазл. Если бы там «Новичок» всплыл. Есть снаряды, начиненные ипритом. Почему бы не быть снаряду, начиненному «Новичком». В этом была бы хоть какая-то логика. А так – не знаю. Это производит впечатление такое, будто кто-то заметает следы. Или, учитывая любовь наших политологов-конспирологов все рассматривать сквозь призму противостояния американских сил – демократов и республиканцев, армейские США, как известно, за Трампа. Может быть, украинская власть как-то все больше к демократам, исторически так сложилось. Может, это такой сигнал был Трампу?

О. Кашин:

- Вы знаете, как раз я бы не стал иронизировать на темы небоевых потерь. Тем более, американцев. Жизнь американцев стоит дороже жизни украинца и русского, к сожалению. В России, правда, без потерь физических, человеческих, но тоже, извините, история, когда в Тверской области истребить СУ-30 сбили при учебном бою, но не учебными снарядами. Вот буквально такая жуткая история. И сегодня неподалеку от Дании наш русский балтфлотовский противолодочный корабль «Казанец» столкнулся с местным рефрижератором, между прочим, тоже так себе история. Поскольку я сам однажды был на «Крузенштерне», который столкнулся при мне с хорватским газовозом, могу сказать: ничего хорошего в этом нет. Поэтому всем млрякам лучи поддержки, безусловно.

Э. Чесноков:

- Понимаете, вроде бы, если хотят эти наши американские, британские партнеры счастья и добра для России, чего ж они учения у наших границ проводят? И пишут, что высадились на заднем дворе России.

О. Кашин:

- Как говорится, это наша традиция, и мы ее храним. А у британских партнеров сегодня последний день, когда можно выпивать до 11 вечера. Завтра запретят.

Э. Чесноков:

- Поговорим об Эльмане Пашаеве.

О. Кашин:

- Эдвард, если я вас спрошу, кто был космонавтом №6 в Советском Союзе, вы не скажете, я думаю, навскидку, да?

Э. Чесноков:

- Может быть, Валентина Терешкова?

О. Кашин:

- Вот, правильно, вы угадали. Мы ее будем называть не космонавт №6, а космонавт №1 женского пола. Собственно, здесь такая же история. Когда в новостях идет заголовок «Телеведущая и актриса Хильда Кармен прошлась…» по Твери или где-то там где она прошлась, голой по улице, ну, неинтересно - наверняка какой-то пиар, какая-то ерунда. А когда мы узнаем, что она жена сына губернатора Тверской области, - это уже интересно. Ого! То есть, высшая российская номенклатура ходит голой по улицам…

Э. Чесноков:

- При этом пишут, что она была где-то в Раменском. Видимо, это в Московской области. При задержании полицией тут фотографии из разряда резко 18+, она выкрикивала: «Гоша, я люблю вас, помогите». СМИ предполагают, что Гоша - это Георгий Руденя…

О. Кашин:

- Не просто СМИ предполагают, а предполагают федеральные СМИ. Тверская пресса об этом пишет, но она должна ссылаться на федеральные СМИ, чтобы ее не задушили. Действительно, ну, очевидно, это Гоша…

Э. Чесноков:

- Где, опять-таки, как СМИ пишут, что у Гоши находили наркотики при обыске, тогда он штрафом отделался - это 2018 год был… и мы вспоминаем Ивана Голунова и так далее… который мог бы отделаться куда хуже и только чудом выбрался…

О. Кашин:

- Ну, просто как-то участились такого рода новости про новых мажоров. Потому что, если честно, мне казалось, что мажор классический, как Мара Багдасарян, - это уходящая натура.

Э. Чесноков:

- Да, а на Брянщине там сын вице-губернатора тоже сбил кого-то…

О. Кашин:

- А в Северной Осетии сын главы республики пишет письма открытым текстом админу местного не анонимного Телеграм канала, где обещает его закопать, потому что этот админ критиковал рестораны, принадлежащие этому милому парню. В общем, много интересного… Ну, я думаю, это элемент общего такого накрывшего и Россию, и мир, безумия посткарантинного, когда многие люди так или иначе либо звереют, либо дичают. Да, надо, наверное, пояснить для консервативной части аудитории, что обычно, если человек публично начинает раздеваться и бессвязно что-то выкрикивать, это связано с потреблениями каких-то… в общем, веществ… В общем, много печального и много удручающего происходит в последнее время в Российской Федерации. Да и не только в Российской Федерации.

