Максим Калашников: «Третья мировая уже была – мы так и не поняли, что это была война»

Максим Калашников
Сергей Мардан и Оксана Гандзюк в программе «Вечерний диван» поговорили с писателем-футурологом Максимом Калашниковым о том, почему мир отважился на введение карантина, рискуя экономическим благополучием.

Мы предлагаем полный текст радиопередачи.


С. Мардан:

- И снова здравствуйте! Я, Сергей Мардан!

О. Гандзюк:

- Я. Оксана Гандзюк! Добрый вечер!

М. Калашников:

- С нами в этой части будет Максим Калашников, публицист, футуролог, политолог. Максим, здрасти!

М. Калашников:

- Здрасти! Я не политолог, кстати говоря.

С. Мардан:

- Не знаю. Мне написали, что политолог, значит, будете политолог. А кем хотите быть? Писателем? Я посмотрел в Википедии, У вас там какие-то тонны книг, Вы сами писали. Даже нет литературных рабов?

М. Калашников:

- Успел написать, да. Писатель и журналист. Теперь уже и главный редактор «Военно-промышленного курьера».

С. Мардан:

- Страшное дело! Не будем тогда тратить ваше время, которое вы можете потратить на написание книжки. Мы предыдущие 30 минут бичевали мировую закулису, я, по крайней мере. Оксана благоразумно отмалчивалась.

О. Гандзюк:

- Я пыталась хоть немножко поддержать.

С. Мардан:

- А я говорил о том, что уже два месяца не понимаю, в чем причина вот этого глобального безумия. Почему десятки правительств мира согласились уйти на карантин, хотя это грозит экономической катастрофой. Как минимум, части из них. У вас какое есть объяснение?

М. Калашников:

- Скажем так. Они прекрасно понимали, что экономическая катастрофа неизбежна. Новая волна мировой депрессии – это будет почище, чем Великая депрессия 29-30-х годов. Она предсказывалась еще до прихода пресловутого вируса. Вспомните, как Кристалина Георгиева, глава МВФ в коце прошлого года сказала, что впереди идет то, что покруче будет Великой депрессии.

Действительно, капитализм подошел к очередному пределу. Его поетция развития исчерпана.

С. Мардан:

- А зачем стрелять себе даже не в ногу, а в печень?

М. Калашников:

- Во-первых, уже были кризисы, которые разрешались войнами. Обычно, когда верхи заделывались, извините за мой плохой французский, по уши, они развязывали мировые войны. Мировые бойни, которые продолжались, собственно говоря, четыре года Первая мировая, шесть лет Вторая мировая. Ну, как говорится, ненависть низов к верхам разряжалась такой войной.

С появлением сначала ядерного, а потом ракетного оружия, они скрестились, мировые горячие войны стали невозможными. Я не боюсь никакой ядерной войны, ее не будет. И вот создалась удивительная ситуация, когда нарывы внутри везде созрели, а разрядить их по-старому – мировые войны – невозможно. Ну, Третья мировая уже была – она была холодная. Против Советского Союза. Мы так и не поняли, что это была война. Но, тем не менее, она завершилась победой Запада, к сожалению. И расчленением Советского Союза.

Теперь расчленять-то некого. Даже такой превращенной войны провести невозможно.

С. Мардан:

- Ради чего война началась, скажите?

М. Калашников:

- Какая война? На расчленение Советского Союза?

С. Мардан:

- Нет, вот сейчас, четвертая война. Она с какими целями ведется? Кого расчленить-то надо?

М. Калашников:

- Она ведется не для расчленения. А для того, чтобы уйти от ответственности, переформатировать мир. Сохранить свою власть, прежних верхушек. А для этого нужно было событие, которое, собственно, будет не ядерной войной, в ядерной войне победителя не будет, в полномасштабной. И вот тогда на сцене появляется вирус. Хотя я читал лично статьи американских аналитических центров еще в 2005-м году, что крупная пандемия может разрушить глобализацию. В 2010-м институт Рокфеллеров тоже просчитывал вариант с пандемией, некой болезнью вирусной, которая разрушит глобализацию. И приведет к созданию нового мирового порядка.