Э. Чесноков:

- Да, есть еще новости. Вот Абрамович тот самый щедро финансировал поселенцев в Восточном Иерусалиме. Это те самые новые территории израильские, о которых между израильтянами и палестинцами идет спор. Арабский мир называет это аннексией, Израиль говорит, дескать, да мы со времен царя Соломона жили там. И вот Би-Би-Си сообщает со ссылкой на свою арабскую редакцию, которая в свою очередь ссылается на Аль-Джазиру, что владелец футбольного клуба «Челси» Роман Абрамович пожертвовал около 100 млн. долларов группе израильских поселенцев… на поддержку здравоохранения, науки и образования еврейской общины. И вот тут бы возмутиться, но нет, мне не хочется возмущаться. Мне, наоборот, хочется аплодировать. То есть, человек помогает своим. Ну и что, что он деньги в России зарабатывает?

О. Кашин:

- Эдвард, вы такой как будто бы антисемит…

Э. Чесноков:

- Какой я антисемит? Я юдофил…

О. Кашин:

- Вот. Давайте относиться так, что наш с вами, российский бизнесмен, подаривший нам много всего хорошего, он и для нас буквально покупает… вот тоже интересно, как это все звучит - поселение. И вы тоже все правильно сказали про восточный Иерусалим… У меня есть знакомые, российского происхождения евреи, настоящие, религиозные, ультрапатриотические евреи, которые уезжают туда и становятся поселенцами. Что такое поселенец? Это ты приходишь буквально в Палестину, там, где вокруг бегают и кричат арабы, втыкаешь там свою лопату в землю, строишь свой домик и с автоматом его потом оберегаешь. Это самострой как бы, но народная еврейская аннексия. Абрамович скупает не эти земли, их невозможно скупить, у них хозяина нет. Абрамович скупает дорогие элитные кварталы в Иерусалиме. Это как в Москве - Патриаршие… И вот это скупает Абрамович. Раньше эта земля принадлежала греческой церкви, они были в бессрочной аренде и вот теперь это уходит в наши с вами российские руки, Эдвард. Надо радоваться! Более того, те суммы, про которые вы говорите, там богатейший миллиардер Абрамович тратит 100 миллионов, он столько же, насколько я знаю, потратил, правда, тоже Тель-Авивскому университету - на клинические исследования лечения рака. Так что в этом смысле он тоже, скорее, молодец. Надеюсь, я отстоял честь нашего российского бизнесмена, друга Владимира Путина, по-моему, - Романа Аркадьевича Абрамовича.

Э. Чесноков:

- Ну, раз уж вы упомянули Петербург и новую Голландию, там тоже интересные вещи делаются. Практически ЧВК. Там есть улица Рубинштейна. Для тех, кто не в теме, я объясню - это такая улица с барами, конечно, ковид-беспредел ее подкосил, но, тем не менее… Причем, если в Москве эти улицы с барами как-то облагораживают, делают удобными для пешеходов, закрывают для автомобилей, то там просто ад. Машины набросаны, пробки постоянные, духота из-за выхлопных газов… В общем, по сути, тот же самый конфликт, который мы наблюдали между коренными москвичами в районе барных Патриарших прудов… то же самое происходит в Петербурге. И на той самой улице Рубинштейна сами горожане организовали частную полицию. По сути, ЧВК, как вы понимаете, у петербургского дискурса традиции ЧВК достаточно богатые, вот эта полиция будет следить, чтобы не шумели, чтобы отдыхали культурно, чтобы не пили и всячески поддерживать… Но тут же возникает вопрос - может быть, нам тогда вообще всю полицию упразднить и заменить ее на частную, или все-таки не надо?