Кстати, в крайнем номере «Военно-промышленного курьеры статья Питера Кенига по этому поводу вышла.

Вирус появился очень вовремя. Можно спорить: он был естественным или искусственным, но мировые верхушки прекрасно понимали, какую выгоду из этого можно извлечь. Еще раз: сохранить свою власть, уйти от ответственности за кризис, все свалить на вирус. И опробовать новую модель управления обществом, когда наступает так называемая постдемократия – новое кастовое общество. Тот же электронный концлагерь.

С. Мардан:

- Попробую полемизировать. Хорошо, предположим, американский олигархат хочет сохранить свою власть. И хочет обнулить государственный долг. Предположим, весь условный Запад, который политически не субъектен, просто пошел вслед за ними. Россия, хорошо… Россией управляют англосаксы или рептилоиды, тоже не субъектны. А зачем это китайцам? А зачем это индийской республике, в которой живет миллиард триста миллионов? А зачем это какому-нибудь Габону, в котором тоже ввели карантин? Ими-то кто управляет?

Максим Калашников

М. Калашников:

- Я вас поправлю. Не Россия, а Российская Федерация. Россия распалась в 91-м году. В декабре.

Первое. Для американцев не обнулить государственный долг. Нет. Переформатирование мира. Переход на новую модель экономики. Раньше это позволяла сделать война.

С. Мардан:

- А индусам это зачем? А африканцам? Зачем это Бразилии какой-то?

М. Калашников:

- А они подчиняются только.

С. Мардан:

- Индусы подчиняются?

О. Гандзюк:

- Кому подчиняются?

М. Калашников:

- Подчиняются. Потому что если весь мир захватывает такое безумие, а американской верхушке, а это не просто олигархат, это мыслящая сеть, между прочим, это закрытый контур управления. Это гораздо круче.

С. Мардан:

- Тайное государство? Мировая закулиса?

М. Калашников:

- Нет. Это коллективный разум. Если вы читали книги Максима Калашникова…

С. Мардан:

- Нет…

М. Калашников:

- … живого классика, подчеркну, вы бы знали. В «Третьем проекте» я описал эту закрытую сеть.

С. Мардан:

- Я только Дугласа Рида читал, я меня знания про мировое правительство оттуда. Поэтому я и спрашиваю, кто это, глубинное государство?

М. Калашников:

- Это не государство. Это закрытая сеть, состоящая из нескольких контуров. Давайте не углубляться в это.

С. Мардан:

- Вы чего-то боитесь?

М. Калашников:

- Нет, просто для этого придется посвятить всю передачу. Этому вопросу. Нельзя говорить популярно о некоторых вещах. Вскользь. Надо говорить основательно.

С. Мардан:

- Почему? Ну, масоны и масоны. Масоны устроили этот кризис, придумали вирус. Не смертельный совершенно. Концепция мне понятна. Тем не менее, для того, чтобы обдурить несколько миллиардов людей, нужна какая-то внятная доказательная база. А здесь она просто отсутствует. Статистика смертности, которую институт Хопкинса каждую ночь выгружает, типа там умерло двести тысяч человек во всем мире, и что? Это все? Во время всеафриканской войны в Центральной Африке погибло семь миллионов! Там никто об этом даже не знает. И не парится. А тут какие-то двести тысяч стариков!

М. Калашников:

- Вы сами ответили на мой вопрос. Это выгодно правящим верхушкам. Если это выгодно правящей верхушке США, остальные подчиняются. И попробуй не подчинись!

С. Мардан:

- А как же Россия, которая встала с колен?

М. Калашников:

- Россия распалась в 91-м году. В декабре. Российская Федерация является сырьевым периферийным государством, которое встречает кризис, приход коронавируса, он уподобился удару наспех сваленной кучей проблем, которые за двадцать последних лет после ельцинского погрома, решены не были. И сейчас этот кризис предъявляет счета к оплате. За много лет накопившиеся. Сейчас все проблемы коронавирус обострил и вывел наружу.