О. Кашин:

- Вот как раз такая народная милиция, когда люди, жители скидываются на ЧОП, по-моему, это трогательно, прикольно и, может быть, первый шаг к такому реальному гражданскому обществу. Но если мы шутим про ЧВК, то, наверное, такое в Петербурге стало возможно ровно потому, что у легендарного главного ЧВКашника нашего любимого, давно мы его имя всуе не произносили, у Евгения Пригожина, уже другие интересы в Москве. Вот сегодня мы узнали, что его компания получила 22 млрд. на реконструкцию средних торговых рядов на Красной площади. Это такой вечный перестрой… да, там что-то постоянно меняется. Это изначально была идея Владимира Кожина, давнего управделами президента России, который уже давно сенатор и отошел от дел. Но теперь этим будет заниматься Пригожин. Ну, я не хочу бить в колокол и говорить - а, кровавый путинский повар пытается застроить Красную площадь. Пусть застраивает. Может быть, если он будет занят девелопментом, может быть, на какие-то другие плохие дела у него останется меньше времени.

Э. Чесноков:

- Тем не менее, наша с вами неделя достигла своего экватора и все равно какое-то ощущение этой постоянно нависающей угрозы. Я смотрю на графики подъема коронавируса и мне становится страшно. Вы у себя там в Лондоне видите? У вас там, наверное, все в масках ходят? А я вокруг себя людей в масках не вижу. Более того, мои друзья из Севастополя в Ялту едут на «Комете» и один из этих друзей - у него температура была, в силу того, что он слегка отравился, причем, серьезная температура, где-то 38. Но ехать надо. И самое смешное, что вроде бы там были эти волшебные девушки с бесконтактным термометром, но термометр не показал у него температуру… И вот так они сели и, если бы человек, например, более коронавирусом… а в этой «Комете» никто, ни один человек маску не носил, в Крыму вообще маски никто не носит…

О. Кашин:

- Вы знаете, Эдвард, штрафы, штрафы… причем, на моих глазах штраф за отсутствие маски на вокзале, допустим, вырос от 100 фунтов до 3 с чем-то тысяч… поэтому, естественно, каждый будет носить. Поэтому миф о том, что наш народ чем-то отличается от британского, неправильный и я недаром сказал, что сегодня британцы будут пьянствовать - последний день, когда бары будут работать до 11 вечера. Завтра они будут закрываться в 10… В общем, тоже такая как бы профанация, но при этом… давайте отдавать себе в этом отчет - Британия и Россия в этом, я думаю, едины - у всех еще жива память об этом мартовско-апрельском ужасе…

Э. Чесноков:

- Кстати, как быстро вообще изглаживается из памяти… как будто и не было ничего.

О. Кашин:

- Да, да, я тоже вспоминаю, как не выходил из дома долгое время… Да. Вот говорят про события, которые делят жизнь на до и после, а ведь не делят на самом деле, и жизнь остается такой же, как была. Наверное, сейчас, поскольку дураков тратиться еще раз нет, нам будут объяснять про коллективный иммунитет, что можно немножко переболеть и все такое, главное - чтобы экономика не надорвалась, и вот будет интересно вторую волну сравнивать с первой, когда, может быть, и заболевших будет больше, потому что, по крайней мере, весной в России депутаты не умирали, или ведущие «Русского лото», между прочим. А теперь нам будут говорить, что ходите на работу и так далее… Меняется риторика, хотя не меняется сущность. Но тоже мы как-то к этому уже привыкли по обе стороны наших с вами границ.

Э. Чесноков:

- Да, кстати, вы, наверное, почитывает британскую прессу, а своя, народная английская вакцина разрабатывается? Или это вот только лапотная нефтеколонистая Россия такую вакцину разработать сумела?

О. Кашин:

- На самом деле я слышал, что премьер Джонсон сказал, что массовое тестирование остается для него мечтой. То есть, вот раньше какая была мечта у Мартина Лютера Кинга? Чтобы люди всех рас были равны между собой. А теперь премьер Британии мечтает - не добивается, не борется - а мечтает о том, чтобы тестирование было массовым. Ну, эта вакцина все-таки, российская вакцина, про которую и Путин вчера говорил в ООН, я понимаю, что вы ждете, что я скажу - нет ее у англичан - да, это такой политический, скорее, лозунг, потому что…

Э. Чесноков:

- Которая и называется Спутник. Это космическая гонка. Только не в этом вселенском космосе, а в микрокосмосе.

О. Кашин:

- Да, я наблюдаю за своими знакомыми московскими, которым удается ее получить как добровольцам… но не знаю, пока это не выглядит как вот изобретена панацея, которая спасет мир от этой угрозы. Посмотрим. Тут-то как раз спешить некуда. Главное - не умереть от чужого кашля или от чужого прикосновения к твоему лицу.

Э. Чесноков:

- При этом, я смотрю, стала на больше 5 тысяч, потом больше 6 тысяч, сейчас уже в районе 6,5 тысяч… Понятно, что на следующей неделе чуда не произойдет и будет уже больше 7 тысяч. И вот это же самый тонкий момент. Я помню эту страшную историю, когда 28 марта прилетел в Москву из Екатеринбурга, в самолете сидело три человека, помимо меня, я разговорился со стюардом и тот мне говорит - это мой последний рабочий день, я ухожу в неоплачиваемый отпуск. Самолет приземляется, я открываю Телеграм каналы и там написано, что в Москве вводят комендантский час, потом через час это опровергается и я вхожу в метро, тоже абсолютно пустое и вот прямо физически чувствуешь, как это ужас сгущается… Сейчас по сути что-то похожее, но какого-то ужаса нет, вот живем, живем…

О. Кашин:

- А ужаса всегда нет, когда уже повторяется. Есть прецедент. Вот не умерли весной, значит, не умрем и теперь. Причем, вот тоже, поскольку в конце лета ходил слух, что 20 сентября Москву закроют, а ее не закрыли…

Э. Чесноков:

- Да, да, распространяли знакомые… Но, раз уж мы заговорили о слухах, еще один - то ли слух, то ли не слух - что вот сделают некое количество пожизненных сенаторов. Вот в США судьи Верховного суда, как известно, пожизненные, а у нас… Вот вы, как главный кремленолог российских медиа, это как прокомментируете?

О. Кашин:

- Я бы с удовольствием сделал пожизненных сенаторов… Ну, совершенно очевидно, что бывшие президенты должны становиться пожизненными сенаторами. Вот опять же тот человек, которого я продвигаю, Дмитрий Медведев, по-моему, его такая должность тоже украсит. Если говорить о том, чтобы была какая-то президентская квота, как в той же Белоруссии, когда спикер сената, вот та женщина довольно одиозная, она по президентской квоте прошла, Лукашенко назначил ее сенатором и она стала спикером… Если у нас так будет, то, наверное, тоже есть какой-то набор людей Владимира Путина. Пусть это будет институционализировано, потому что вот мы говорим «повар Пригожин», а что он такое? Непонятно. То ли повар, то ли не повар. А вот если он будет пожизненным сенатором, значит, как бы больше правил, больше закона, больше ответственности, если угодно. Поэтому я за любую формализацию того, что есть неформального.

Э. Чесноков:

- Ну и слава богу. Вот мне нравится, что мы с Олегом Владимировичем, несмотря на коронавирусный рост, выходим все-таки на какой-то хоть сдержанный, но политический оптимизм… Олег Владимирович, вот давайте представим, что у нас есть миллиард рублей - вот куда вы потратите миллиард рублей, учитывая, что вы российский чиновник и можете им распоряжаться?

О. Кашин:

- Я страшную вещь скажу. Если не будет конкурса, не будет аудита, не будет ничего, я восстановлю в городе Калининграде королевский замок Кенигсберга, потому что это будет символ российского присутствия здесь, в Калининградской области, потому что это действительно кошмар. Я смотрю на фотографии довоенного своего родного города и тот город, в котором я вырос, - это моя травма.

Э. Чесноков:

- Замок - это хорошо. Но я бы там трамвай восстановил. Там чудеснейший трамвай на метровой колее… просто жалко…

О. Кашин:

- А я бы в Москве троллейбус восстановил. Жалко, что он тоже ушел. Символ такой окуджавовский. Прощаемся. До завтра. Всем спасибо.

Понравилась программа? Подписывайтесь на новые выпуски в Яндекс.Музыке, Google Podcasts или Apple Podcasts, ставьте оценки и пишите отзывы!

Для нас это очень важно, так как чем больше подписчиков, оценок и комментариев будет у подкаста, тем выше он поднимется в топе и тем большее количество людей его смогут увидеть и послушать.

Выведем Кашина на первое место в топе!

Что будет
Владимир Легойда, председатель синодального отдела по взаимоотношениям церкви с обществом и СМИ Московского Патриархата