С. Мардан:

- Хорошо. Я понял. А что ждет вот эту самую Российскую Федерацию? Политическую систему и российскую экономику, скажем, в горизонте два-три года?

М. Калашников:

- Я боюсь, что нас ждет аналог 1989-1991 годов в СССР. Да, в других условиях, страна вдвое меньше. Но это острейший социально-экономический кризис, которые неизбежно перейдет в политический. Вот сейчас закончится самоизоляция. Она закончится в конце мая, скорее, в июне.

Оксана Гандзюк

О. Гандзюк:

- Она закончится в мае? Или будет длиться дольше?

М. Калашников:

- Нам уже говорят, что в июне придется продолжать.

Сейчас наступает эффект, когда порог перейден, когда борьба с коронавирусом будет приносить урон намного больший и более страшный, чем сам коронавирус. И когда самоизоляция закончится, это будет в конце мая или в июне, на улицах окажутся миллионы людей без средств к существованию. У них сбережения кончились. Все! Денег нет.

С. Мардан:

- Да у них и не было, собственно.

М. Калашников:

- Большинство страны – это бедные или нищие люди. Они жили в долг. Денег нет, предприятия закрыты. Они обанкротились, потому что российская власть коронавирус встретила наихудшим способом из всех возможных. Она впопыхах действует.

Те предприятия, что открылись, сбыта нет. Внутренний рынок сузился, Платежеспособность упала. Наступает кризис.

У России в основном сырьевая экономика. Она кормится от экспорта сырья. Сейчас она оказывается в мире, где сырье очень сильно подешевело, причем, очень надолго. Потому что вокруг Российской Федерации будет бушевать вторая великая депрессия. Содержать страну и граждан за счет сырьевых доходов не получается.

Есть второй способ, как мой знакомый и хороший друг, директор Череповецкого литейно-механического завода Владимир Боглаев сказал, что нужна промышленность. Очень развитая, которая производить готовые изделия с высокой добавленной стоимостью.

В Российской Федерации Ельцин ее уничтожил, а Владимир Владимирович покрыл лаком руины. Он же не поднял промышленность, не провел индустриализацию страны. Этого способа заработать средства нет в Российской Федерации.

Российская Федерация никого завоевать не может. Она, извините, струсила…

С. Мардан:

- Подождите! Как не может? Мы же Грузию победили. Потом Украину победили. Что вы очерняете?

М. Калашников:

- Во-первых, Украину она не победила. Взятие Крыма без остальной Новороссии – это поражение. Никакого прибавочного продукта с Украины не получишь, Украина сама, кстати, в кризисе. Победа над Украиной – это взятие Киева. Или ввод войск на юго-восток и пресечение войны в корне.

С. Мардан:

- Ну, для этого войска надо иметь. Войск не было и нет. С кем Киев-то было надо брать?

М. Калашников:

- Вы только что сказали, что Россия может кого-то завоевать. Вы сами опровергли мои слова.

Российская Федерация получает миллионы людей, коллапс экономики. И миллионы людей, лишенных средств к существованию, которым нечего терять. Я думаю, что в Российской Федерации разразится политический кризис, потому что на фоне экономического коллапса и Росгвардия, и ФСБ, и МВД, они начнут разламываться. Я подобные процессы видел не только при своей жизни…

С. Мардан:

- Смотрите. Вот вы там трагично сказали про деиндустриализацию, в которой виноват Путин. И сейчас люди выйдет из своих пятидесятиметровых конурок. И увидят, что работы на пресловутых заводах, их и два месяца назад не было. Они же не на заводах работали. Они собачий корм продавали! Ну, будут опять продавать собачий корм!

М. Калашников:

- Собачий корм продавался, он был закуплен за счет нефтяных доходов. Платились все эти зарплаты за счет нефтяных доходов бюджетникам и пенсии пенсионерам. И если у вас нет массы людей обездоленных без денег, вам некому будет продавать этот собачий корм. Простите, что я вынужден приводить для вас элементарный ликбез.

С. Мардан:

- С удовольствием послушаю. Собственно, раньше они покупали дорогой собачий корм, условно, а сейчас будет покупать подешевле. И что? Небольшая реструктуризация экономики произойдет.

М. Калашников:

- Какая реструктуризация экономики? До положения полного ничтожества?

Сергей Мардан

С. Мардан:

- До положения, скажем, 2005-го года какого-то. Я к тому, что сейчас какой-нибудь системный администратор получает полторы тысячи долларов в пересчете на валюту, а будет получать пятьсот долларов. Ничего, с голоду он же не подохнет.

М. Калашников:

- Простите, вы всех запихнете в системные администраторы? А вы выйдете на улицу. И скажите, в чем трагедия после снятия самоизоляции. Я не гарантирую, что вам не сильно начистят морду. Извините за такое выражение.

С. Мардан:

- Да нет никакой трагедии! Пойдут работать на стройку или укладывать асфальт. И что?

М. Калашников:

- На какие шиши? Всех ты туда не утроишь. Заводов два месяца назад просто-напросто не хватало.

С. Мардан:

- Да не было никаких заводов! Вы же сами сказали, что заводы все закончились двадцать лет назад!

М. Калашников:

- И поэтому Российская Федерация жила в основном за счет вывоза сырья. А сейчас сырье будет дешевым, потому что в мире будет великая депрессия. И вы получите по полной.

Я не прошу мне верить. Я прошу это запомнить. Когда это придет, не говорите, что я вас не предупреждал.

С. Мардан:

- И чего делать с этим? Предупредили. Что нам-то делать? Простым людям. Скажите! Куда бежать? Эмигрировать?

М. Калашников:

- Вам некуда бежать. Что делать простым людям. Во-первых, перестать быть простыми. Или простейшими. И начать думать. Сейчас наказания без вины не бывает. Вы за кого голосовали все эти годы? Вы обращали внимание, что заводов в стране не меньше, зато завозится всякая ерунда вроде импортных автомобилей. Это чистое проедание. Вы рукоплескали, когда тут проводились мундиали и Олмпиады. Куда вогнали триллионы рублей! Вместо того, чтобы их потратить на заводы, на фабрики и лаборатории. На новое образование. Так за все и идет расплата.

С. Мардан:

- Вы сейчас прямо по повестке Сергея Мардана жарите. Просто вот цитируете меня! Слово в слово! Я с вами единомышленник, но вы… Давайте по-простому. Что с этим делать сейчас? Человеку, которого выгнали из офиса, который торговал, возвращается в свою контору, она закрылась. Ему что делать? Ему семью чем кормить? Дайте практический совет, вы футуролог!

М. Калашников:

- Я футуролог. Даю практический совет. Раньше надо было думать!

С. Мардан:

- Понятно.

М. Калашников:

- Второе. Вы обзавелись всем необходимым для жизни в кризисном обществе? Да, я член общества охотников, на всякий случай. У меня разрешение, у меня оружие, патроны.

С. Мардан:

- На кого охотиться-то будете?

М. Калашников:

- Наверное, на кракозябров.

С. Мардан:

- К сожалению, надо было больше времени на вас отводить. В тридцать минут мы не укладываемся. Я всем рекомендую, с вашего позволения, прочитать одну из ваших пятидесяти книжек, где написано все про будущее. И что нас ждет. Но если у вас нет ружья, ничего хорошего вас не ждет. И меня с вами тоже, это я уже понял.

Картина, нарисованная вами, совершенно безрадостная.

О. Гандзюк:

- Я согласна. Надо будет почитать ваши книжки. И получить лицензию на охоту на медведей, наверное. Тогда мы точно справимся с кризисом.

С. Мардан:

- Друзья мои, не болейте.